Прекрасна или чересчур жестока?

      Прошла довольно напряженная неделя спустя того выражения белобрысого парня, что его босс приедет. Большинство находилось на нервах, вот только Тсуна была абсолютна спокойна и не выражала никаких эмоции. Да и зачем, ведь для неё это не было такой уж и большой проблемой. Девушка даже ещё не представляла в какое дерьмо она влипла, да и зачем, сейчас Савада хотела ещё больше свободы в свой адрес, вот только другие этого не понимали. Как-то раз девушка пропала на целый день, и пришла уже ближе к вечеру, вся избитая: рваные джинсы, которые были местами порезаны и измазаны травой и землей, а белоснежная рубашка и вовсе превратилась в страх. Ссадины на лице, полностью разбитый нос и сбитые кулаки в кровь, потерянный один кроссовок. Да уж, такой её никто и никогда не видел. Для своих родителей Тсунаёши всегда была гордостью и примерной тихой девочкой, а тут, тут можно было видеть скорее всего мальчика-плохиша, но никак не девушку. На немой вопрос своей матери, Тсуна лишь шмыгнула носом, из которого текла кровь. — Тебе лучше ничего не спрашивать, всё пройдёт. Максимум за месяц, я тебе обещаю, мам. Не волнуйся, а отцу лучше об этом дне просто промолчать всего лишь небольшие проблемы. — Небольшие? Это ты называешь небольшие? Посмотри на себя, дай хотя бы кровь я тебе вытру, — Нана всё же решила вмешаться, ведь для неё это было впервые, и мать очень сильно переживала за своё дитя. Сейчас же женщина взяла кухонный полотенец и подошла к дочери, чтобы вытереть с её носа и губ кровь, но пошло совсем не по сценарию Наны. — Я же сказала, не вмешиваться, — девушка повысила голос на родную мать и попыталась ставить её за руки. Что в принципе ей и удалось. В пылу гнева, Тсунаёши оттолкнула мать от себя и побежала к себе в комнату, чтобы хоть на секунду побыть одной. Забежав к себе в комнату, девушка закрыла дверь на замок и медленно сползала по ту сторону двери. Сейчас на её глазах выступили слёзы, слёзы от поражения, от того, что она смогла поднять руку на собственную мать. Тсуна смогла лишь шепотом из себя выдавить. — Прости, мама, это всё не я.       После этого девушка вытерла разбитый нос локтем и встала с корточек. Да уж, видок конечно же у меня тот ещё, но надо было быть не такой грубой с матерью, понимаю, сорвалась, ну, по-крайней мере хоть матом не послала, радует, хоть и немного. Но надо было же мне так ложануть то? Сила есть, мозги тоже, так почему же я проиграла? Количество? Качество? Уверенность? Нет, что-то другое и это что-то меня жутко выбешивает. Прямо до мурашек на руках, хочется сейчас сломать и крушить всё к чертям собачьим, чтобы это всё горело в аду. Но не могу. Уйти из дома? Не вариант, Реборн всё равно найдет меня, он хоть и малыш, но с базукой десятилетия он намного превосходит меня. Да и даже в такой форме, сейчас единственный кто не в форме это я. Я словно побитая собака, которая сейчас скулит. Да и ещё этот чертов его босс так и не едет. Пусть он ещё там подождет, ведь раны ещё неделю будут заживать. Но зашивать их дома? Да, вот это экстрим, ведь раньше никогда не зашила сама себя дома, специальных игл нету, но ничего. Главное, что есть чем обеззаразить это всё, остальное ерунда. А ещё надо как можно быстрее успокоиться и извинится перед матерью. Ведь я понимаю, как она переживает за меня.       С этими мыслями про себя Савада нарезала круги по комнате, иногда, прихрамывая на правую ногу. Когда девушка перестала нарезать круги, то она подошла к своему шкафу и выудив от туда набор для вышивания поставила его к себе на стол. С которого до этого всё что там лежало полетело на пол, с большим удовольствием и грохотом в придачу. А теперь оставался самый главный козырь — спирт. А для этого надо было выйти и спустится в кладовку, да так, чтобы никто и не видел, но только в её ситуации это навряд ли получится. Но Тсуна решила всё же проявить попытку, которая по её мнению явно должна была закончиться удачно. Что ж, сейчас и проверим, на чьей же стороне сегодня Госпожа Удача. Время покажет. Выйдя из своей запертой комнаты, Савада старалась как можно тише, хоть и немного пошатываясь и прихрамывая спуститься со второго этажа на первый, а затем оттуда в кладовку. Что ж, спуститься ей удалось, и быть никем не замечанной тоже, теперь надо было спуститься в подвал, который соседствовал рядом с кухней и включит свет. Это тоже удалось довольно быстро и легко. Но вот потом, потом началось совершенно не по сценарию Тсунаёши.