Космос и одиночество

"...жар...огонь...полыхает... -...Воль-но!... ...небо слишком далеко, я падаю вниз, в жар, в центр, в огонь... -...всего на четыре дня... ...сожжет дотла за четыре дня... -...Конеечно!... ...давит тисками...не выбраться...бесславно помру от нехватки кислорода...от ожогов...от перегрева...от астероида...от одиночества...от ожогов...от астероида...от арматурины?... -...арматурина... ...Хейтер?... - Лорд Хейтер!... Лорд Хейтер!... Лорд Хейтер!!! ...холод...руки свободны...поднимает в воздух...к свету...к солнцу...не от одиночества..." Я резко очнулся от укола в плечо. Попытался дернуться, все еще объятый кошмаром, но сильная рука крепко удержала меня на месте. Здоровым глазом я в тусклом свете торшера увидел склонившуюся надо мной худую фигуру, зеленые глаза смотрели строго и встревоженно. - Уймись, все в порядке. - проворчал Хейтер и вытащил из моего плеча шприц. - Что это? - прохрипел я. - Антибиотик. - Тихо ответил он. - Тебе стало совсем плохо, ты кричал. Я сбил температуру, утром станет легче. - Спасибо... - только и смог выдавить я. Слегка повел головой и вдруг понял, что я в спальне на кровати, а не на жестком диване. Неужели мне приснилось, что я там лег спать? - А я разве тут заснул? - собственный голос звучал как издалека. - Нет, но ты метался, и я решил, что удобней будет, если ты будешь рядом, так что я перенес тебя сюда. Он меня перенес? Не верю, я ж вешу не меньше восьмидесяти килограммов... Наверно, я все еще в бреду. Хейтер убрал с моего лба кусок ткани - платок, кажется, - обмакнул его в стоящий на тумбочке стакан с водой и льдом и вернул обратно, предварительно проведя по шее и вискам. Холод выгнал лишние мысли, и я снова провалился в сон, оставив перед внутренним взором только худую прозрачную ладонь. До моих ушей донеслись звуки музыки. Наигрывали на гитаре негромко и нежно, мелодия была немного грустной, но очень светлой. Я приоткрыл левый глаз и увидел лежащего рядом Хейтера. На груди он держал ту самую гитару, от которой шел проводок к маленькому комбику размером с коробку молока, лежавшему рядом на кровати. Тонкие длинные пальцы ловко цепляли струны, извлекая аккуратные звуки. Глаза его были прикрыты, словно он углубился в воспоминания. Неожиданно он начал тихо напевать. - Time, it needs time to win back your love again... I will be there, I will be there... Как же красиво звучал его голос, когда он не гроулил и не был недоволен! Я невольно заслушался. - Is there really no chance to start once again? I'm loving you... Доиграв песню, парень остановился и замер. - Так здорово у тебя получается. - Тихо сказал я. Хейтер хмыкнул, словно с самого начала знал, что я проснулся. - Семь лет в музыкалке отпахал. В гробу вижу уже эту классику, но, надо признать, технику она мне дала отменную. - Его тон снова стал ворчливым, ну что за манера. - Опять ты мне на "ты"... - пыхтит устало и ну вообще недовольно. - Ну извиняйте, Лорд, не так-то просто сразу перейти на "вы" с тем, кто младше на одиннадцать лет! - не удержался я, наконец-то, от возмущения. - Старик. - припечатал Лорд и рассмеялся. И я не удержался и тоже улыбнулся - ну как с ним иначе? - А голос тоже из музыкалки? - не смог не поинтересоваться я после небольшой паузы. - Не, голос от мамки, она у меня певица с самого детства. - Хейтер примолк, а потом добавил себе под нос: - Лучше б готовить научилась да носки вязала. Типичные подростковые претензии. - Зря ты так, искусство - тоже важная часть жизни. - Ну уж не более важная, чем собственный ребенок! - тут же вспылил парень. Блин, зря я больную тему затронул, лучше б помалкивал. А Хейтер продолжил возмущаться: - Всю жизнь таскается по театрам-операм и даже не знает, что в собственном доме где лежит! А при встрече нет бы поинтересоваться, как у сына дела, как у него настроение - нет, знай себе "дай дневник" да "с кем подрался"! - он все говорил и говорил, видно, до сих пор у него не было вообще никого, кому можно было бы выговориться. - Отец тоже хорош, я скоро забыл бы, как он выглядит, если б в зале не висел его августейший портрет во всю стену! Усатый, толстый и эгоистичный, как и он сам! - под конец Хейтер многоэтажно выматерился и затих, пару раз еле слышно всхлипнув. Краем глаза я заметил, как он закатил глаза и часто-часто заморгал... Гораздо позднее, через много лет, я много раз буду вспоминать этот момент как момент, когда я целиком продал Хейтеру душу, этим блестящим глазам, длинным светлым ресницам и дрожащим губам, этим бледным пальцам, нервно сжимающим гриф гитары, этому пусть избалованному, но совершенно несчастному мальчику Джереми Хейтеру. Рвано вздохнув пару раз, он перевел разговор на меня. - А кем твои родители работают?... - спросил так, будто только о работе речь и шла, чисто бытовая беседа. - Мои-то... Ну, знаешь, спутник ведь только тем и живет, что большой системой металлургических заводов, там все время нужна рабочая сила: за станками следить, лом перебирать, печи обслуживать... Так что мои - простые трудяги. Были. - Я постарался произнести эту фразу как можно более бесстрастно, но, наверно, голос меня все же подвел. Хейтер повернул ко мне голову и спросил очень серьезно: - Что с ними случилось? - Несчастный случай. Знаешь, температура в доменной печи может достигать нескольких тысяч градусов, а как у нас обстоят дела с возрастом техники ты, наверно, сам уже видел... Корпус треснул, и цех залило расплавленным железом. Никто не выжил из всех, кто находился в тот момент внизу. - Сколько тебе было? - совсем тихо спросил Хейтер. - Девять. - так же тихо ответил я, и голос дрогнул. Я давно смирился со смертью родителей и научился с этим жить, но все же я был достаточно взрослым, чтобы отлично запомнить все, что тогда почувствовал. Большой вопрос, что же хуже: жить без внимания родителей или без самих родителей. - Почему ты хочешь захватить Вселенную? - ни с того, ни с сего спросил я, чтобы хоть как-то разбавить тяжелое молчание, в котором мы провели уже несколько минут, думая, скорее всего, об одних и тех же безрадостных вещах. - Потому что все в ней неправильно. - ответил Хейтер, снова начав гроулить и вернув угрюмый тон. - Везде, повсюду огромное количество недостатков, несправедливостей и глупости. Никто не понимает, о чем на самом деле надо думать, что на самом деле важно, и думают о всякой мелочной хуйне, вместо того, чтобы принести настоящую, правильную пользу если не окружающим, то хотя бы себе! Я изучал историю, я очень много прочитал и пришел к выводу, что мирным путем вложить в их мозги правильные вещи не выйдет, поэтому я захвачу Вселенную, чтобы изменить ее. Я сделаю ее лучше! Я сделаю ее идеальной, и все в ней будут счастливы! Абсолютно все! Я лишь лежал, пораженно распахнув глаз. Я был бы не я, если б сказал, что его пламенная речь меня не вдохновила. - А справишься? - только и спросил я. - Еще как! - почти выкрикнул Хейтер, быстро крутанул что-то на комбике и рванул на гитаре пару энергичных мощных аккордов. - More days to come, new places to go! I've got to leave, It's time for a show! Гитара надрывалась жизнеутверждающе и самоуверенно, как сам Хейтер, музыка была настолько заразительной, что хотелось прямо сейчас вскочить с места и действовать, действовать, действовать! - Here I am! Rock you like a hurricane!