Дай мне шанс

Вернувшись домой, Каролина сразу засобиралась спать. Найдя свою сумку, девушка вынула из неё таблетки и уже направилась в сторону кухни, чтобы попить воды, как её одёрнул, остановив за локоть, мужчина: — Каролиш, тебе не понадобится. Пойдем лучше, немного вина выпьем. — Это развод, что ли? — нахмурилась та, вернувшись. — Ни в коем случае. Ну, по крайней мере, пока, — слегка улыбнулся брюнет. — Просто хочу, чтобы ты расслабилась. — Если я каждый раз так буду перед сном расслабляться, то я сопьюсь. — Не надо так говорить. Это всего один раз. И поверь, больше ты эту хрень глотать не будешь. — Нет, Агаларов, ты точно меня хочешь. Я тебя боюсь. — Не бойся. Идём в гостиную. Разлив по бокалам терпкое красное, Эмин протянул один из них Каролине и, усевшись рядом с ней на диване, обнял девушку. Она склонила голову ему на плечо, допила вино, и, пригревшись, уснула. Спустя час, Каролина проснулась от того, что от неудобной позы затекла шея. Эмин всё так же продолжал спать, обнимая её за плечо, и, судя по выражению лица, видел довольно-таки интересные сны. Решив его разбудить, Каро осторожно прикоснулась губами к его шее, делая щекотно и заставляя проснуться. — О, проснулся, — заметив, как дрогнули мужские ресницы, довольно улыбнулась она. — Зайчик, ну, не надо, пожалуйста, — буркнул Агаларов, снова закрывая глаза. — Я тебе не зайчик! — разозлилась Каролина. – Ну, сколько раз повторять, что я терпеть не могу зоопарк? — Ну, всё, не злись, — осекшись на слове «киса», окончательно проснувшийся мужчина примирительно чмокнул девушку в щёку. — И вообще, почему мы спим тут, да ещё и одетые? — Та-а-ак, Агаларов, — протянула Каро, — что тебе там снилось такое? — Тебе скажи, ты тоже захочешь, — улыбнулся мужчина в ответ. – И, кстати, ты без таблеток уснула. Поэтому больше не смей эту гадость пить вообще никогда. И пошли уже в кровать, а то шея затекла. Отдав девушке пижаму, с трудом найденную в её, казалось, бездонном шкафу, Эмин отправил её в душ и, взяв чистое полотенце, тоже отправился купаться. К тому моменту, как Каролина вышла из ванной, Агаларов уже лежал в кровати и грел простынку. — Я боюсь с тобой в одну постель. А то мало ли, что ты сделаешь… — тихо сказала Каро, переминаясь от холода с ноги на ногу. — Каролин, мне казалось, мы с тобой уже всё обсудили на эту тему. Не дури. Быстро спать. Замёрзла же. Агаларов подвинулся, освобождая девушке нагретую половину кровати. Каролина несмело легла рядом, отодвинувшись почти на самый край и чуть ли не с головой завернувшись в одеяло. — Не страдай ерундой, — зевая, сказал ей Эмин. — Двигайся ближе. Не съем я тебя, блин! Каролина, пересилив свой страх, повернулась к мужчине лицом и, придвинувшись к нему ближе, уткнулась носом в его грудь, вдохнув приятный запах геля для душа. — Ледяная вся! — Эмин крепче прижал её к себе. — Грейся давай! — Греюсь, — улыбнулась Каро, поднимая на мужчину свои зеленющие глаза. — И нос холодный, — поцеловал её Агаларов в кончик носа. — Впечатление, что под холодным душем стояла. — Так и было. — Чтобы больше так не делала, — строго сказал мужчина. — Хорошо, не буду, — улыбнулась Каролина, щурясь от окутывающего её приятного тепла. Эмин снова поцеловал Каро и та довольно замурлыкала. — Ну, киса же, — улыбнулся Агаларов. В ответ на это девушка лишь легонько прикусила его за мочку уха. — Бо-о-ольно, — обиженно надулся тот. — Ты же киса. А кисы не кусаются. Они мягенькие и тёпленькие. — Я давай буду мягенькой и тёпленькой кисой, если ты больше не будешь меня так называть! Ибо реально бесит. И Киса — это Киоссе из M-band, а меня так-то Каролиной зовут. — Ну, прости, — примирительно чмокнул её мужчина в макушку. — Больше не буду. — Давай поцелую, где больно. Агаларов подставил девушке ухо, на котором виднелись едва заметные следы её зубов, и та нежно коснулась их губами. Отстранившись, девушка улыбнулась. Тёмно-карие с нежностью смотрели в изумрудно-зелёные. Лёгкое прикосновение губ к губам, и по телу будто разряд электрического тока пустили. Отрывается, наблюдая за реакцией. Видит, что ей хочется продолжения. Снова целует. Но уже чуть глубже. Его малышка. Такая робкая и нежная. Снова глаза в глаза: — Я тебя… Очень, ну… Знаешь… Слово на «Л»… — Лобзик? — первое, что пришло в голову, ляпнула Каролина. — Да. Лобзик, — кивнул Эмин. — Спи давай. POV Каролина Проснувшись, я поняла, что во сне закинула на Эмина ноги. Для меня высшая степень доверия к человеку то, что я кладу на него ножки. Особенно тогда, когда делаю это неосознанно. Мурат первое время очень злился на меня за такие выходки, а потом привык. Соня, кстати, видимо, унаследовала эту черту и с завидной регулярностью складывает ноги на меня. Улыбнувшись, я потянулась за телефоном и, посмотрев на часы, с лёгким стоном завалилась обратно на подушку. Первый самолёт, на который у меня, собственно, были куплены билеты я, конечно же, проспала. — Эми-и-ишка, — протянула я, затем целуя лежащего рядом мужчину в губы, желая разбудить, —, а я на самолёт проспала. — И тебе доброе утро, — чуть хриплым ото сна, но от этого не менее сексуальным голосом, сказал Эмин, целуя меня в ответ. – Ну, спешить нам некуда, поэтому как соберёмся, так и полетим. Ещё один нежный поцелуй. Чёрт, какое же классное сегодня утро. — Кстати, чуть не забыла. Соня — маленький ревнивец. Поэтому давай договоримся, что ты при ней особо ко мне не пристаёшь, хорошо? — Хорошо. А скажи мне, солнышко, – ну, наконец-то, не эта ненавистная киса, — чего это ты свои ноги на меня закинула? — Ой, я даже не заметила, — сыграла дурочку я. — Значит, доверяю тебе. — В смысле? — Ну, для меня высшая степень доверия к человеку то, что я ножки на него ночью закидываю. Агаларов, улыбнувшись, перевернулся на спину и уложил меня на себя, крепко обнимая. — Эмин, — дёрнулась я, — отпусти, я тяжёлая! — Не отпущу. Ты — пушинка. Лежи, не дёргайся, — он снова накрыл мои губы своими. Приехав в аэропорт, Эмин и Каролина отправились к стойке регистрации. Каро держала на руках дочку, которая, кажется, до сих пор не понимала, что вообще происходит, а Агаларов помогал им с багажом. — Ну, нам пора, — протягивая девушке на стойке документы, обратилась к нему Куек, — спасибо за помощь. — Никаких «пора», — спокойно сказал Эмин, повторяя её поступок. — Я с вами лечу. — Ма-а-ам, — протянула Соня, —, а почему дядя Эмин с нами летит? Я не хочу. Не надо. — Так, нехочуха, — строго посмотрела на дочку Каролина, — дядя Эмин — мой друг. И он хочет мне помочь.