Ты ушел, оставив вещи

JJ Lin - If only (музыка) Утро как вечер. Вечер как утро. Все точно так же. В душе сидит съедающая боль, слез больше не осталось. Только сердце что-то режет. Ты ушел, но твои вещи все еще на своих местах. Ты ушел, но боль все еще долбит, подобно молотку по больной руке. Ты ушел, а я остался. Твоя пачка сигарет нетронутая лежит на тумбочке. Кепка, которую ты забыл, все так же висит на крючке в холле. Твои духи, купленные мной за «Спасибо, Чим» и используемые один раз, покоятся на полочке в ванной рядом с гелем для волос и пастой, которую ты очень любил. Без тебя полетела наша кофеварка, которую мы купили за нереальную сумму, лишь бы не пить растворимый кофе. Все в доме стало ломаться, когда ты закрыл дверь и кинул «Прости, мелкий». Полетело все: телефон, магнитофон, процессор компьютера и я. Я полетел куда-то далеко в пропасть. Туда, где нет ни света, ни звуков. Я, моя боль и куча времени на моральное самоуничижение. Я помню тот день в парке, когда ты сказал впервые, что я не так уж и плох, как ты думал первоначально. Это было кинуто с сарказмом, с издевкой, как ты любишь, но (черт возьми) есть в твоей, Юнги, грубости привлекательность. Дома ты часто слушал в наушниках музыку, ссылаясь на то, что мой голос тебя порядком раздражает. Хотя на предложение переехать ко мне ты ответил сразу. Тогда я тебя не бесил? Нет, я тебя никогда не бесил. Подбешивал, раздражал и отвлекал «от важных дел» своими детскими разговорами, но не бесил. Помню, как ты трепал меня по волосам, когда я покрасился в ярко-красный. Ты два дня шутил и называл меня пожаром. «Твои волосы такого же назойливого цвета, как и твой характер, Чим.» Ты всегда казался мне очень взрослым. Старше своих двадцати двух лет. «Чимин, прекрати, — говорил ты почти каждый вечер, — я не должен говорить тебе, что люблю тебя. Ты это знаешь. Мои слова это просто подтвердят. К чему тебе подтверждение доказанного факта?» Я просто хотел услышать это. Ты никогда не говорил такие три простых слова. Всегда: «Ты и так это знаешь.» Я часто не понимал, почему ты уходил на несколько дней, не брал трубку и игнорировал мои сообщения. Но когда ты возвращался, весь такой уставший, сонный и потрепанный, я не задавал вопросов. Я знал… Я хотел думать, что ты просто был занят, ведь ты всегда говорил о работе, что клиенты ничего не понимают в музыке и не могут оценить твоих текстов. А я могу, Юнги, могу. Ты просто сядь снова на край кровати поздно-поздно ночью, и начни зачитывать. Читай свои строки так, словно они дороги тебе, как воздух… Дороже меня. Твой голос разливается по углам тихой и темной ночной квартиры, накрывая меня волнами блаженства и горячей пряности. Прочитай последние строки, глядя мне в глаза: «You don't know it but I love you»*. А потом помани рукой, приглашая сесть рядом. Я буду рядом, Юнги, буду. Ты только скажи, и я готов не отходить от тебя… Почему тебя нет так долго? Где ты? Правда ушел, оставив мне эти вещи? А как же кофеварка, магнитофон, телефон… Кто это починит? Тебе же все это нужно было. А кепка? Ты же ее так любишь. Духи… Нет, оставь их. Они пахнут тобой. Юнги, где же ты… Две недели… Три недели… Месяц. Я жду. Я готов ждать, я готов проветривать комнату три раза в день, как ты любишь. Я готов открывать шторы утром и закрывать их вечером. Я всегда захлопываю дверь в ванную, чтобы пугающая темнота больше не напрягала. Я все это делаю. Ты вернешься и все будет как прежде. Сегодня по новостям сказали, что «мужчина в пьяном угаре на высокой скорости насмерть сбил паренька… На вид ему двадцать- двадцать два. Невысокий, белые волосы. Документов при себе не имел. Знакомых и родных просьба сообщить......» К черту телевизор. Он тоже полетел… На пол. Прости, Юнги, я не открою сегодня шторы. _____________________ * Ты не знаешь, но я люблю тебя (перевод)