Never

       — Нарцисса… — тихий дрожащий голос Люциуса отдается в ее ушах протяжным эхом. Как же он теперь жалок!..       Женщина медленно отворачивается от окна. Рука, сжимающая волшебную палочку, заметно дрожит, когда она указывает ею на тяжелые бархатные шторы, тут же смыкающиеся за ее спиной, впуская в комнату последний луч света, который быстро растворяется в мягкой полутьме. Так лучше, гораздо лучше… Мрак скрывает от всех настоящую Нарциссу, скрывающуюся сейчас в глубине холодных голубых глаз, — страдающую, несчастную, слабую.       Она никогда не была сильной. Всегда тихая, всегда сдержанная, всегда незаметная на фоне своих однокурсниц, она казалась чересчур мягкой и безвольной для представительницы древнего рода Блэк. Единственным, что роднило ее с той же задирой Беллатрисой, был надменный взгляд, холодный и отстраненный, пугающий и завораживающий одновременно. Кажется, тогда, в школе, ее никто не воспринимал всерьез… Нарцисса усмехается, уголки ее губ чуть подрагивают от сдерживаемого волнения. Ничего не изменилось…       Лающий смешок подошедшей к ней Беллатрисы взрывает звуками затянувшуюся тишину. Спутанная прядь густых темных волос сестры касается обнаженного плеча Нарциссы, и она, едва сдерживая вздох отвращения, чуть подается в сторону. Давно прошло то время, когда она могла назвать Беллу своей сестрой. Теперь, глядя в полные безумия и ядовитой злобы глаза, Нарцисса чувствует лишь ужас и какую-то грустную жалость к страшному в своей преданности Темному Лорду существу.        — Ну же, Цисси, давай! — Она все смеется своим задыхающимся отвратительным смехом. — Ты помнишь приказ Темного Лорда? Давай же, иначе он разгневается и на тебя тоже! Поверь, Цисси, мне совсем не хочется, чтобы из-за этого глупца, твоего мужа, пострадала ты!       Нарцисса ничего не отвечает, лишь склоняет голову, внимательно рассматривая распластавшееся на дорогом персидском ковре тело мужа, неестественно выгнувшиеся руки которого закованы в невидимые кандалы. Его длинные грязно-белые волосы, спутанные, мокрые от пота и крови, растрепавшиеся, падают на его лицо, скрывая его от взгляда жены. Грудь мужчины часто вздымается от тяжелого хриплого дыхания, словно разрывающего его легкие. Он, кажется, без сознания. Нарциссе внезапно становится дурно от запаха свежей крови, и она, зажмурившись, на мгновение задерживает дыхание.       Жалкий… Такой же, как и она…       Палочка медленно поворачивается в ее руке. Тонкие бескровные губы с видимым трудом произносят:        — К-круцио!       Она со страхом ждет крика боли, ужасающего хруста костей, стона отчаяния… Ничего этого не происходит.       По телу Люциуса лишь проходит едва заметная судорога, больше похожая на крупную дрожь.       У нее вновь не получилось…        — Слабачка! — шипит Белла, сощурившись. Ее напускную веселость сменяет ярость. Ярость безумца, подобная языкам пламени. Нарцисса пятится назад, втянув голову в плечи. — Ты даже боль ему причинить не можешь! Запомни, сестричка, привязанность — это слабость!.. Неужели жизнь тебя ничему не учит?! Круцио! — Ее истеричный вопль сменяется диким криком. Корчи человека на полу отзываются в давно уже застывшем сердце Нарциссы уколом боли. Но она молчит.       Молчит, потому что не смеет перечить сестре, не смеет идти против приказа Темного Лорда.       «Слабачка…»        — Нарцисса!.. — Стон, полный жалобной мольбы…        — Хватит! — Нарцисса словно со стороны слышит свой звенящий от ужаса голос. — Хватит! Перестань!        — С чего бы это вдруг? — хмыкает Беллатриса, лениво помахивая волшебной палочкой, будто дирижер. Стоны становятся все громче. — Приказ…        — Отойди от него! Не смей, слышишь…       Лицо Беллатрисы искажает гримаса удивления.       Жалкая, как и они все…       Нарцисса опускается на колени рядом с мужем. С холодным спокойствием она берет его за руку, считая пульс.       Он ничего не говорит, только смотрит на нее. В серо-голубых глазах нет и тени благодарности.       Его лицо перепачкано кровью. Нарцисса достает из кармана кружевной платок и осторожно проводит им по щеке мужа.       Пусть она — слабачка, но она никогда не сможет причинить ему боль.       Любви не существует на свете. И никогда не существовало. Все эти глупые сказки со счастливым концом — красивая ложь, поселившая когда-то пустую надежду в сердце Нарциссы.       Она никому не позволит причинить вред ее семье. Даже Темному Лорду.       Никогда.