Банальная история

Телефон надрывался третий день. Лолидрагон продолжала названивать с завидным упорством и, её, похоже, совершенно не беспокоило, что трубку никто не берёт и брать не собирается. Она пыталась добраться до меня через брата, который тоже не отставал от своей девушки, пытаясь выпытать подробности развития отношений с Гуи и причину моего ужасного настроения. На все его поползновения я отвечала угрюмым молчанием, а последняя его попытка вчерашним вечером вообще закончилась тем, что я молча захлопнула дверь своей комнаты прямо у него перед носом, причём умудрившись заехать этой самой дверью по этому самому носу. Весь оставшийся вечер мне пришлось выслушивать гневные вопли и причитания по этому поводу. Но оно того стоило: утром от надувшегося Ян Мина с пластырем на переносице я не услышала ни одного вопроса. Я не хотела обсуждать свои проблемы ни с кем, и поэтому, боясь допроса в исполнении Джин и Фея, которые казались мне куда «опаснее» Ян Мина, прогуляла вторник. Я и сама пока не была уверена, что думать и как реагировать на подсмотренную в больнице сцену. Да и что я могла бы сказать? Что человек, клявшийся мне в вечной любви, пусть эта клятва и предназначалась Принцу, в свободное от работы время обжимается с белокурыми красотками? Ну, во всяком случае, теперь я точно знала, что девушки его очень даже интересуют! Во мне клокотала ярость, и на пары я сегодня отправлялась в кровожадном настроении, прекрасно понимая, что объект моего гнева всё ещё отлёживается на больничной койке. Всё чувство вины по отношению к тупому барду куда-то испарилось, а на смену ему пришло злорадное удовлетворение: «Так тебе и надо! Похабник!». Даже понимая, что литературы, скорее всего, всё равно не будет, мы пришли к первой паре. Администрация университета вполне могла организовать какие-нибудь перестановки в расписании. Но этого не случилось. Через 20 минут после звонка на пару к нам в аудиторию пришла всё та же девушка из администрации и объявила, что: «Профессор Мин выписался из больницы, но к первой паре подойти не успеет. Можете быть свободны, хотя, если у кого-то есть желание позаниматься самостоятельно, аудитория в вашем распоряжении, но не забудьте сдать ключ». Надо ли говорить, что основная масса народу тут же ломанулась в столовую? Я собиралась последовать их примеру и устроить себе второй завтрак для поднятия настроения, когда у самого выхода меня за локоть схватили цапкие ручки Джин. Дождавшись, пока за последним оголодавшим студентом закроется дверь, она оттащила меня от двери и усадила за ближайший стол. Кроме нас двоих в аудитории никого не осталось, даже Фей с Ян Мином улизнули в столовую, видимо целиком и полностью полагаясь на «женский подход» Джин. Подруга в буквальном смысле нависла надо мной, уперев руки в стол и прожигая меня недовольным взглядом. − И долго ты собираешься от нас бегать? − Ни от кого я не бегаю! − Неужели? Тогда, может, назовёшь причину, по которой ты вчера прогуляла пары? − У меня голова болела! − И поэтому ты весь день безвылазно сидела в своей комнате, не выходя даже за едой? − У меня просто не было аппетита! − Не было аппетита? У тебя?! Ты даже отказалась от любимой пасты с моллюсками! − Чёртов Ян Мин… − Он о тебе беспокоится! И не он один! – Джин тяжело вздохнула, − Лан, ну не упрямься! Мы же помочь хотим! Расскажи, что случилось? Твой брат сказал, что в понедельник ты куда-то ездила после универа и вернулась уже в таком состоянии… − Каком «таком»? − Вот в ТАКОМ! Ты на себя в зеркало смотрела? Бледная, под глазами мешки – ты похожа на привидение! Только глаза горят, причём каким-то «адским» пламенем! Ты ведь была у Гуи в понедельник? Что он тебе сказал? Я сдалась. Всё-таки держать это всё в себе было для меня слишком, а Джин вполне годилась на роль «плакательной жилетки»… − Он ничего мне не сказал, он меня даже не видел, − я отвела взгляд, − зато я видела достаточно… − Что ты имеешь в виду? − Я застала Гуи в объятьях какой-то блондинки… − Девушки?! – Джин даже отшатнулась в шоке, изумлённо хлопая глазами. − Ну, на парня со своей осиной талией на округлой заднице и высоченных шпильках она точно не была похожа! − А ты уверена, что ничего не перепутала? В смысле, может тебе показалось? − Хочешь сказать, что у меня глюки?! − Нет, я хочу сказать, что это могло выглядеть, так как это выглядело, но на самом деле этим не являться… Кстати, а как это собственно выглядело? − Они лежали на кровати. В обнимку. − Хм… − Джин в раздумьях приложила палец к губам, − А Лицо этой «задницы на шпильках» ты видела? − Мельком, но оно было довольно смазливое… − А может это случайность? − Случайность?! − Ну, как на вечеринке… − Не слишком ли много случайностей?! Джин ещё раз тяжело вздохнула и, развернувшись ко мне спиной, уселась на край стола. Она сидела слева от меня и пристально разглядывала потолок, как будто пытаясь отыскать там достаточное оправдание поступку Гуи, но никак не могла найти. В конце концов, она смирилась с явной бесполезностью этого занятия и перевела растерянный взгляд на меня. − Я не знаю, какое ещё этому может быть объяснение, но я уверена, что оно есть! Это просто не похоже на Гуи! То есть… это же Гуи! − И что? − Ну, ты знаешь, «Гуи любит Принца» − это как «аксиома»! К тому же, после того, что случилось в воскресенье, я вообще не представляю, что у него в голове может быть что-нибудь кроме тебя! − Во-первых, не меня, а Принца. И во-вторых, мне бы твою уверенность… − Подожди… В понедельник я так и не смогла тебя ни о чём не расспросить: ты постоянно куда-то исчезала, да и выглядела так, как будто готова снова дать дёру в любую секунду, но я думала… Вы так мило ворковали друг с другом вовремя того танца! …Так он всё ещё не знает? − Чего? − Того, что ты – Принц, конечно! Я отрицательно помотала головой, этот разговор уже начал меня утомлять. Джин посмотрела на меня, как на идиотку. Её взгляд словно говорил: «И зачем тогда вообще было туда переться в таком виде?!» − Разве ты не собиралась ему признаться и посмотреть, что из этого получится? − Я этого никогда не говорила… − Лан! − Что?! Какая теперь вообще разница! − Большая! Я всё ещё не верю, что у этого помешанного на тебе психа могут быть шашни на стороне! Постой-ка… ты ведь не просто так его вырубила? А ну рассказывай! Что там у вас случилось? − Онсхватилменязагрудь… − Что, прости? − Он схватил меня за грудь! Случайно… − А ты его за это вырубила? − Я не нарочно! Это всё рефлексы! − Рефле… Подожди-ка! То есть, получается: он знает, что Принц – девушка, но не знает, что это ты? − Ну да… Джин изменилась в лице. Она соскочила со стола и принялась наворачивать круги по аудитории, обдумывая какую-то идею. Я молча наблюдала за её метаниями, даже не догадываясь, что ещё могло взбрести в голову моей подруге. Вдруг она резко затормозила и повернулась ко мне. У неё было такое выражение лица, как будто она только что совершила открытие века. − Я поняла! Его обманули! − Я тебя не понимаю… −А что тут не понятного? Он узнаёт, что Принц в реале девушка, и наверняка ждёт от неё каких-то действий! И тут к нему в больницу заявляется некая красотка! Причём ещё и блондинка! Что он мог подумать? − То есть, ты хочешь сказать, что он со всей этой своей «любовью» не способен отличить меня от какой-то расфуфыренной пигалицы?! − Ну, он же мужик! Все они бабники! Повёлся на красивый зад или ещё что… − Про Фея ты так же думаешь? − Фей особый случай! Наверное… − Сконфузилась Джин. Я только покачала головой в ответ, а Джин издала какой-то страдальческий вопль и плюхнулась рядом со мной на лавку. − Я не знаю, что тебе ещё сказать,− она растянулась на столе, уткнувшись лбом в свои руки, − но я всё ещё считаю, что всё это большое недоразумение… − И почему ты так стараешься оправдать этого тупого барда? − Потому что я хочу, чтобы ты была счастлива! Ты моя лучшая подруга и ты любишь «этого тупого барда»! Джин даже стукнула кулаком по столу для убедительности, а я лишь снова отвела взгляд. «Люблю?» − у меня в душе всё переворачивалось, стоило мне только вспомнить руки Гуи на талии той девушки, - «Да, люблю, но смогу ли простить? Да и нужны ли ему мои любовь и прощенье..?» − Я не знаю, что мне делать…− Тихо пробормотала я. − Для начала, попробуй с ним хотя бы поговорить! Может быть, всё действительно не так, как кажется! − И что мне ему сказать? «Привет, я – Принц!»? Три «ха-ха», так он мне и поверил! Он же уже нашёл себе «Принца» по вкусу! На нашем «свидании» в прошлом году у него даже мысли не возникло, что я это я! − Но он же тогда не знал, что его обожаемый Принц – девушка! Попробуй и поговори с ним! – Настаивала Джин, − С тебя не убудет! − Да он меня даже слушать не станет… − А ты спой! − Спеть? − Гуи писал музыку для песен «Вечной Банды» специально под твой голос, он знает твои певческие «привычки» лучше, чем кто бы то ни было! Он обязательно тебя узнает! − Я в этом не уверена, − покачала головой я, − мой настоящий голос всё-таки выше, чем голос Принца. Я могу понизить тон в речи, но в песне… Джин посмотрела на меня, прищурившись, словно бы прикидывая что-то в уме. − Ну-ка, спой! − Чего? – Я почувствовала, что не успеваю уследить за логикой Джин. − Спой. Сейчас. − Зачем? − Я попробую сравнить. − Не думаю, что во всём этом есть какой-то смысл, но если ты так хочешь… − Пожала плечами я. − Давай! − И что мне спеть? − Да что угодно! Я задумалась. Петь мне, честно говоря, не очень-то хотелось. Настроение было не то, но глядя на выжидательную мину Джин, глаза которой горели энтузиазмом, я не могла не поддаться. Песни «Вечной Банды» отпадали – я чувствовала, что, если начну петь любую из них, меня захлестнут воспоминания, от которых сейчас хотелось спрятаться подальше. Поэтому я выбрала ту песню, которую Принц не пел ни разу, но которую очень часто напевала себе под нос. Мою, Фэн Лан, любимую песню − «It's my life». Джин словно замерла в ожидании, не издавая ни звука. Я закрыла глаза, пытаясь настроиться на нужный ритм, и, когда я запела, в пустой аудитории мой голос зазвучал необычайно громко. Я и сама не заметила, как растворилась в этих звуках. Без музыки, следуя только собственному внутреннему ритму, я вкладывала в песню все свои чувства, и мне казалось, что с каждой строчкой мне становится легче дышать. Словно все мои переживания, грузом лежавшие на сердце, постепенно исчезают, стираются под натиском сил, кроющихся в словах этой песни. К концу песни у меня в душе воцарилось некое умиротворение, и я закончила петь с почти блаженной улыбкой на губах. Так я осталась сидеть с закрытыми глазами, глупо улыбаясь и пребывая почти в нирване. Но это волшебное ощущение продлилось не долго, и было безжалостно разбито громкими аплодисментами. Я распахнула глаза и с немым упрёком посмотрела на Джин, но она лишь отрицательно качнула головой, указывая куда-то мне за спину. Я обернулась и увидела невысокую девушку, стоявшую у двери. У неё были светлые волосы до плеч, уложенные волосок к волоску изящными локонами, а лицо и фигура могли бы стать предметом завести кинозвёзды. В сочетании с рюшами на розовой блузке в первый момент всё это вызвало у меня ассоциацию с куклой «Барби», и лишь затем пришло осознание, что именно эту «Барби» я видела в палате Гуи. − О, это было великолепно! – воскликнула она, не переставая хлопать. − У вас настоящий талант! − Спасибо, она знает, – едким тоном ответила за меня Джин. − А ты собственно кто? − Ох, и правда! Где мои манеры! Я Софи, Софи Морэль! Я на курс младше вас! − Что ж, Софи, − всё так же едко продолжила Джин, − приятно познакомиться, я Джин, а это – указала она на меня, − моя подруга Фэн Лан, и ты немного не вовремя. − Ой! – она прикрыла рот ладошкой в притворном смущении. − Я помешала? − Вообще-то, да. − Ох, мне так жаль! Вы, наверное, репетировали? Готовитесь к какому-нибудь прослушиванию? − Что-то вроде того, − усмехнулась Джин, − ты нас не извинишь? − О, конечно! Уже исчезаю! Вы были великолепны, мадмуазель Лан! Я уверена, у вас всё получится! Желаю удачи! Раскланявшись, «Барби» скрылась за дверью, но стук её каблуков по кафелю ещё долго звучал у меня в ушах. Я сидела, как громом поражённая, не в состоянии вымолвить и слова. В голове было странно пусто. − «Мадмуазель Лан»? Откуда она свалилась? Она что не от мира се… – со смехом проговорила Джин, поворачиваясь ко мне, однако, наткнувшись на мой отсутствующий взгляд, запнулась на полуслове, − ...Лан? Не получив никакого ответа, она помахала рукой перед моим лицом. − Аууу, «Земля» вызывает Лан! Ты меня слышишь? − Я моргнула и перевела взгляд на Джин, а она, видя, что сумела привлечь моё внимание, продолжила, − Да! С этой «мадмуазель» совсем забыла! Она права, это было нечто! И, по-моему, Гуи просто не может тебя не уз… − Это была она! − Перебила я Джин. −...нать! ...Она? Кто она? − Эта Софи! Та девушка, из больницы! − Ты шутишь?! Эта «мадмуазель»?! Да быть не может! Она же вообще не в его вкусе! − А ты-то откуда знаешь о его вкусах? – с горькой иронией спросила я. − Из личных наблюдений! Ты никогда не замечала? Гуи же жутко популярен, и к нему многие откровенно клеятся, с некоторыми он в шутку заигрывает, как с тобой, например, в тот случай с приглашением на «свидание», а от некоторых старается как можно скорее отвязаться, причём в таких случаях у него глаз слегка дёргается и улыбка как в рекламе зубной пасты! Так вот, эта Софи как раз относится к последним! Я в шоке уставилась на подругу. − Чем ты занимаешься на парах?! − Наблюдаю! – Гордо ответила мне Джин. − В его вкусе или нет, я не знаю, но я точно уверена, что это была она! − Тогда, это точно недоразумение, − твёрдо сказала Джин, − и ты должна поговорить с Гуи! Сегодня же! Потому что если он действительно думает, что эта фифа – Принц, то чего доброго разочаруется, хотя сильно сомневаюсь, что он так думает – не слепой же он, в самом деле! − Надеюсь, ты права… Джин бросила взгляд на часы и подскочила. − Если мы хотим успеть в столовую до второй пары, нам лучше поторопиться! Похватав сумки, мы выскочили из аудитории и, впопыхах закрыв её на ключ, понеслись в столовую. Времени, как оказалось, было ещё полно, и зря Джин так паниковала, хотя у меня было подозрение, что подобным образом она просто решила меня отвлечь от неприятной темы. Напившись чаю с булочками и сдав ключ в диспетчерскую, мы, весело болтая ни о чём, медленным шагом дошли до нужной аудитории. Настроение у меня после набега на столовую заметно улучшилось, а с Гуи я решила поговорить после пар. Сдавая ключ в диспетчерскую, мы выяснили, что профессор Мин зарезервировал на сегодня 307-ю аудиторию на третьем этаже второго корпуса на третью и четвёртую пару, и поскольку у нас сегодня тоже было четыре пары, я рассчитывала поймать его в аудитории, где он, по словам наблюдательной Джин, иногда задерживался, проверяя работы. Вторая и третья пары пролетели почти незаметно, зато четвёртая тянулась кошмарно долго. Я сидела как на иголках, волнуясь перед сложным разговором. От моего хорошего настроения не осталось и следа. Я сидела и грызла ногти, в красках представляя себе возможные варианты реакции Гуи, и большая часть из них мне совершенно не нравилась. Внимания на лекцию я совершенно не обращала, и это ужасно злило профессоршу истории – признанную фанатку своего дела. Она то и дело бросала на меня оскоблённые взгляды и даже пару раз за лекцию сделала замечание. Я думала, что эта пытка никогда не кончится, но вот прозвенел звонок, и я, быстро побросав вещи в сумку, не сказав ни слова, вылетела из аудитории. Я торопилась, чтобы успеть застать Гуи, но мой топографический кретинизм решил напомнить о себе в самый неподходящий момент. Пара у моей группы проходила в четвёртом корпусе, и дорога до второго со всей беготнёй по многочисленным лестницам и коридорам нашего огромного университета и так должна была бы занять не меньше десяти минут, так я ещё и умудрилась заблудиться! В общем, когда я добралась до нужного мне здания, прошло уже около получаса, и я уже почти не надеялась застать там Гуи, с содроганием представляя, что мне придётся тащиться обратно в четвёртый корпус на кафедру литературы, где кроме самого Гуи наверняка будет куча народу, и поговорить наедине не удастся. «Да и вообще, он мог не заходить на кафедру и сразу пойти домой…» − примерно с такими мыслями я поднималась по лестнице на третий этаж, когда до меня донеслись звуки песни. Я в шоке замерла: это был мой голос! Кто-то моим голосом пел в коридоре третьего этажа «It's my life»… «Чёрт! – Неожиданно дошло до меня, − Она не могла!». Я бросилась бежать на голос, уже примерно зная, что там увижу. Песня резко прервалась, и вслед за этим послышались голоса двух говоривших людей. − Профессор Мин?! – Якобы изумлённый женский голос. − Вы?! Это вы сейчас пели?! – Шокированный, Гуи. − Да, я… Простите, я вам помешала? – Заискивающе. «Гуи и какая-то девушка… Нет, не «какая-то»! Софи!» − с ужасом подумала я, прибавляя скорости. − Нет, вы… Ваш голос… Возможно я ошибаюсь, но может ли быть…− Не верящий, Гуи. − Да! Профессор, неужели вы наконе…− И тут я вылетела из-за поворота. − Профессор Мин! Мне надо с вами поговорить! Гуи резко повернулся в мою сторону, явно сбитый с толку моим неожиданным появлением. Я стояла, опустив голову и схватившись за живот, пытаясь отдышаться. − Студентка Фэн Лан? Что… − но Гуи не успел закончить фразу, потому как его чуть не сбила метнувшаяся в мою сторону «Барби». − Лан! – Повисла она на моей шее, − Ты всё-таки пришла! Я так оторопела от такой наглости, что не могла вымолвить ни слова, а Гуи удивлённо смотрел на нас, переводя взгляд с одной на другую. − Что здесь происходит? − О, не беспокойтесь профессор, − прощебетала она своим по-птичьи высоким голосом,− это я попросила Лан прийти! − Но она сказала, что хочет поговорить со мной… − Ещё больше растерялся Гуи. − Да, она должна была передать, что я не смогу прийти на пару, потому что мне стало плохо, но видимо немного опоздала! − И что вам уже лучше? − Да! Мне стало лучше, и я решила сама зайти к вам на всякий случай, а то вдруг Лан забудет, она такая рассеянная! Правда, Лан? − Что ты несёшь?! – прошипела я, наконец опомнившись. − Рассказываю историю нашей замечательной дружбы, − шёпотом мне на ухо ответила «Барби», − и ты будешь хорошей девочкой и не станешь мне мешать. Ведь ты же не хочешь, чтобы твой маленький секрет стал достоянием общественности? Так ведь, «Ваше Высочество»?