Тень Огня +37

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Naruto

Основные персонажи:
Мадара Учиха, Тобирама Сенджу (Второй Хокаге), Хаширама Сенджу (Первый Хокаге)
Пэйринг:
Тобирама|Хаширама, Хаширама|Мадара
Рейтинг:
G
Жанры:
Ангст, Психология
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Тобираму преследует тень Мадары. Он видит ее везде: каждый шорох напоминает о Мадаре, навевает воспоминания о тех временах, когда он был жив.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Вопреки тому, что обычно пишут в фанфиках, в аниме и манге Тобирама зовет Хашираму "а́нидзя" (и только так!) Не по имени и не "нии-сан".
А́нидзя - это более уважительная, немного устаревшая форма обращения к старшим братьям.
22 августа 2015, 19:52
Тобираму преследует тень Мадары. Он видит ее везде: каждый шорох напоминает о Мадаре, навевает воспоминания о тех временах, когда он был жив.
Эта тень ложится на лица каждого проклятого Учихи, которого он встречает в кабинете Хокаге, где Хаширама внимательно и участливо выслушивает отчеты о миссиях. Узкие глаза Тобирамы, стоящего за его спиной, впиваются в эти лица, порой вызывая на них оторопь. И его подозрения усиливаются.
За каждым Учихой стоит Мадара.
Тобирама видит эту тень каждый день: она падает красными бликами Шарингана на протекторы шиноби Конохи. Молодое поколение не знает, но Тобирама никогда не забудет, кто придумал название для деревни. Ее символ, изображающий лист, принесенный ветром, был зажат в руках Мадары, когда он придумывал это название. А Хаширама увековечил этот символ, и так получилось, что жизнь Тобирамы была навеки заключена именно в нем.



- Анидзя!
Хаширама медленно, с трудом отрывает взгляд от лежащего перед ним Мадары, поворачивает голову, его бьет мелкая дрожь. Тобирама все замечает: волосы, мокрые от дождя, разодранный рукав левой руки, ожесточенный взгляд… И тень, которая легла на его лицо с сурово поджатыми губами.
Тобирама опускается рядом с Хаширамой, осматривает его на предмет ранений. После чего его взгляд падает на неподвижное тело Мадары:
- Он мертв?
Тобирама склоняется над Мадарой, хватает руку, полностью погрузившуюся в воду, мокрую и холодную. Пульса, кажется, нет. Точно… Стоп. Два слабых удара. Он жив?
Хаширама смотрит на него в ожидании.
- Он… мертв, анидзя. Все кончено.
Катана, которую вытащил Тобирама, со стуком падает рядом, и этот звук заставляет Хашираму вздрогнуть.

«Все кончено», - эхом отдается в ушах Хаширамы.
«Все кончено».
Что это значит?
Разве их мечта еще не жива? Разве они не смогли наконец-то достичь мира?
«Это же была твоя деревня, Мадара».
«Все кончено».
«У меня своя мечта, в которой нет места нашей деревне».
«Все кончено».
«Наша деревня».
«Моя деревня».
«Все кончено».

Что-то внутри ломается и делает очень больно. Что-то очень важное, почти столь же важное, как сердце, перекачивающее кровь по венам.
- Анидзя. Я отведу тебя…
- Нет.
Хаширама отталкивает руку Тобирамы.
- Еще ничего не кончено. Мадара жив. Мы вместе мечтали об этом… Все получилось.
Хаширама кидает долгий взгляд на бездыханное тело.
- Сейчас.
Переползает ближе к нему и собирает чакру в ладонях, направляя ее туда, где он смертельно ранил Мадару. Взгляд его становится упрямым, пугающе одержимым.
- Анидзя…
- Сейчас я его вылечу.
- Не получится.
- Я поговорю с ним еще раз. Может, на этот раз он поймет.
- Он уже мертв.
- И тогда мы сможем жить, как раньше. Клан Учиха примет его обратно. Коноха примет.
- Он мертв, ты не понимаешь?
- Все будет хорошо, Мадара. Ты расскажешь мне про свою мечту. Я пойму тебя. Я выслушаю тебя. Я помогу тебе. Я…
- Анидзя, он мертв! – в своем желании достучаться до брата Тобирама переходит почти на крик.
От этого крика Хаширама словно просыпается, и тут же зеленый свет, исходящий от его ладоней, угасает.
Тобирама боялся, что его брат сойдет с ума. Но сейчас, кажется, до него наконец дошло. Наконец-то он осознал реальность. Мадара всегда угрожал благополучию мира. Это было очевидно даже после заключения союза Учиха и Сенджу. Сейчас же, наконец-то, угроза спала – ценой убийства лучшего друга для Хаширамы.
Возможно, чтобы по-настоящему принять реальность, потребуется время.
- Идем, анидзя…
По лицу Хаширамы текут холодные капли дождя, и на секунду молния освещает ссадины на его лице. Он кажется бесконечно усталым.
- Знаешь, Тобирама, он как огонь. Он мог спалить все на своем пути… но в то же время огонь согревает, понимаешь.
Тобирама тяжело вздохнул. И настойчиво потянул его за правый рукав, увлекая за собой. Но Хаширама застыл рядом с другом, смотрел не отрываясь на мокрые волосы, закрытые глаза – словно Мадара спит и не замечает, что сейчас идет дождь.
- Понимаю. Пойдем.
- Дождь потушил этот огонь. Но он не умирает. Он не умер, Тобирама.
Кажется, Хаширама сам не понимает, что несет.
- Мадара умер. Пощупай его пульс, и поймешь. Сердце уже давно остановилось.
- Тобирама, он не умер!
В этом упрямом отрицании слышится отчаяние и вся глубина нежелания расставаться с Мадарой. Это можно понять. Это пройдет однажды.
Перед глазами темнеет, и Хаширама закрывает их в приступе внезапной слабости. И падает лицом вниз рядом с поверженным врагом. Тобирама тут же подхватывает тело брата и крепко прижимает к себе. Волосы его липнут к лицу Тобирамы, он замечает это, но не убирает их. Руки Тобирамы коченеют от холода, и тело брата кажется холодным, как у Мадары. Проклятый дождь, все никак не кончится.
- Он не умер, я это точно знаю. Я его увижу. Я знаю. Я его еще увижу. Он будет… будет… будет ждать меня. Я еще услышу, как он произносит мое имя… как в старые… добрые…
Хаширама потом оправится. Заострившиеся черты лица смягчатся, следы ран будут напоминать о себе только во время дождя. Он будет улыбаться и упоминать Мадару только в самых редких случаях. Вот только будет все время повторять при этом, что Мадара жив. И однажды объяснит, что имеет в виду, указав пальцем на грудь, с той стороны, где сердце.
- Он здесь.
От этих слов Тобираму прошибет потом: ведь он и сам всегда это знал.
Мадара всегда здесь.
И не только в сердце Хаширамы.
К ужасу Тобирамы, по какой-то иронии судьбы Мадара навсегда поселился в нем самом.




У Хаширамы есть тень. Эта тень стоит за его спиной, внимательно наблюдает за всем, не дает Хашираме принимать слишком опасные решения, которые идут от его идеализма и альтруистических тенденций. Тобирама добровольно стал этой тенью. Он защищает брата от его прошлого и надеется, что однажды старая тень Мадары будет навсегда стерта из жизни Хаширамы.
Дух Огня, говорит Хаширама. Это воля к победе, это желание ни за что не сдаваться, это вера в себя и своих товарищей, это верность долгу и своим идеалам. Это вечная, неугасимая любовь.
Это все Мадара, говорит он.
Тобирама знает о том, как однажды слова Мадары произвели неизгладимое впечатление на брата. В стремлении реализовать идеи Мадары он зашел так далеко, что теперь его имя гремит по всему миру.
Великий Первый Хокаге.

- На моем месте все-таки должен был быть Мадара. Я с самого начала так хотел.
- Анидзя, ты же знаешь, что его никто бы не выбрал.
- Я зря согласился на голосование.
- Это все твои заслуги, а не Мадары.
- Нет. Без него бы я…
- Хватит. Не хочу этого слышать.

Тобирама не отходит ни на шаг от своего брата, он следует за ним бесшумно, молча, он проникает во все уголки Конохи, как упрямая, прозрачная вода, разрушает, подтачивая терпеливо, и в итоге побеждает, в отличие от огня, который, уничтожив все на своем пути, в конце концов рано или поздно потухает.
Тобирама победил. Это он встал плечом к плечу со своим братом, это он поддерживает его мечты, это он разделяет его радости и печали. Это его Хаширама радостно приветствует по утрам, порой даже позволяя себе потрепать его волосы и пошутить по поводу хмурого выражения на лице Тобирамы.
«Я победил, Мадара. Я победил. Ты уже давно мертв. Так признай свое поражение и исчезни, исчезни навсегда, исчезни из моей жизни, исчезни, наконец, из его жизни».
«ИСЧЕЗНИ!»

Тобирама тревожно и подозрительно смотрит на своего брата, боясь думать, о чем молчит Хаширама, когда вдруг надолго задумывается. Тобирама отводит взгляд в сторону и в ужасе видит отбрасываемую братом тень, с узнаваемыми контурами торчащих сумасшедше прядей волос.
Он слышит откровения Хаширамы о прекрасной мечте о будущем, и в этом тембре ему чудится совсем другой, знакомый ему ненавистный голос.
Он смотрит на нежную улыбку Хаширамы, и за ней, как змея, таится знакомая торжествующая ухмылка заклятого врага.
Дерево роняет лист, продырявленный посередине, он кружится в причудливом танце, а потом ловким движением его ловит знакомая рука.
Огонь Конохи зловеще продолжает гореть.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.