Лунный охотник.

- Сколько времени займет подготовка?- Хэлен отрешенно смотрела на занимающийся над крышами рассвет. Кажется, Город затих к утру, словно устал от неимоверного сопротивления, что он оказывал надвигающемуся хаосу. Ни твари, ни люди не нарушали опустившейся внезапно тишины. Лишь выла где-то безнадежно собака. Рассеянно девушка подумала, что, наверно, бедняга осталась заперта одна в квартире, а хозяин потерялся в кровавой смуте последних дней. - Подготовка заключается лишь в том, чтобы собрать твоих будущих вассалов, которые присягнут служить тебе, да вассалов твоих будущих врагов, чтобы знали, что Двор снова силен. Так что... Думаю, к вечеру, все будет готово. Змей и Хэлен стояли на крыше Тировой высотки. Она давно здесь не бывала, но острое чувство дежавю не отпускало ее. Было когда-то это. Было. - Знаешь, Дед, Тир, ведь, тоже хотел чтобы я распрощалась с человеческой сутью. Наверно, ему очень тяжело с людьми было, - усмехнулась девушка. - Просто он знал, насколько уязвимы люди. Хэлен, почему Волк не пошел с тобой?- Змей мельком взглянул в лицо внучки. - Я не знаю. Ему все это поперек горла. Ей было горько об этом говорить. Сейчас он был нужен как никогда, но только гордость не позволяла позвать: "Мне страшно! Будь со мной рядом." - Дед, мне, ведь, не нужно это... А он думает, - Хэлен не договорила, горло сдавил спазм. - Милая...- вздохнул Змей и легонько обнял внучку одной рукой, - Ты зря думаешь, что он солгал только потому, что не хотел делить тебя ни с кем. В общем, он и не хотел, конечно. Хэлен, он не может перенести мысли, что ты будешь заживо гореть только потому, что этого требует долг твоей крови. И то, что он пересилил себя, не уволок обратно в логово, не запер силой, а отпустил - говорит о многом. - Может и так. Только...- девушка зажмурилась, вспоминая совершенно обреченную тоску в глазах Волка. - Так почему ты просто не позовешь его? - Потому что тоже боюсь за него. Волкам никто загробной жизни не обещал, вроде... - Чтож, вполне разумно с твоей стороны, - Змей кивнул и замолчал. - А где Лана и Кочерыжка? Ей не хотелось вот так стоять и дальше, горько размышляя о том, что случится уже нынче вечером. - В белой комнате. - Змей, а ты Лане не показывал работы Тира? Мне кажется, ей было бы интересно это увидеть...- неожиданно для себя Хэлен узнала в себе желание вонзить в кого-нибудь хоть часть своей досады и страха. - Не думаю, что имею на это право...- сухо обронил Змей. Хэлен покраснела. Странно...и когда это она стала завидовать чужому несчастью? Что-то подсказывало, что Лана переживает смерть Тира ничуть не меньше, и было бы жестоко показывать ей портрет, висящий в галерее Темного Властелина.       А Волк метался по дому, угрюмо и мрачно избегая людей. Ничего не замечая, он поддался отчаянию и ненависти. И только один вопрос грохотал в голове: "Как ты мог отпустить ее?!" Воздух казался сырым и кислым, хотя на улице яростно палило солнце, одаривая свою умирающую Землю последними горячими поцелуями. Он пытался убедить себя, что Хэлен ничего не грозит, что Тир, возможно, справился и Сатана не получит ее души уже никогда, но Зверь не соглашался с логикой Человека, Зверю хотелось выть в тоске, звать ее обратно...Она бы поняла, что весь мир не стоит ее боли. Пусть бы он провалился к чертям весь! Только бы звонкий прохладно-серебряный голос не надломился от непереносимого страдания, только бы она смеялась и шептала беззащитно о том, что он - Волчище, грубиян и злодей.       Боги..сколько времени было потеряно! И, если бы он знал тогда, как короток будет их век, не стал бы так долго ждать... Не стал бы? Брось, Волк. Стал бы, полз бы на брюхе, чтоб хозяйка положила свою ладонь на мохнатый загривок, рычал бы униженно и низко, заглядывая в глаза, распластавшись у ее ног.       Когда-то давно он не гнушался человеческими наркотиками, благо они почти не действовали на Волка. По-звериному сильный, выносливый организм быстро растворял в себе человеческую будоражащую химию, лишь приободряя, но не унося на своих алмазных волнах к пикам наслаждения. Да и о дно черной дыры под названием ломка так не шарахал. И вот теперь все его существо словно восстало против него. Плечи и спина, кожа, кровь в венах, ладони и глаза - всё научилось воплощать тоску в боль, в удушье, в свинцово-горячечную тяжесть сердца. Зверь не желал мириться с потерей. В темных глазах Человека вспыхнул безумный и холодный огонь. Даже осанка его изменилась, плечи откинулись назад, голова приопустилась. - Ушастый...- хрипло процедил непослушный голос. - Я здесь, хозяин, - тут же откликнулся домовой. - Где будут приносить Жертву? - он плохо владел собой. Инстинкты повелевали сейчас, и тело хотело сменить форму, стать почти неуязвимым. Зверь уже был готов к прыжку. - Я не знаю, господин! Но даже если бы и знал, отвести Вас туда не смог бы...- растерянно затараторил Ушастый. - Я отведу...- послышалось от двери кухни.       Сивур стоял в проеме, спокойно привалившись плечом к косяку и запихнув кулаки в карманы брюк. - А ты откуда знаешь, где это? - недоверчиво осклабился Деро. - Повелитель Темных Путей был нашим вожаком и многое доверял нам... - Сивур, ты же понимаешь, что я туда не прогуляться иду? - слова давались ему все трудней, челюсти сводило. - Понимаю, - все так же спокойно пожал плечами Волк. - Твоя девочка освободила нас от проклятия. Я хотел бы отплатить ей хоть чем-то. - А твоя Волчица тебя отпустит? - усмехнулся Деро, скривившись. Удлинившиеся нечеловеческие уже клыки сверкнули в сумерках. - Ну, у меня Волчица попроще, не то, что у тебя - спрашивать не собираюсь. И рассчитываю улизнуть незаметно. - фыркнул Волк. - Вот это - дело, - рассмеялся Деро, и смех раскатился громом по всем уголкам дома, толкнулся в стекла, угас в тяжелых занавесях.       Он не смог заставить себя найти Нуару, иначе было бы не избежать новой душераздирающей сцены. Но Волк знал, что ребенок здесь в безопасности - Стая никому не позволит тронуть девочку и пальцем, никого близко к ней не подпустит, даже если Земля будет рассыпаться на куски под их ногами - никто не тронет чужого Волчонка, не потащит на костер. Пусть это девочка, но девочка эта несет в себе кровь Волка и Луны, несет в себе примирение. А если все получится, то у них еще будет время вернуться за дочерью и сбежать из-под грохочущих жерновов конца света.       Тьма мягко обходила лес, неторопливо добавляла синего и черного в зеленый бархат молодой листвы. Мужчины вышли на потрепанную взрывной волной дорогу и Деро тут же рухнул на землю, перекидываясь в Зверя. - Ты умеешь перевоплощаться не в полнолуние?!- одурело отшатнулся Сивур. Было заметно, что он потрясен. Волк глянул на него мельком, скрывая то, что перевоплощение, как и прежде, доставляло ощущения не из приятных. * Ты тоже смог бы, если б захотел,- прорычал Волк, нетерпеливо передергивая плечами. - Не уверен, но, если жив останусь, попробую на досуге, - зло рассмеялся Сивур.- У меня тут машина недалеко. Иначе долго получится. * Мы успеем до вечера?- прорычал Волк. - Успеем.       И понеслись кривые подпаленные ели, блуждающие в пыльной сумеречной тени, покореженные брошенные машины, трупы на дороге. Впрочем, тела были не только людские. Кое-где встречались аккуратные, нетронутые дома, из окон которых перепугано выглядывали бледные лица. Волк не всматривался. Ему было наплевать. Сивур гнал так, что Дэро почти не сбавлял скорости своего бега и, не смотря на это, ему казалось, что они безнадежно опаздывают, что времени уже нет совсем, что все уже слишком поздно! Черное, грязное подозрение закралось - Сивур ведет куда-то прочь от места принесения Жертвы, что он обманул, лишь бы спасти себя и этот мир. Но вот они проскочили старый каменный мост над почти погибшей речкой с илистым пересохшим дном и вместо ожидаемого пригорода впереди стали мелькать чахлые скрюченные кусты, а за ними серая, безжизненная равнина. Волк слегка замедлил свой бег, встряхнул головой, словно пытался отогнать навязчивый морок, но видение не исчезло. Подоспевший Сивур остановил машину и вышел. - Дальше только пешком. Там двигатели внутреннего сгорания не работают. Как и порох, кстати, - он вытащил с заднего сидения машины дорожную сумку. Там что-то глухо громыхнуло сталью. * Что там? - Дэро нетерпеливо оглянулся на друга. - Должен же я буду чем-то оборонять свою драгоценную жизнь, - громко рассмеялся мужчина и достал на свет божий арбалет с короткими и толстыми стрелами, а затем что-то среднее между мечом римских легионеров и бразильским мачете. * Идти долго? - Нет. Идти-то не долго...- хмыкнул мужчина и криво улыбнулся. Все было ясно без слов.       Так они и двинулись - Волк бок о бок с человеком. Деро изредка оглядывался. Равнина была округлой и, чем дальше они углублялись в ее каменистые глуби, тем черней становилось небо. Впереди разгорались мятежные живые огни факелов. * Это жертвенный стол?- глухо прорычал Штефан. - Да. * В таком случае, ты больше не обязан следовать за мной, друг, - Деро остановился, исподлобья оглядывая Сивура. Тот лишь равнодушно пожал плечами и на последние слова Волка не обратил ровно никакого внимания, продолжая быстро и беззвучно идти к недалеким уже огням, которые гасли и мерцали - неясные черные фигуры мелькали перед ними. Деро зло и радостно рассмеялся: жгучее нетерпение разгоралось внутри.       Уже через несколько метров их окликнули. Во тьме, ставшей словно гуще от частой цепи расставленных по кругу факелов, стояли трое - высокие, в серебряных, как показалось неискушенному в этих вопросах Деро, доспехах. То ли дозорные, то ли просто покурить отошли. - А вы куда бредете, шавки? Или думаете, раз на престол всходит волчья подстилка, так и вам теперь место у трона?- голос был молодой и звонкий.       Волки не ответили - Деро метнулся черной, блеснувшей алыми зрачками, тенью. В страшных челюстях заскрежетал незнакомый металл. Звонкий и радостный в своей бесстыжей наглости голос захлебнулся и забулькал, выдав напоследок тонкий свистящий звук. Сивур отбивался от двух сразу, плохо справляясь с высшими, которые всю свою почти бесконечную жизнь только тем и занимались, что оттачивали умение убивать. * Дети, вы же не знаете, с чем связались, - прорычал довольный Волк. Кровь, черная с серебряным отливом, стекала по его оскаленной морде. Он так давно не убивал, что почти позабыл, как разливается по телу будоражащий огонь отнятой жизни, чужой смерти. Оттеснив боком неловкого в рукопашной Сивура, Волк сбил с ног первого витязя, обрушившись на него, прижав к земле передними лапами, которые промяли в тонком и нарядном панцире две уже неисправимые борозды. Второй замахнулся было тонким и длинным мечом, но Волк опередил его и перехватил руку на излете удара. Челюсти сомкнулись повыше плеча, и Волк, вложив в рывок весь свой вес, просто вырвал руку из тела, словно черенок от вишни. Кажется даже звук был похож, да и пасть тут же наполнилась такими же приторно-сладким звенящим жгучим. Молодой мужчина сперва не понял, что произошло - упал и бестолково крутил головой, раскрывая беззвучно рот. Серый песок не впитывал крови, что нефтяной лужей растекалась под еще живым витязем. Тут подоспел Сивур и снес безрукому голову своим широким мечом. * Дело...- рассмеялся Волк и опустил голову к оставшемуся в живых.- Она будет вашей госпожой, ублюдок ты сереброволосый. Она будет Госпожой, а я буду убивать каждого, кто посмеет на нее косо посмотреть. Было так легко содрать с высшего его смешной испуг вместе с лицом, хрустнуть костями, кроша голову в жерновах челюстей, смешивая осколки с остатками шлема.       Они двинулись дальше. Огонь отбрасывал оранжевый отблеск на старые камни, что поднимались широкими ступенями к каменной площадке. На ступенях теснились фейри - похожие на людей, и не имеющие с человеческим родом ничего общего. Светлые стояли по одну сторону, Темные по другую. Никто не проявлял ни агрессии, ни страха. все жадно смотрели на помост, который был пока пуст. * Почему нет столба? Или как они это хотят сделать?- остановился Деро. - Они не станут ее привязывать, как делала инквизиция. Там наверху есть яма. Из нее не сбежишь... * Ясно.       Штефан внимательно оглядывал стоящих рядом с помостом и почти сразу узнал Ода и Лану, рядом с которой стоял какой-то не знакомый юноша и тихо говорил ей что-то, слегка склонившись к ее уху. Но вот на помост взошли Змей и Хэлен. Девушка была бледна и сосредоточена, взгляд ее не задерживался ни на чем. Деро лишь на мгновение замер, не признавая в этой юной женщине свою Волчицу - длинное совершенно прозрачное платье, сотканное будто бы из бликов на морской воде глубокой ночью, не скрывало ничего от холодных любопытствующих взглядов толпы. Серебряные, пушистые волосы забраны в высокий хвост и опадают на спину, посверкивая ледяными бликами алмазов, вплетенных в них. * Уходи, Сивур. Я благодарен тебе.       Волк уже не видел перед собой ничего, кроме женщины, ступающей невесомо по древнему камню, с каждым шагом приближающей свою жуткую смерть. Его заметили не сразу - все взгляды были устремлены к ней, но вот ропот поднялся над ступенями, появились ядовитые улыбки - все ждали нового представления. Кто-то пытался ухватить Деро за загривок и получил сокрушительный удар прямо в костяной череп, лопнувший словно спелая клюква - Сивур спустил с тетивы своего арбалета короткую толстую стрелу. И окружающие фейри поняли - эти двое пришли не кланяться и просить милости, они пришли убивать. Зверь больше не таился, он проламывал себе дорогу, не заботясь о том, калечит или убивает. Хэлен испуганно ахнула, увидев со своего возвышения, какая кровавая и жуткая свалка началась у подножия ступеней. Сколько их было? Пятьдесят... Сколько он сможет пройти, прежде чем его сломят и убьют завистливые и невыносимо спесивые высшие фейри? - Остановите его! - воскликнула она. Змей окаменел лицом и не шелохнулся. - Почему ты не спасешь его, Дед?! Они же убьют его!!! Останови, уведи отсюда, ты же можешь! - кричала, срываясь на визг, девушка, вцепившись в ледяную руку Змея. Крылатый Змей вырвал свою ладонь из рук внучки и, не произнеся ни слова, двинулся в сторону Волка, который рычал от злости, разрывая на части, разбрасывая тех, кто смел не пропустить его. Он почти не замечал ударов, что настигали его, боль уже не проникала в сознание, отбрасываемая прочь гневом и радостью сражения. К Хэлен подбежала Лана, встряхнула за плечи: - Хэл, некогда теперь ждать! Волк не отдаст тебя, пока жив... Надо спешить, - она говорила быстро, пытаясь поймать безумный взгляд Хэлен. - Змей его остановит. Вот увидишь. Я должна знать, что он жив! Как ты не понимаешь?! - воскликнула она, вырываясь из рук охотницы. - Змей не будет его останавливать, дура! Змей не встанет между ним и тобой! Он сам там ляжет, но не будет мешать Волку! Хэлен замерла. - Тогда надо скорей...пока они живы...Разжигайте огонь! Быстрей, нелюди! - закричала она сбрасывая с себя ненужное платье. А змей, и правда, стремительно подошедший к Волку не задержанный никем, просто встал рядом и обнажил саблю. И почти сразу рядом, словно нарисовался из пустоты, оказался Кочерыжка, помахивающий своим молотом. Кто против нас? Стройтесь в очередь! Волк в восторге рычал проклятья. Никогда прежде эти камни не пили столько волшебной серебряной крови...Хэлен напряженно следила за ним, леденея душой всякий раз как он скрывался в мельтешении рук, голов, мечей и криков. - Госпожа, - послышался вкрадчивый голос из-за плеча. Рядом стоял Сатана. - Что Вам?- раздраженно и нетерпеливо оглянулась Хэлен. - Я хотел бы уточнить кое-что, с Вашего позволения. - И что же? - Быть может вы приняли мой жест доброй воли за абсолютно альтруистический поступок, однако, это не так. Мне нужны некие гарантии... - Гарантии?!- она громко и истерично рассмеялась, - Не будет вам никаких гарантий! Хотите подохнуть - забирайте душу сразу, если она все еще принадлежит вам... - Видят оставшиеся Боги, я могу это сделать, ведь есть еще ваша дочь, которая вполне может заменить вас... - Вот уж чего не будет! Если отберете мою душу, сдохнете все! Нуару не отдадут. На этом все. Встретимся после смерти, в любом случае.       Люцифер тонко улыбнулся, принимая поражение легко и безболезненно. - Ты должна спрыгнуть, Хэл, - к ней вернулась Лана. - Огонь зажигают уже после. Хэлен в последний раз попыталась отыскать взглядом Деро, но, не найдя его, сжала до белизны губы, стараясь удержать в себе слезы. У подножия постамента, на котором они стояли, была глубокая, в два человеческих роста, яма. Именно вокруг нее и было построено это каменное нагромождение.       Не задумываясь, она спрыгнула вниз. Камень больно ударил по пяткам и лодыжкам. Страх навалился с новой силой. Оказавшись словно бы в каменном стакане с гладкими черными стенами, Хэлен не сразу заметила, что под ногами у нее камень совсем не такой - пористый, испещренный крохотными отверстиями. Оттуда начала сочиться вязкая, пахнущая смолой и железом, черная жидкость. Хэлен поняла, что это какая-то горючая смесь, которую вот-вот подожгут. Самообладание изменило ей в последний момент, в отчаянии она закричала: - Штефан! И Волк откликнулся жутким, надсадным воем, продираясь к ней на помощь, растрачивая огромное количество силы, которое он отнял у Луны, которую отнимал сейчас у тех, кого не глядя убивал. * Не смей умирать без меня!!!- взревел Волк, разрывая на части Темных и Светлых, пытающихся его остановить или просто попавшихся на пути и не успевших отойти вовремя. Синяя искра упала откуда-то сверху, прочертив в воздухе сизым хвостом. Пламя азартно вспыхнуло, радостно метнулось от стен к живому, теплому человеку. - Штефан!!!- кричала она, закрываясь руками от вездесущей боли, сжимаясь в искореженный клубок. Так мог кричать только погибающий в страшном мучении и одиночестве человек. Ослепленный, оглохший он просто свалился сверху в пылающую пропасть, где уже было не разобрать, есть ли кто живой.       Пламя нехотя лизнуло окровавленную шкуру. Пламени понравился вкус, но Штефан не замечал его жадной жестокости, он, наконец-то, нашел ее, приподнял со дна, пряча в руках, отодвигая всего на несколько мгновений Смерть, что будет уже одна на двоих. И чем глубже впивались когти огня в их живые обезумевшие тела, тем сильней они сжимали руки. Огонь вгрызался в них, отнимая последнее дыхание. Черный дым поднимался из каменной преисподней к черному беззвездному небу. Два голоса, слившиеся в один страшный, безнадежный крик, замерли на высокой ноте и оборвались. Только огонь ревел восторженно, требуя новой крови.       Лана стояла совсем близко от пролома ямы, по щекам ее катились слезы. Змей, весь улитый серебряным и черным, в молчании играл желваками на каменном лице. Он сделал все, что мог, чтобы Волк успел. У Волка было право выбора, и он выбрал Смерть, не оставил свою женщину одну в ужасе и тьме. - Она никогда нам этого не простит. И будет права,- обронила Лана. Вийме внимательно всматривался в охотницу, впервые обнаружившей хоть какие-то эмоции в его присутствии. Он вздохнул, хрустнул позвонками, дернув головой, и шагнул вперед. Пламя приняло в себя еще одного, поглотив беззвучно. Как он нашел их в огне, как смог расцепить искореженные жаром руки, Лана не представляла, но спустя несколько мгновений, на площадку стал выкарабкиваться Дракон. Ему было невыносимо тесно. Под крылом дракона виднелось что-то обугленное, оскалившее длинные клыки. Человека узнать в этой кровавой головне было невозможно. Только руки, жутко изогнутые, с напряженно сжатыми пальцами, напоминали, что когда-то это было живое существо с голосом и глазами, с улыбкой и кривой ухмылкой. Волк был один, Хэлен Дракон оставил там, внизу. - Поздно...- Лана отвернулась, закрыв лицо ладонью. - Сама ты - поздно, - пророкотал Дракон. - Лечи давай, пока и правда не сдох ваш драгоценный Волк! - Я не умею! Ты отнял, сволочь!- закричала Лана и прижалась ладонями к жуткому месиву на груди оборотня. Сквозь обугленную плоть проглядывали кости. - Если я отдам тебе силу, ты сможешь перенаправить ее в Волка? - рядом с ними на колени опустился Змей. - Нет! Силы у меня и самой хватило бы... Я просто не могу лечить! А сам ты не можешь? - Не могу, - отрубил Змей. - А что здесь такое происходит? - холодно и зло упало на древние камни. Позади них облитый оранжевым светом погребального огня стоял Тир. Привычная его военная форма была потрепана и запылена. Блудницы рядом не было. В черных глазах плавали блики ярости. - Я спрашиваю - какого черта здесь происходит?! - он не говорил, он шипел, сдерживаясь из последних сил, -Эй ты, мальчик с белыми волосами, быстро прыгай обратно! Там горит моя дочь, между прочим! - Сам прыгай! - словно выплюнул Вийме и с вызовом во всей своей опять человеческой фигуре запихнул руки в карманы брюк. Тир быстро подбежал к Лане и скороговоркой выпалил ей на ухо: - Сейчас я прошу тебя о том, за что никогда не смогу отплатить... Спаси моего ребенка из этой смерти! Я не хочу, чтобы она... Прошу тебя! Мне нельзя в огонь! - отчаяние и страх были не прикрыты ни гордыней, ни приказом. - Я же погибну...- а глазами спрашивала:"Ты ЭТОГО хочешь?" - Дети мои... Быть может, Хэлен уже пора стать самой собой?- Змей напряженно смотрел на сына. - Не так! Пусть у нее будет то, чего не было у нас! - рявкнул Тир и двинулся уже было к пылающей яме. Дракон остановил его. - Обещай, что никогда не причинишь этой человеческой женщине вреда и я спасу твою дочь, - он смотрел в упор на Темного Властелина и было ясно - он знает, о чем просит. Тир не успел ответить, Лана легкой, почти незаметной молнией, слетела вниз, в бушующее пламя, что сжирало, словно голодный оборванец, остатки живого еще человека, вытягивая последние капли силы. Она не видела, не слышала ничего, кроме рева пламени, которое не хотело отдавать преподнесенную ему жертву. Страшный непереносимый жар сразу выжег весь воздух в легких, а затем и сами легкие. Охотница вслепую шарила руками по раскаленному до красна камню и наконец-то нашла то, что когда-то было человеком. Приподнять ее она смогла, но вытолкнуть наружу не получалось - было слишком высоко. И только тут, когда казалось, что сил терпеть боль уже нет, кто-то дернул ее за талию, выхватив высохшее почти невесомое тело Хэлен из рук. - Спасибо, Ланька, - просипел Тир, сверкая безумными от страха глазами, вытягивая их обоих в прохладу и сладость кислорода.       Чего это стоило Темному Властелину знали, пожалуй, только Од и Змей. Серебряные, колючие волосы, ресницы, брови, вспухшая страшными волдырями кожа лица его неохотно принимала обычную форму. Змей боком подошел ближе и легонько положил свою хищную руку на плечо сына, безмолвно вливая в него свою силу. Где был его сын, что с ним произошло за это короткое время, Змей даже не подозревал, но судя по тому, что он с огромным трудом залечивал даже свои ожоги, вымотан он был до крайней, непозволительной для Темного Властелина, степени. Тир впервые не зашипел от омерзения и ненависти, не сбросил руку отца с плеча. - Тир, лечи сперва Волка! Если он... - Да понял я, понял! Не жужжи на ухо! - огрызнулся он и отступил от дочери. Руки его дрожали. Лана внимания на грубость не обратила, а только положила свою руку на второе его плечо. Никто не смеет подозревать слабость в Темном Властелине! Пусть думают, что охотница и Змей просто рады видеть его. И ничего более.       К притихшему Вийме подошел Од. - А ты - молоток, Дракон! Ловко все обставил. Как ты думаешь, в честь всеобщего спасения и воссоединения... - Да, я только за!- словно бы очнулся ото сна юноша, тряхнул головой, оторвался взглядом от опущенной на чужое плечо руки Ланы, улыбнулся Кочерыжке.- Куда двинемся? - К Змею, наверно! У него просто бездонный погреб! Я проверял пару раз. Думаю, он не будет против.       Волк кричал, кричал, кричал, вырываясь из огненных тисков, которые все не хотели отпускать, не прекращали терзать. А надо было спешить, надо было скорей туда...Он метался в поисках выхода. В ушах гремел странный хруст. Что это? Ах,это же кожа, обугленная, хрустит, опадает черными хлопьями, обнажая такую чувствительную, такую тонкую новую. Он закашлялся, пепел наполнил рот. От отвращения его стало невыносимо мутить. Сил сопротивляться не было - конвульсия скрутила его с такой силой, что, кажется, желудок решил тоже покинуть обожженное тело. А чего ему делать там, где нет легких? - Во-о-олк, ну спасибо, - брезгливый и знакомый голос.       Кто это, вообще? За что благодарит? - Открывай давай глаза свои бесстыжие! Хватит под мертвого косить! Нет, ну надо же... Наблевал на тестя и лежит, поленом прикидывается! Вставай, говорю!       Деро недоверчиво попытался открыть глаза. А у него все еще есть глаза? Вроде совсем недавно они, с оглушительными хлопками, лопнули. Не везет ему с глазами. Определенно, не везет.       Однако, веки приподнялись. - Я что - жив?- недоверчиво просипел Деро, все еще чувствуя во рту отвратительный привкус. - Как видишь!- язвительно фыркнул Тир и отвернулся. - И ты жив! - Волк пораженно уставился на серебристый затылок. - И ты, и я, и все...Кроме моих слуг, которых ты тут разорвал на весьма сомнительные бифштексы. Что нашло-то на тебя? Хочется убивать - людей несколько миллиардов, а он моих высших крошит, которых я и сам с превеликим удовольствием убивал бы пачками, но должен же кто-то со Светлыми сражаться в совершенно бессмысленной войне! - Да он и Светлых положил не меньше...- прогудел совсем рядом Од. Деро приподнялся с земли. Голова кружилась, руки тряслись. Давно такого не было. Да что уж там?! Никогда такого не было! - Где Хэлен? - он метался взглядом и не находил ее. Жуткая мысль, что вот он выжил, а она - нет, заставила вскочить в панике. - Да нормально с ней все! Успокойся. Одевается твоя благоверная. Слушай, Волк... а можно я у вас помоюсь? - внезапно обернулся Тир и улыбнулся чуть виновато. Деро прекратил вертеть головой в поисках Хэлен и удивленно уставился на Темного Властелина. - Не вижу причин отказывать. - И я бы еще пожил у вас пару дней... Обещаю быть тише воды и прочие плюшки. - Милости прошу, - еще более удивленно воззрился на тестя Деро. - Вот и спасибо. Сивур, ты машину где оставил?- юноша уже отвлекся и раздавал разнообразные приказы своим слугам.       Вторую машину нашли по дороге, потому как в одну все не влезли. Нет, они даже рукой друг друга не коснулись и сели в разные автомобили. Хэлен прятала глаза и куталась в огромную куртку Кочерыжки поверх своего платья, которое Деро не назвал бы даже ночной рубашкой. Надо будет потом спросить, в какую светлую голову пришла мысль обрядить его жену в эту прозрачную и блестящую тряпку. Лана и Дракон о чем-то тихо переговаривались на заднем сидении, Волк и Сивур сидели спереди, храня гробовое молчание. Измотанный и раненый Сивур кривился и шипел сквозь зубы площадной бранью. Рванувшая с места, машина Тира быстро скрылась из вида. Ночь уже сходила на нет, вздохнув облегченно. Поднялся первый утренний ветер, стал разрывать клубы дыма, набегающие от какого-то близкого города. - Как ты думаешь, они найдут дорогу?- проскрипел Деро сдавленно и покосился на Сивура. - Не найдут - остановятся. Но не думаю, что Вожак промахнется...- по виску у него обильно бежала кровь, он словно бы не замечал этого.       Усталость навалилась на Штефана, обхватила ватными руками, шепнула в ухо "Теперь всё...", и он тут же уснул, позабыв следить за дорогой, не надеясь на Сивура. Мягкое покачивание машины баюкало.       Он едет Домой. Теперь уже навсегда.       Никогда еще этот дом не слышал столько смеха, не видел столько счастливых лиц. Нуара сидела на руках то у Тира, то у отца, то у Змея, теребила за воротник Кочерыжку, подбегала к матери, вжимаясь личиком в ее плечо. Стол был вынесен под сень деревьев, стулья, все что были в доме, развалились опричь. Откуда разом взялось такое количество разнообразной еды и алкоголя, Деро не взялся бы сказать ни за что, но, заметив поблизости мохнато-шоколадные уши, улыбнулся и потрепал недоростка по макушке. Кочерыжка, собиравшийся отправиться к Змею вместе с Драконом, благополучно передумал. Куда же он поедет, если все здесь. Стая никуда и не уходила, а теперь на правах пусть и дальних, но родичей, осталась под предлогом "мало ли что?...время сейчас неспокойное!"       Прозрачное, зеленоглазое утро смеялось в листве, ласкалось теплым котенком, играло бликами окон. Хэлен и Деро лишь переглядывались молча через стол. И снова Змей отводил глаза, лишь бы не становиться случайным свидетелем этих почти прикосновений, которыми они обменивались. Волк спрашивал:"Простила ли ты меня? Поняла ли? Что же мне делать, если ты мне дороже, чем весь мир?"...А она отвечала:"Я так боялась, что ты подумаешь, будто власть важней для меня, чем ты...Я так боялась, что ты там погибнешь, если я позову." И оба улыбались, радуясь друзьям, дому, солнцу, друг другу и тому, что жизнь впереди такая длинная.       Тир сидел веселый, внимательный, посматривал на большой сто раз перестроенный дом, в котором пристройки создавали впечатление, будто перед ним не просто деревянный старый особняк, а древний, угрюмый замок, который сможет пережить еще не одно столетие, прежде чем потребуется ремонт. Глазами он пробегал всех сидящих за столом, не особо задерживаясь на ком-то конкретно, но Змей видел, или даже чувствовал, что ему неприятно, что Дракон сидит рядом с Ланой и смеется над чем-то, понятным только им двоим. Дед слегка склонился к столу и проворчал, чтобы слышал только сын:"Если бы не он, Лана была бы совсем другой. Ту, другую, ты убил бы не задумываясь..." Тир громко фыркнул и недовольно глянул на отца. Как-будто ему есть дело до того, что там за байки рассказывает этот хоббит...       Пересидеть гостей было нереально, и Деро, решив для себя, что он, между прочим, у себя дома и не обязан терпеть три дня засилье этих незваных обжор и алкоголиков, просто вытянул Хэлен за руку из-за стола и повел к дому. Все тактично проигнорировали уход хозяев и продолжили громогласно смеяться, пить, выкрикивать тосты и закусывать тем, что стырил в неизвестном месте Ушастый.       Наверх и запереть дверь. Деро сжимал ладонями тонкое лицо, все еще чувствуя легкий привкус гари на серебряной коже и от того казалось, что Смерть все еще стоит за спиной и протягивает свою холодную руку, чтобы отобрать, отнять вот эту хрупкую, податливую, горячую, нетерпеливую, уже постанывающую девочку. Как, оказывается, легко ее потерять...А Хэлен забирается ладонями под рубашку, снова чувствует кривой и не растворившийся рубец под самой грудью, там - сердце, которое выстукивает ритм их счастья, близости, наслаждения.       Он отворил поцелуем кровь без спроса - нет больше тайн. И, не останавливаясь, снимал с нее свою одежду, ловко сбрасывая и с себя. Хэлен рассмеялась и легко обвила его своими ногами - неси меня уже. - Куда тебя отнести? - Куда-нибудь недалеко... Молочные плечи, с голубоватыми жилками шея, вздрагивающее стоном горло - все ждет прикосновений губ, языка, зубов... Хэлен нетерпеливо потянула его за волосы вниз: - Куда ты ты так спешишь, моя Серебряная Госпожа?- рычит Волк, но покоряется, пробегая языкам по ключице вниз, к розовому соску. - Я соскучилась...- стонет она, сжимая в пальцах его волосы сильней и кусает легонько за шею. Волк в отместку прикусывает подвернувшийся как раз сосок. Хэлен вздрагивает и вскрикивает, прижимаясь к нему сильней. Волк скользит жадным ртом по гладкой, теплой коже, не задерживаясь надолго... Он тоже скучал! Он должен знать, что все осталось по-прежнему между ними, что вся она принадлежит ему! На бледном шелке кожи оставались следы его зубов. - Ты совсем не жалеешь меня... - И никогда не буду! Оба лгут, и знают это... Штефан схватил ее руки, прижал к кровати, чтоб не мешала, не отвлекала его внимание своими прикосновениями. Сейчас только Деро властвует над распростертой под ним женщиной. Без зазрения совести он терзает ее, наслаждаясь то ли стонами, то ли криками, что срываются с губ девушки. Волк не может не отплатить за страх потерять ее, что он пережил. - Ты не устал еще меня кусать? Может, еще что-нибудь попробуем?- проворковала Хэлен и прижалась к нему бедрами. - Мелкая....-только и смог прорычать, потому что прикосновения ее были нежны, звали его, приказывали, приглашали. Он вошел в нее и укусил до крови одновременно. Хэлен вскрикнула громче обычного со стоном на исходе выдоха... Подалась навстречу всем телом, сжала ладонями его пальцы. Снова они были вместе, на этот раз сплавлены желанием, нетерпением, граничащими со злостью. Неслись мимо мгновения, отмечаемые только рывками Деро внутрь и возвращением обратно, дыханием, что все быстрей вырывалось из груди, вскриками Хэлен, ее мольбой. Волк слышал ее, и это заставляло его двигаться быстрей, вкладывать в каждое движение всю свою нечеловеческую силу, и если бы Хэлен была смертной, нелегко бы ей пришлось...Но они шли наравне и настал момент, когда уже и Штефан перестал себя контролировать, его голос сплелся со сдавленными стонами Хэлен...       Тир сидел на каменной скамье, закинув ноги на трухлявый пенек, выглядывающий из кустов рядом. - Вы очень вовремя появились, Ваше Величество, - улыбнулась и села рядом Лана. - Надо же, ты выучила мой титул наконец-то...- проворчал в ответ юноша. - У меня было достаточно времени на скорбь и самобичевание. - Неужели? А я уж было подумал, что ты все это время с Драконами приблудными тут... Он не успел договорить - Лана ударила его ладонью по затылку. - Что?! Я смотрю, этот сморчок тебя плохому тут научил, пока меня не было! Руки распускать начала... - А ты не болтай глупостей! Где Блудница, скажи лучше. - Не знаю... И только теперь Лана поняла, ЧТО потерял Темный Властелин, отчего он сидит сгорбившись, словно придавленный огромным камнем и с тоской смотрит в небо, которое теперь разделить не с кем. - И никак нельзя..? - Не знаю! И давай не будем об этом! - Ладно, ладно, - Лана примирительно подняла ладони.- Если я могу помочь, скажи - чем? - Не знаю, чем. И не знаю, когда. Пришлось выбираться из такой дыры, чтобы успеть... - Ясно...- и замолчала. Какой смысл расспрашивать? Сам скажет, если осталось еще что-то важное. - Хэл свободна теперь. - Тогда зачем было такой спектакль устраивать около жертвенника? - Я не хотел, чтобы она погибла в огне. - Это я уже поняла,- скривилась девушка. - Ты уйдешь с ним? - он впервые поднял глаза. В черноте не отражалось ни блика. Тир не уточнил, кого имел в виду - было и так ясно. - Нет. Я устала... - Вот и хорошо. - Ты с Белым Богом договорился, или просто убил? - ПРОСТО УБИЛ?! Женщина, ты думаешь так просто взять да и убить его? ..Хотя, да. Я его ПОЧТИ убил, но оказалось, что проще договориться. Он обещал отменить договор, а я обещал... - Что? - похолодела душой и пальцами девушка. - Обещал век не трогать людей. И слугам моим запретить. - Боги... - Вот именно. Так что хорошо, что ты никуда не уходишь. Работы будет - хоть жопой ешь!- он впервые усмехнулся. Лана с облегчением выдохнула, удобно устроилась спиной на каменной скамье, запрокинула к небу лицо. Бело-розовые облака теснились у горизонта, предвещая ночной дождь. - Я надеюсь, что эта огненная машина убийства уйдет восвояси обратно туда, откуда пришла? - Тир склонился к охотнице, нахмурившись. - А я откуда знаю? Он - Дракон и летает сам по себе. - Беда мне с тобой, Ланька, - фыркнул пилот и вплелся тонкими пальцами в каштановые волосы. - Ты бы придумал какое-то другое слово для меня. Это уже использовалось раньше... - Придумаю. Видят Боги, придумаю. Слов больше не было слышно. Каждый из них задумался. Охотница бездумно прижалась своим плечом к плечу Тира, он так же бездумно обнял ее одной рукой. Одиночество отступило ненадолго и недалеко. Но оба были вооружены против него - плечо прижималось к плечу.