Напролом

Наруто щурила голубые глаза, пытаясь хоть что-то разглядеть в густом тумане, буквально нависшим над озером. Он походил на плотную белую пелену. Создавалось ощущение, будто весь воздух был соткан из нитей огромного паука, а сама Наруто и её спутники были лишь мухами, готовыми попасть в ловушку арахнида. Дыхание иногда перехватывало от сырости и влаги, будто, действительно, они попали в медленно сжимающийся кокон. Девочке было очень скучно, потому что в лодке, куда они сели, желая добраться до другого берега незамеченными, все молчали. Узумаки сидела на носу лодки, но даже так ей было видно окружающую местность не лучше, чем остальным пассажирам. А ещё у неё неясно сосало под ложечкой. Было ощущение, что даже в таком непроглядном тумане кто-то не сводил глаз с их компании. Однако куноичи отметала эти мысли. Никто не смог бы ориентироваться в таких условиях. Разве что кто-то, обладающий бьякуганом… Наводили подозрения и странные взгляды Какаши, которые тот периодически бросал на противоположный берег. Наконец прямо перед лодкой вырос ещё незаконченный мост, по сравнению с которым лодка команды номер семь казалась маленькой букашкой. Наруто выдохнула: даже не достроенное, построение поражало своей величественностью. В Конохе не было такого, а потому Узумаки старалась рассмотреть как можно больше, пока лодка проплывала около моста, и туман не сгустился ещё больше. - Здоровенный-то какой! – чересчур громко восхитилась Наруто. - Будь тише! – лодочник угрожающе дёрнул веслом, а Узумаки вжала голову в плечи и приложила руки к своему болтливому рту. – Зачем, по-твоему, мы крадёмся в тумане с выключенным двигателем? Если люди Гато нас засекут – пиши пропало, дурья башка! Наруто активно закивала, словно китайский болванчик, и осторожно взглянула на своих напарников и сенсея. Хатаке Какаши сидел, не двигаясь, и будто гипнотизировал едва различимую арку под проходящей над озером дорогой. Иногда Наруто жалела, что джонин всегда носил маску, потому что невозможно было понять, какие чувства он испытывал только по одному открытому глазу. Узумаки пришла в голову идея, чем она займётся, когда вернётся в Коноху. Возможно, привлечёт к этому ещё и Харуно с Учиха. Наверняка им тоже было любопытно, что скрывал под маской почитывающий похабные книги Хатаке. Сакура осторожно посматривала на сурового лодочника и хмурого Тадзуну, сложившего руки под грудью. Куноичи прислонила ладонь к подбородку и поджала губы. Наверняка девочка испытывала волнение или даже страх перед предстоящей переправой в дом Тадзуны. Хоть она и посочувствовала старику, Сакура не хотела ввязываться в опасности и неприятности на первой же серьёзной миссии. Заметив взгляд Наруто, Харуно будто собралась с духом: глубоко вдохнула, сложила руки под грудью, показала Узумаки язык и пододвинулась ближе к Учиха. Сам же Саске сидел хмурый и мрачный. Даже более, чем это бывало обычно. Это настораживало и заставляло нервничать и без того обеспокоенную Наруто. Девочка зябко поёжилась, в очередной раз ощутив на себе чей-то чересчур внимательный взгляд, и вновь посмотрела по сторонам. Саске, заметив телодвижения напарницы, хмыкнул: - Не бойся, желторотая. Если что, я вновь смогу тебя защитить. Наруто заскрипела зубами и сжала кулаки. Единственное, что заставляло её сидеть на месте и не набрасываться с дракой на самодовольного Учиху, - это лодочник, который буравил её предостерегающим взглядом и Сакура, вскинувшая кулак, таким образом предупреждая Узумаки, что затея изначально провальная. - Всё равно я смогу тебя одолеть, Учиханный! – прошипела Наруто, гневно сверкая глазами. Сам Саске, которому, видимо, откровенно надоело то, что его фамилию постоянно коверкала Узумаки, сжал кулаки. Иногда Учиха думал, что от девчонки в Наруто остались только её длинные волосы. По мнению Саске, Узумаки скорее походила на вздорного мальчишку, нежели на куноичи. Именно по этой причине между ними бывали драки. Порой Учиха элементарно забывал, что Наруто – девочка, однако основное время он помнил это, поэтому на откровенные провокации со стороны Наруто старался не реагировать, потому что в голове засело предубеждение, что все девушки – слабые существа. Вдобавок ко всему, навязчивые и поверхностные, что Учиха уяснил из лет, проведённых в Академии. - Скоро прибудем, - ворчливо произнёс лодочник, не сводя глаз с дороги, проложенной над водой. Пока взрослые и Сакура отвлеклись, Наруто строила рожицы и показывала раздражённому Учиха язык. – Нас никто не заметил, но, на всякий случай, мы поплывём тем путём, где есть камыши, - Саске не выдержал и отвесил напарнице подзатыльник. – Так нас будет сложнее засечь, - Наруто, обиженно смотря на ухмыляющегося Учиха, пнула его под коленку. - Спасибо, - устало ответил Тадзуна, скосив глаза назад. Драка уже практически началась, однако когда соперники кинулись друг на друга, Какаши несильно стукнул обоих по головам и напомнил, что в любой момент он может использовать на учениках приём «Тысячелетие боли». Ребята сразу присмирели, однако несильными тычками и пинками, пока никто не видел. Сакура вздохнула. Тем временем лодка проезжала под мостом. Наруто вздрогнула: под мостом было особенно сыро. Крупные каменные плиты были покрыты плесенью. Наруто стала упорно вглядываться в плотную завесу тумана. Ей показалось, или в один момент ей удалось разглядеть мельчайшие капли воды в воздухе? Наруто моргнула и протёрла глаза, желая проверить, не привиделось ли ей. Как она и думала, наваждение пропало, чему Узумаки немного расстроилась. Сзади слегка напрягся Какаши, уловив всполохи чакры Девятихвостого. Нос лодки будто разрезал плотную ткань тумана, как будто она была маслом, а нос лодки – ножом. Наруто смогла увидеть небольшую деревеньку, словно укрытую спутником дождя. Над водой стояли небольшие обветшалые домики, выстроенные плотным кольцом, а в этом своеобразном круге росло небольшая группка деревьев. По тому, что хитросплетения корней зелёных гигантов выглядывали из воды, можно было понять, что совсем недавно здесь было наводнение. Или же наоборот, уровень воды на озере упал. Хатаке мысленно посочувствовал этому краю, который терпел гнёт не только людей Гато, но и непогоду и капризы здешней природы. Наруто же была слишком впечатлена тем, что глазам её открылись новые места, совершенно не знакомые, таинственные, в прямом смысле окутанные туманом. В Конохе подобная погода была редкостью. Там редко бывали дожди. Да и если бывали, складывалось впечатление, что они проходили по расписанию. Природа там была сравнима с прирученным зверем, признавшим хозяина и никогда не осмелившимся укусить человеческую руку. В этих новых местах вся природа дышала дикостью. Никто ещё не осмелился приручить её. Именно поэтому куноичи улыбалась до ушей и радостно вытягивала руки, будто желая поймать за хвост ловкий ветер и туман, всё время стоящий перед глазами, но упорно ускользающий из по-ребячески неуклюжих ладоней Наруто. В голову закрался глупый вопрос, который Узумаки решила немедля задать, чувствуя волнение Какаши и его настороженный взгляд, буравящий спину куноичи. - Какаши-сенсей, - начала она, остановив внимательный взор на учителе, - а был ли шиноби, который смог поймать туман за хвост? Хатаке, до того собранный и внимательный, выглядел растерянным. Вопрос поставил его в тупик из-за своей неожиданности и детской непосредственности, которыми он был пропитан. Обычно подобным интересовались дети у своих родителей. - Наруто, что за глупые вопросы? – недовольно насупилась Сакура, посчитав, что это очередной способ Узумаки обратить на себя внимание. - И вовсе не глупые, - буркнула Наруто и уставилась на ветви деревьев. Остальную дорогу до берега Команда номер семь молчала. Какаши не говорил ни слова, потому что он до сих пор волновался из-за того кратковременного выброса ядовитой чакры Кьюби. Да и неловкость от вопроса маленькой куноичи осталась. Харуно бросала осторожные взгляды на молчаливого Саске, надеясь, что он проронит хотя бы слово и тоже скажет, что Наруто – дурочка, как он всегда это делал, однако Учиха молчал и буравил взглядом водную гладь озера, не обращая никакого внимания на розоволосую куноичи, из-за чего та, уныло вздохнув, стала водить пальчиками по небольшим трещинкам в лодке. Лодка причалила к одной из неприметных пристань. Тадзуна, генины и джонин осторожно сошли с лодки (правда, зазевавшаяся Наруто чуть не упала в воду, споткнувшись о бортик лодки; в последний момент за шиворот её поймал шедший позади неё Саске). - Моё дело сделано, Тадзуна, - произнёс угрюмый лодочник, быстрым взглядом оглядевший компанию ниндзя. – Прошу тебя, будь осторожен. До свидания и удачи! - Ага, - беспечно махнул рукой мостостроитель и вызывающе улыбнулся, смотря на то, как лодка знакомого рыбака отплывает всё дальше. – Спасибо огромное, – беспокойство закралось ненадолго в душу, однако старик пошёл вперёд бодрым шагом. – Ведите меня домой, коноховцы! Хатаке устало вздохнул и провёл рукой по лицу, думая, что, если они вновь столкнутся с вражескими ниндзя, это будут более сильные противники, нежели те, что встретились им в самом начале пути. Одной царапиной на руке Наруто здесь не обойдётся… Какаши вновь вздохнул, считая, что следовало бы повернуть назад и заставить упрямого мостостроителя платить за приличную охрану, а не доросших до серьёзных миссий детей вновь отправить ловить кошек и пропалывать огороды. Наруто шла красная и хмурая, иногда поглядывая на Учиха. Она злорадно усмехнулась, когда в голову закралась мысль о том, что в следующем сражении уже она спасёт её соперника, а не заставит его отдуваться за двоих. Кто знает, может, после этого она сможет подружиться с высокомерным Саске? Узумаки широко улыбнулась, шагая впереди колонны. Настроение медленно поднималось, а туман вокруг становился всё более густым – это настораживало. Какой бы дикой и необузданной ни была природа в краях, где практически нет шиноби, подобные аномалии были не нормальны. Это можно было понять и по бегающим глазам мостостроителя, ежесекундно поправлявшего шляпу и шарившего рукой по поясу. Либо он взял с собой оружие, решила Наруто, либо наоборот: он его забыл, хотя обычно оно при нём. Неудивительно. Кто угодно мог стать параноиком и взяться впервые в жизни за оружие, когда грозит серьёзная опасность. Наруто решила последовать примеру Саске, незаметно приложившего руку к подсумку и Какаши, так же незаметно запрятавшего в ладонь пару кунаев. Узумаки услышала неясный шорох, однако не стала сраазу кидать в ту сторону оружие. Рано. Наруто начала вглядываться, стараясь различить в плотном тумане хоть что-то, кроме больших деревьев и земли дальше десяти метров. Узумаки вновь смогла рассмотреть капли тумана, чему чрезвычайно обрадовалась. Она вновь услышала шорох, более явственный, чем до этого, и увидела небольшую тень. Куноичи поспешила кинуть в ту сторону кунай. Послышался писк. Узумаки самая первая бросилась в ту сторону, оставив позади изрядно удивлённых напарников, вновь насторожившегося наставника, почувствовавшего выброс чакры, и мостостроителя. Наруто увидела белого кролика, которого она чуть не убила. Девочка горестно вздохнула: она-то надеялась, что смогла в одиночку пришпилить к дереву опасного нунекина. - Наруто, ты живодёрка! – прогремел голос Сакуры. Узумаки показалось, или из-за этого громогласного обвинения сам туман вокруг дрогнул? Наруто осторожно протянула руку к испуганному кролику и попросила у него прощения. Животное, будто очнувшись, прильнуло к девочке. Наруто радостно улыбнулась, однако непонятное волнение и ощущение того, что рядом кто-то есть, осталось. - А я думал, тебя все животные ненавидят, - задумчиво проговорил Саске, спугнув зайца. Животное поспешило скрыться с дороги. - А тебя, видимо, любят только кошки, Учиханный, - обиженно пробормотала Наруто, отвернув от парня голову. Какаши пристально глядел на зайца, складывая у себя в голове определённую цепочку мыслей. С каждым новым соображением, промелькнувшим в голове, Хатаке становился всё мрачнее, а рука его с заготовленным заранее кунаем готова была обрушить на недруга удар. Однако первым ударил как раз тот, кто всё это время находился в тени. Послышался странный звук. Будто что-то с неимоверной скоростью мчалось к голове Какаши, попутно разрезая всё, что попадалось на его пути. Хатаке кинулся прикрывать мостостроителя и Сакуру, стоявшую рядом с ним. Наруто и Саске практически одновременно положили руки на плечи друг друга и заставили друг друга пригнуться. Меч глубоко вошёл в дерево, а буквально через секунду на нём появился смуглый мужчина с бинтами, закрывавшими половину лица. Он молча разглядывал генинов и джонина. Наруто подскочила на ноги быстрее всех и уже хотела наброситься на недруга, планируя использовать огромное количество клонов и тонны оружия, однако её остановил Какаши, едва она начала складывать печати. - Его зовут Забуза, один из Семи Мечников Тумана, - хмуро произнёс Какаши, не сводя глаза с таинственного врага. – И этот противник вам не по зубам. Против него выступлю я.

***

Стоит ли говорить, что для Саске, последнему из клана Учиха, и для Наруто, которой няня всегда рассказывала сверх дозволенного, стало полной неожиданностью то, что вечно скрытый глаз Какаши оказался шаринганом? Однако гораздо более неожиданным для детей стало то, что Какаши Хатаке, несмотря на то, что был ниндзя, скопировавшим более тысячи техник, проиграл Забузе, оказавшись в водной тюрьме. Саске был поражён и напуган мощью Забузы. Он готов был сдаться и умереть, едва ощутив чудовищную ки мечника, давившую на сознание и усиливавшую страх перед более опытным противником стократ. Утешением стали слова Какаши о том, что он сумеет их защитить… Однако теперь Какаши в плену и приказывает им бежать. Защитить детей некому. Саске дрожал и чувствовал беспомощность. Совсем как тогда, когда брат вырезал весь клан. Учиха сжал кунай, неосторожно проведя лезвием по коже. Сакура встала перед Тадзуной, желая защитить его в случае необходимости. Её глаза следили за боем Забузы и Какаши, за их ухищрениями, сильными ударами и обменом метательным оружием, за их смертоносными техниками, которые, она уверена в этом, когда-нибудь будут выучены и ей. Она видела мнимую победу Какаши над опасным врагом и готова была плакать от счастья, пока не оказалось, что это очередная обманка врага. Тогда хотелось выть от бессилья и проклинать и себя за то, что отправилась на опасную миссию, поведясь на слезливую историю мостостроителя, Какаши, потому что, несмотря на его уверения, он не смог защитить детей, на Саске и Наруто, потому что они – в этом была Харуно более чем уверена – нисколько не испугались нависшей над ними угрозы. Сакура сжала губы и скрестила руки с кунаями, готовая обороняться. Наруто же не сводила восхищённого взора с боя. Особенно её поразил момент, когда Забузаа слился с туманом, стал им. Вспомнились ей собственный вопрос, который Сакура посчитала глупым, и внезапно захотелось стать той самой куноичи, которая смогла поймать вёрткий туман за хвост. Наруто бросилась на Зубузу, когда тот посмел сказать, что их повязки, добытые их трудом, потом и кровью, не делали их ниндзя. Клон мечника сорвал повязку Узумаки и откинул куноичи подальше, отрезав от команды. Паника медленно подкрадывалась к Наруто. Сердце заходилось в бешеном биении. Появился страх перед смертью. Глаза Узумаки лихорадочно бегали из стороны в сторону, иногда останавливаясь на фигурах напарников и водного шара с Какаши внутри. Будто бы сквозь вату до неё доходили мольбы Хатаке о том, чтобы дети бежали. В какой-то момент – очевидно, тогда, когда паника достигла своего апогея – Наруто, и правда, захотела убежать как можно дальше, дать дёру, словно она была последней трусихой. Отрезвила сознание острая боль в руке. Узумаки сжала зубы, посмотрела на больное место и вспомнила клятву на крови. Захотелось ударить саму себя: как она могла даже подумать о том, чтобы убежать с поля боя? Не она ли захотела поймать вёрткий туман за хвост? Как она могла передумать только из-за того, что какой-то старикашка отнял её повязку? Наруто на трясущихся ногах стала подниматься с земли, опираясь руками о собственные колени. Тяжело дыша, девочка подняла упрямый взгляд на противника и с воинственным кличем бросилась на него. Забуза назвал её идиоткой, Какаши почти испуганным голосом просил ученицу остановиться, Сакура ругала неугомонную куноичи последним словом, а Узумаки, ловко извернувшись, умудрилась забрать свой протектор из рук водного клона Забузы и ударила его в ногу. - Запомни этот день, дядька-туман, - произнесла Наруто осипшим голосом. – Сегодня ты встретил великую Узумаки Наруто, будущую Хокаге! И сегодня я сумею тебя победить! Практически осязаемым стало раздражение Забузы, который не сводил недовольного взгляда с вёрткой девчонки. - Эй, Учиханный, - ухмыляясь, позвала напарника Узумаки и повязала протектор на голову, - у меня план есть. Не хочешь присоединиться? Саске усмехнулся и фыркнул, готовый слушать Наруто. - Говори уже, язык без костей, - проговорил он. - Хе-хе, - девочка хихикнула себе под нос, - не прочь повеселиться, дядька-туман?

***

Саске и Наруто стояли, опираясь друг на друга, и улыбались (если, конечно, можно назвать чуть дрогнувшие губы Учиха улыбкой). Их обманка с сюрикеном урагана сработала. Какаши свободен, а Забуза – убит, и тело его было забрано таинственным ниндзя-охотником из Селения Скрытого Тумана, хоть последним Наруто и была не очень довольная. Какаши Хатаке поспешил скрыть свой шаринган повязкой. Наставник Седьмой команды чувствовал невероятную усталость. Ему как никогда захотелось побыстрее закончить эту миссию и вместе с учениками отправиться в родную Коноху, где его ждали любимые книги. - Теперь, полагаю, необходимо отвезти Тадзуну-сана домой, - вздохнув, проронил Какаши. В глазах немного потемнело. - Спасибо вам, ребята, - благодарил шиноби счастливый мостостроитель, немного неловко почёсывая макушку. – Пойдёмте, отдохнёте немного. Однако Какаши, последней мыслью которого было то, что шаринган использовался слишком долго, упал в обморок сразу после гостеприимных слов старика. Несколько мгновений посреди дороги была тишина.Ниндзя и мостостроитель были изрядно удивлены тем, что Хатаке настолько сильно был измотан. Однако потом Наруто обратила внимание на то, что туман, до того захвативший в свои вездесущие сети всё пространство вокруг, рассеялся, позволяя глазам насладиться насыщенными цветами леса. Стало невероятно легко и весело, и девочка, радостно смеясь и улыбаясь широко-широко, обняла всех тех, кто находился рядом с ней и прокричала: - Мы смогли укротить туман! Мы поймали дядьку-тумана за его хвост!