Детям нужны отцы

- Нет, чертёнок, я не хочу конфет. Я хочу огромный букет роз и твоё сердце. Румпельштильцхен едва не подавился воздухом. Хорошо ещё, что ничего не ел и не пил, а то чего ему точно не хотелось бы делать, так это убираться. - Дорогая моя, сердце в День Святого Валентина дарят потенциальным возлюбленным, а я, мало того, что старше тебя на пару сотен лет, так ещё и не создан для любви. Будущая королева, не говоря ни слова, поднялась с подушек, разложенных на полу, и двинулась прямиком на мужчину, тем самым заставляя его пятиться назад. Не сказать, что Тёмный боялся маленького ребёнка, но взгляд Реджины был действительно угрожающим. - Кажется, я тебя сейчас не совсем поняла. Румпель натыкается на диван и с шумом падает на него. С удивлением наблюдает за девочкой, которая без зазрения совести усаживается на колени мага и, ухватив его двумя руками за грудки, притягивает к себе. - Кажется, ты сейчас сказал мне, что не любишь? Ей было уже семь. И она уже около полугода не заикалась о своей любви к нему. Мужчина полагал, что это у неё прошло. Какой же он был наивный. - Милая моя, я думал, что мы уже говорили об этом в прошлом. И ты, кажется, тогда согласилась со мной, что твоё чувство ко мне… - он на пару секунд задумывается, подбирая слова, чтобы не обидеть, - …нереальны. Они… Твоя мама точно не одобрит. - А когда ты слушал мою маму? – мгновенно парирует его выпад Реджина, но всё-таки слезает с Румпеля и начинает рыться на своём небольшом туалетном столике, явно что-то ища. - В таких вопросах, в вопросах морали, я, как ни крути, всё же готов её послушать. Будущая королева замирает на минуту, поджимает губы, но не оборачивается и ничего не говорит. А лишь продолжает что-то упорно искать. - Ты же понимаешь, моя дорогая, что я не могу стать твоим мужем. Это невозможно. - Для Тёмного мага есть что-то невозможное? Он открыл рот, чтобы возразить, но не нашёлся, что ответить. Она была права, и он не мог придумать, как опровергнуть её слова. Тёмный маг действительно мог всё, если бы захотел. Ну, или почти всё. Реджина не смотрела на него. Она лишь тихо всхлипнула и продолжила поиски. Ему отчаянно захотелось обхватить её за плечи, притянуть к себе, успокоить, утешить. Хотелось пообещать ей всё, что она захочет, сделать её счастливой. Но он не мог. Даже когда она вырастет и станет привлекательной (а в этом он совершенно не сомневался!) женщиной, он не сможет полюбить её как возлюбленную. Она навсегда останется для него маленьким чудом, которое любит называть его своим ласковым чертёнком. - Вот. Это тебе. Наконец девочка возвращается к дивану и протягивает Румпелю свернутый вчетверо лист бумаги. Мужчина осторожно, будто опасаясь, что его укусят, разворачивает пергамент. Это был рисунок. Её детский, но вполне хороший для того, чтобы можно было с лёгкостью узнать, кто на нём изображён. Он и она. Рядом его замок. А вокруг уйма сердечек. И подпись. «With love RG» RG – несомненно «Реджина», а «with love» понятно и без перевода. Мужчина взглянул на малышку с глубокой печалью. Он не хотел её расстраивать, но ему придётся. Ему необходимо уйти сейчас, чтобы не являться соблазном для маленького ребёнка. Уйти ради её спокойствия. И своего. - Прости, Реджина. Я правда не могу дать тебе того, что ты хочешь. Прости. Когда Тёмный в последний раз так искренне извинялся, дрожа, словно осиновый лист, и избегая смотреть в глаза? Он уже и не помнит этого. - А что ты тогда вообще можешь? Его сердце болезненно сжалось, а в горле застрял комок. Эта ситуация перестала быть забавной. - Я могу оставить тебя в покое и позволить тебе встретить свою истинную любовь. Мгновение и Реджина остаётся в комнате одна. Ей хотелось плакать. Она закусила губу, чтобы удержать слёзы. Слёзы сейчас – ненужное, пустое… Он ведь ещё вернётся. Обязательно вернётся. Он всегда к ней возвращается.