Там, где мы будем завтра - 2.

Не смотря на то, что Стиммс испытывал нагрузки не меньше наших, не смотря на то, что он взял на себя стационар на «Терро», милостиво отпустив вниз Ооста – и я даже не знал, какую цену он заломил клону-капитану за такое благородное деяние – Стиммс всяко выглядел лучше нас всех. И уверенней – тоже. Когда дверь за мной закрылась, а я привычно встал в стойку «полусмирно» - Стиммс, кивнув мне – «расслабься» - проговорил: - Жалоба у меня есть на вас, лейтенант Варна… - Капитан с борта адмирала Дая даже до вас добрался, сэр? – изумился я. - Нет, - едва заметно ухмыльнулся он. – Это Киим Дана на вас пожаловался мне, мол – не держится в вас остроумие, а спите – за целый взвод…это правда, лейтенант?... - У меня нет слов. – Вскинул голову я. Оскорбленная невинность во всей красе. – Я, ни себя, ни МП не жалея, отстаиваю смену за сменой – а он называет меня трепливым лентяем… Я уволюсь. - Как бы не так, - злорадно отозвался мне Стиммс, приняв мой ответ, как показатель моего самообладания и утомленности: огрызаюсь – значит, жив. – Кто тебя отпустит?... А еще он сказал, что клоны тебя плохому научили. - Чему именно, сэр? – поинтересовался я. - Я не уточнял. Но, кажется – пренебрежением к субординации… Я тихо фыркнул, представив, как Тай учит меня такому «плохому». Или Сэллен, точно. - Это скорее я их такому научу, сэр, - заметил я. – И, между прочим – клоны уже вполне осознали, что могут крутить мной, как хотят. - Что я слышу? Ты жалуешься на МП?... – поддел меня главврач. - Нет, сэр, - невозмутимо отозвался я. – Я не жалуюсь – я констатирую факт того, что мне не всегда удается тормозить их медицинский энтузиазм. - Это ничего, - утешил меня он. – Ты привыкнешь… - и умолк. - Э…сэр? – осторожно попросил уточнения я через пару вздохов, нарушив молчание. – Что значит – я привыкну? Главный перестал усмехаться – и уже более серьезно ответил: - Это значит, Варна, что перед отбытием – генерал ии Корво попросил меня лично поговорить с тобой о том, чтобы перевести твоих МП от генерала Дая в нашу часть и оставить в твоем подчинении. Я приоткрыл рот, чтобы снова попросить уточнения – и спросил совсем не об этом: мои мысли вильнули, и я снова осознал – что творится снаружи… - Сэр… - Да? - Генерал, сэр…генерал ии Корво…что с ним? - Варна…ты же не смотрел сегодняшние новости, верно? – голос его стал глуховат, но более четок. - Нет. Еще нет, сэр. - Генерал снова отбыл. Из четверых, что сопровождали адмирала Дао и генерала ии Корво – вернулись только двое…И все – в не очень хорошем состоянии. Адмирал Дао получил по голове и пару ожогов…но генерал куда-то сдвинулся. Сразу по прибытии. Коммандер Брут очень…недоволен. Но, видишь ли… - Он на миг запнулся – и еще более четко продолжил: - Мы действительно скоро будем выдвигаться. И сортировка – тоже будет. Подкрепление на подходе, и к тому моменту, когда наши разнесут остатки блокады наверху – им будет нужен плацдарм…и получше, чем этот форт. - Понимаю, сэр, - я припомнил сводки и распоряжения, что я читал до отбоя – и помрачнел окончательно. - И в связи с этим – я выполняю указания генерала: поговори с МП. Если они решат остаться с тобой – мы переведем их к нам. И генерал предлагает тебе в этой кампании – сопровождать первый или второй пехотный батальон мастера Дая. Пока нет решения – какой. Обкатка новой тактики…раз уж ты неплохо справляешься. Если все пройдет успешно – ты будешь сопровождать уже наши батальоны. - А мой док? - Разумеется – он не хочет тебя отпускать. А сам он - стар для таких прогулок. Я задумался на пару мгновений. И пока я думал – Стиммс добавил: - Если ты согласишься – и если согласятся они – тебе придется провести добор в свое отделение. Как ты понимаешь, работенка будет тяжелая и горячая…и я бы на твоем месте – не соглашался. Одно дело – выходить на сопровождение так, как мы делали до этого. Другое дело – лезть под огонь постоянно. Без брони и без сноровки клон-солдат… - Мы быстрее, сэр, - машинально отозвался я. Поднял голову, посмотрев изображению Стиммса в лицо. – Предварительно – я согласен, сэр. Но мне надо поговорить с доком. - Я понимаю, Варна. Что ж…это все, что я хотел от тебя услышать. Поговори с МП – и передай мне ваше решение. - Да, сэр. - Свободен. Я отдал честь – и вымелся наружу. Искать МП. То есть – нет: сначала я пошел искать дока, и мне повезло найти его как раз в тот момент, когда он только шел в операционку. - Док?... – я приумерил шаг, чтобы идти в ногу с ним. - Чего тебе? – буркнул он недовольно, на ходу разминая руки. - Док, Стиммс с вами говорил?... - Говорил. - Док… - поняв, что он не очень хочет разговаривать со мной – я осторожно спросил: - Мне найти вас позже – или сразу к столу идти?... Док приостановился, вздохнул, оттолкнул меня к стенке коридора, чтобы мы не мешались на проходе – и негромко проронил: - Ирик…ладно, прости, сынок. Я просто на нервах. - Я знаю, док. Я не в обиде, правда. Док действительно выглядел осунувшимся и донельзя усталым. Как и все мы. - Ирик…я отпустил тебя в «спас-бросок» в надежде, что потом генерал отправит тебя на обучение. Или просто вернет тебя живым. – Он снова вздохнул, покачав головой. Сумрачно посмотрел мне в глаза. И честно, прямо буркнул: - Но я же понимаю, что твоя везучесть и толпа белых парней уже вселила в тебя понятие ложного всемогущества, да?... - Док… - Ирик, ты себя не видишь. Прямо сейчас – ты себя не видишь. У тебя подрана морда, у тебя глаза мутные…но ты уже хмуришься, как твой сержант…и я знаю, что ты готов согласиться на авантюру, которую тебе предложили эти два негодяя. Стиммс и наш генерал. Тебе что, льстит внимание высшего руководства? - Доок… - К хаттам, Ирик! – приглушенно рявкнул на меня док. Выйдя из себя, что бывает редко. – Они постоянно придумывают какие-то головоломные трюки, переставляют нас, как им угодно – а потом я забываю, что тебя нет под рукой и пытаюсь обучить дроида – твоим приемам!... Какого хаттьего хера?!... Чего им, мать их, недостает?!... - Док, им всего достает. – Осмелился возразить я. – Но если мой выход был эффективен… - Заткнись, Варна. Ты дурак, и ты знаешь об этом. Мы сработались с тобой так, как редко получается. Я натаскивал тебя каждый свободный миг времени – а теперь они забирают тебя и Готтаса, чтобы выпускать в поле, где каждый бой – как твой «спас-бросок», а то и хуже – и ждут, что ты будешь делать дела наравне с клонами?! Которых там выкашивают толпами?!... Ты, у которого даже брони нормальной нет?!... - Док, раньше люди так и ходили в бой. И у меня есть броня. – Я подхватил его под локоть – и потащил к ближайшему кавному аппарату. – И, да – я клеванный в голову урод. Но если то, о чем они думают – правда, то… - То - что? – презрительно хмыкнул док, перебив меня. – Ты действительно думаешь, что нашу тактику подхватят?... Да кому она нужна?! Варна, очнись, таких, как мы – капля в море, мы, твой брат, его шэф и их компания, плюс еще штук пять медлабов при частях – ЭТО ВСЕ, кто так же обеспокоен состоянием наших солдат настолько, что готовы лезть за ними под огонь, и вытаскивать их наравне с их медтехами!... Кому она нужна, эта ваша тактика?!... – он не глядя залпом выдул стаканчик кава, который я сунул ему в руку. – У нас и так показатели – выше, чем в остальных частях!... Чего им недостает?!... У меня было море возражений. Но я их проглотил. И даже не столько потому, что не хотел дергать дока еще больше. А потому что вспомнил, что он говорит прописные истины. Это для нас клон-солдат – «хрупкая деточка», «психически альтернативный» и все такое. Для остальных они – «консервы». Биодроиды. Оборудование. Которое, разумеется, чинят, если есть возможность. И даже успешно. Но… - Док… - я сглотнул. И исподлобья посмотрел на дока: – Вы во всем правы. Наверное. Но я буду сопровождать наши войска в поле. Вместе с их медтехами и доками. Я не знаю, какая будет организация, может быть – именно к вам я и буду тащить «паленых», повышая им шансы на бегу…но я пойду. Мне плевать на тактику. Я ее обкатаю…но дело вовсе не в этом. Док помолчал, играя желваками. И почти процедил мне в ответ, глядя куда-то в сторону: - Я хотел тебе запретить. Прямо сейчас. Потому что я твой непосредственный командир… Хотел. Но не буду. Я помолчал тоже. Целых два вздоха. И спросил: - Почему? - Потому. – Отрезал он. Помолчал, сердито сопя и приходя в себя. И сказал: - Иди уже, Ирик. Может быть, так действительно будет лучше. Через час – жду вас на обход, а тебя и Вара – к столу. Понял?... - Да, док… - Я помедлил – и тихо спросил: - Док, вы в порядке? Если вам что надо – так я мигом… Виски там, или голову Тамбора… - Пошел вон, урод, - док возмущенно отвесил мне легкий подзатыльник – и я облегченно выдохнул: разговор был тяжелый, и я вовсе не ожидал, что док так на меня выкатится…хотя и мог бы предположить. А док держался. И это было главным. Но, если честно – я не хотел думать о том, что наговорил мне док. Весь мой мир – заключался в НАШЕМ медлабе, и работал я – под рукой у дока, в полку спецназначения…и я считал это верным. А, значит – допускал, что генерал и Стиммс – знают, что делают. И пока у меня были силы – я хотел «выдавать по полной». Я не ломал себе голову о том, нужно ли то, что мне предложили – вообще. Я знал, что принесу пользу, и если есть хотя бы надежда, что она будет выше, чем сейчас – этого было достаточно, чтобы я согласился. Странная пустота внутри после этого сумбурного разговора – показалась мне не плохой. Обнадеживающей. Почему-то. Мышцы все еще ломило, ноги все еще были тяжелыми – но я принял решение, и после разговора с доком – мне предстоял разговор потяжелее: разговор с МП. Которые вряд ли привыкли, что офицеры интересуются, у кого из генералов они хотят служить. Посмотрев на хронометр, я осознал, что отделение, скорей всего в столовой. Потом вспомнил слова дока о Готтасе – и вызвал его по связи: - Гот? Не занят?... - Нет. Чего тебе? - Стиммс с тобой говорил? - Было такое. - И?... - Плохой вопрос. - И ты уже собираешь себе МП? - Я их уже собрал. Чарен ругает тебя, кстати, матом, за то, что ты не нашел минутку его навестить… - А его тоже к этому склоняют? - Ну, он известный любитель извращений… - Пошел ты, рогатый… - Сам иди. И отстань от меня, грубиян. - Ладно-ладно, не бурли…с меня кав, коллега по непотребствам… - Видеть его уже не могу… Я переключился на Сэллена – и тут же услышал его ответ на фоне приглушенного шума сдержанных голосов: - Сержант Сэллен, сэр. - Сэл, вы еще едите? - Да, сэр. Нам поторопиться? - Нет, вам потормозить. Док ждет нас на обход через час, а сейчас – я сам до вас дойду… Есть дело, которое надо обсудить. Жуйте не торопясь. - Принято, сэр… Вообще-то – мы ели отдельно. Наличие аками в столовой часто не способствует аппетиту солдат, и мы старались не очень нервировать своим присутствием солдат в чужих частях. Про нашу столовую на «Терро» я не говорю, там все давно не так. Но как бы то ни было – я с невольным облегчением увидел в казарменной столовой и наших бойцов с «Терро», и самого Готтаса – и некоторых «трешек» из медлаба. Ассимиляция, как говаривал мой док, да. Готтас, сидевший за столом в компании МП с «Терро», слева от входа, увидев меня – помахал мне рукой: - Рукодельник, иди сюда!... Что ты там говорил про извращения?... Я показал ему неприличный жест на ходу, бросив через плечо: - Кровосос, в твоих интересах мне на стол не попадать, так что подбери своим двойной боезапас и покрась им броню, а то будешь слишком заметен!... – Он носил темное, был смугловат…ну, как вы понимаете, в ответ мне он осклабился. Всякий разряжает атмосферу, как может и умеет. И всякий – строит атмосферу, как умеет. Бойцы с «Терро» - были особенными, и они отлично делали вид, что не замечают, как порой морщатся на их болтовню за столом и слишком вольное обращение со своим офицером бойцы генерала Дая. А Гот – делал вид, что никакого вольного обращения нет и в помине. И травить какие-то анекдоты с МП – вполне нормальное дело. Я отыскал в отдалении стол, за которым сидело мое несчастное отделение – и снова последовал привычной мудрости: я не стал предугадывать их реакции и слова. Я просто сел рядом с потеснившимся Сэлом, осмотрел отделение – и негромко проговорил: - Во-первых – приятного аппетита… Во-вторых – со мной только что говорил Стиммс. Есть предложение: вас могут перевести к нам и оставить моими постоянными МП. Если вы хотите продолжать работать со мной. И мы будем сопровождать наши батальоны как сложившаяся команда, обкатывая новую тактику. Поначалу. Уверен, что даже если тактика провалится - нам найдут чем заняться... Сэллен покосился на меня. Молча. Потом посмотрел на Джерка напротив – и сидящего рядом с ним Тая. Кейп, сидевший рядом с Таем – продолжал невозмутимо пить. Вар, сидевший напротив ближнего брата - тоже даже не покосился на меня. Нормальная реакция. По ненормальной реакции всех превзошел Яро, сидевший как раз напротив меня: он как раз пытался донести до рта ложку супа – но не донес, замерев на месте – и уставившись на меня исподлобья с сумрачным подозрением. Через пару мгновений – отложил ложку и осторожно выпрямился, положив руки на стол. Показательно вздохнув. - Знаю-знаю, это плохая приправа для завтрака, - согласился я на их молчание. – Или обеда, не знаю, что тут у вас… Но я хотел дать вам больше времени на решение. Предложение исходит от консилиума в виде нашего генерала и нашего главного светоча по медицине…и его срочно нужно обдумать. Вон, за моей спиной – видите? – я ткнул в сторону Гота и его команды. – Это вторая группа, которая будет сопровождать наши войска на передовой…возможно, будут еще группы, к примеру, когда Чарен покинет свой бокс…я не знаю. Генерал предложил новую тактику – и я предлагаю вам опробовать ее в моей компании. Молчание. На этот раз – его нарушил Сэллен: - Вы же понимаете, что они вам предложили. - Да. Отлично понимаю, - кивнул я. – Я ходил в сопровождении. Уже не один раз. Ужасная работа. Часто – все сводится к стертым ногам и сну на ходу…а порой – аврал в медлабе кажется отпуском. Но если Стиммс уверен, что у меня уже достаточно опыта, а док, хоть и наорал на меня, но отпустил…что ж, я согласен это делать. Молчание. Сэллен медленно, глубоко вздохнул. - Сэллен, я уверен, что вы не в восторге от этой идеи. Но можно вслух?... - Не имею полномочий обсуждать распоряжения генерала, - отозвался он ровно и негромко. - Буду рад простому частному мнению. - Это плохая идея, сэр. – Коротко высказался он. Я хотел спросить – почему, и даже мог бы предсказать, как он логически детально опишет все свои сомнения и все такое – но не стал. Я сказал негромко: - Сэллен, я понимаю, что вам есть что возразить, и вы знаете, о чем говорите… Но я уверен, что генерал прав. И новый вариант медобеспечения – сработает. Поэтому я согласен на эту работу, - я оглядел МП. – Вы можете отказаться и остаться у мастера Дая. Тогда мне придется искать новую группу…вы все – отлично делаете свое дело, и проблем с эффективностью не будет. – Я встал. – Не могу тащить вас в эту хаттью задницу приказным порядком…но если я туда лезу – я предпочел бы делать это в вашей компании. – Посмотрел на хроно: - Господа, через тридцать минут – жду вас у операционки. Надеюсь, вы дадите мне ответ к тому времени…и пока мы все равно делаем дела здесь. Вар, мы с тобой встаем к столу, остальные – пойдете на обход. - Да, сэр, - за всех отозвался Сэллен – и я ушел, забрав у него мой пояс. Я был уверен, что слова про то, что они могут где-то там остаться, или же что у них вообще есть выбор назначения – тот же Кейп просто пропустил мимо ушей. Ровно потому, что они просто идут и делают, и во многих случаях – даже предположение может расцениваться ими, как указание к действию. Направляясь в сторону операционных, я хмуро подумал о том, что за последнее время – я научился говорить военным языком с обтекаемыми, но емкими формулировками лучше, чем за всю остальную службу в прошлом…и не знал, хорошо ли это. Впрочем, выбора у меня не было: пока – я мог говорить с МП только на их языке. Пока они не научились моему. Я заглянул по пути в оперцентр, просмотрел записи происходившего за последние несколько суток – так, частями, чтобы понять, как у нас дела – и отправился искать дока. - Явился, блудный гран, - привычно буркнул на меня док, когда я появился в поле его зрения. То есть – мой док вышел наружу после какого-то осмотра, мимо него провезли очередного пациента – и дроиды принялись приводить операционную в порядок. – Ну, и что сказали тебе твои самоотверженные умники?... - Ничего они пока не сказали, - отозвался я как можно более легкомысленно. – Не ждите от них такой же быстрой реакции, как от наших парней: все-таки они не с нашего борта… Я, боюсь, подпортил им пищеварение высказанной идеей, но взамен дал подумать подольше. Док покачал головой, сложив руки на груди: - Плохая это идея, Ирик…очень плохая. Их доки и «двойки» достаточно хороши для того, чтобы вытаскивать их с поля боя. Мы-то там зачем?... Я снова хотел сказать, что в нас труднее попасть, что я пролезу там, где не пролезут они…но тоже покачал головой – и сказал: - Док…вы задавались такими вопросами, когда потащили меня в мой первый «выход»? - Там была напряженная ситуация, Ирик. – Док помолчал и откровенно добавил: - И мы вообще не должны были тут оказаться. Я пренебрежительно фыркнул. - Да? Вам не хватает артистичности, док, чтобы говорить такие слова. Док покосился на меня, посмотрев злобно и сердито, и смотрел он целых два вздоха…но потом все-таки отвел свой царственно укоряющий взгляд, буркнув при том: - Эчи, я все понимаю. И мне тоже их жаль. Но я все равно считаю, что идея генерала – это дикость и блажь. Каждый – должен быть на своем месте… - Док, я потратил на учебу в Академии семь лучших лет своей жизни. «Я прорвался в Академию в элитный поток в пятнадцать лет, не занимавшись в год до экзаменов ничем, кроме штудирования и практики на голопациентах и симуляторах… И я буду на бегу консультировать тех, кто все эти семь лет – вместе с медициной изучал понятно что. Я, а не дроид.» - Я не сказал это. Я просто это подумал. А док спросил на мое последнее высказывание: - И ты уверен, что вся та херня, которую тебе там пичкали в голову – поможет повысить показатели, если ты будешь рисковать своей задницей наравне с клонами?... - Я уверен, что если меня выпускают в поле – то там мне и место. Док снова покосился на меня. И я сбавил тон, ощутив жар стыда на скулах: - Док, мне жаль оставлять вас. Очень. Я никогда не смогу стать таким, как вы…но именно потому, что вы все это время натаскивали меня – есть шанс, что мы повысим эти сраные показатели. - Не льсти мне, - поморщился он страдальчески. – Тебе не идет… - Ладно, не буду, - покладисто кивнул я. И упрямо добавил: - Но я сказал вам правду, док. - Я знаю, - внезапно серьезно донельзя отозвался он. – Я знаю. – Вздохнул – и посмотрел на меня пристально и уже без суровости: - Мне будет нелегко…и я надеюсь работать с тобой, когда ты будешь…не в поле. Так что береги себя. - Да, док. Всегда. - Так я тебе и поверил, - пренебрежительно фыркнул он. И обернулся ко входу в тамбур: - Ну, где там твои лентяи?... Решили заодно и поужинать, что ли?... - Док, мне пройтись с ними в первый обход? Киим Дана посмотрел на свою дэку, потом на того, кого ему уже везли по узким проходам между боксами, которых стало просто до невозможности много – и отозвался: - Да, сходи. Этого я сам обработаю… Ровно через три минуты МП были рядом со мной – и мы отправились на обход. Я не поднимал вопроса с назначением в нашу часть, пока не показал МП все, что необходимо делать при обходе. Я рассказал им, как вызывать «трешек», если дежурных не хватает, разъяснил, на что обращать внимание и о чем докладывать безотлагательно…и когда половина обхода была проведена – а Кейп и Джерк повезли одного из «потеряшек» с подозрением на инфекцию в инфекционку – я решил, что могу отпустить их одних продолжать это многотрудное дело. Мы вышли в коридор вслед за Кейпом и Джерком, и Сэл спросил: - Когда закончится обход – что нам делать? - Когда закончится обход, и вы скинете уточненную инфу дежурному по отделениям – вы можете помочь «трешкам» в заботах о лежачих. Это значит – кормить, поднимать настроение, успокаивать, разносить сплетни, заменять постели, пинать дроидов-уборщиков, проверять показания стоек время от времени… Этим вы сэкономите кому-то другому время. Скорее всего – именно нам. Если что – можете спрашивать у меня или у любого дежурного. Будут «откаты» - сами не лезьте, будьте на подхвате…даже если уверены, что знаете, что делать. Я буду на связи. - Да, сэр, - кивнул Сэллен. – Принято. – И, практически без перехода, таким же спокойным тоном, как до этого: - Кто должен осуществить перевод, сэр? Я покосился на него – и тут же аккуратно отвел его в сторонку, к стенке коридора. - Сэл, я отпишу Стиммсу, и он сам все сделает. – Я стоял в шаге от него, поэтому снова пришлось запрокидывать голову: - Насколько я понимаю – вы действительно все обдумали? Он чуть изумленно посмотрел на меня: - Сэр, мне показалось, что именно этого вы и хотели? - Вопрос стоял о том, хотите ли этого вы. - Вопрос так не стоит, сэр. Мы там, где можем быть максимально эффективны. - Сэл, это не та работа, к которой вы привыкли. - Мы способны выполнять любую работу, сэр. И как вы знаете – мы легко обучаемы… Я сверлил его доковским взглядом несколько секунд, чувствуя, как удовлетворение во мне мешается с раздражением. Сэл выдержал этот взгляд, но едва заметно пожал плечами: - Я почти уверен, что рядовому Таймеру новая работа кажется чем-то привлекательной…если вы об этом, сэр. - Да, Сэллен. Я именно об этом. Клон просто не мог не оставить за собой последнего слова: - Смена деятельности тоже полезна, сэр. - Сэллен… - Да, сэр? Я заставил себя проглотить слова и отделался легким: - Нет, ничего. Не берите в голову, серж. - Это хорошая работа, сэр. - Не сомневаюсь… - Я отвернулся от него: - Вар! Вар, пошли, а то док нам сейчас головы оторвет!... Только заявившись в операционную – я осознал, что ни легкий тремор из рук, ни горячая тяжесть в голове – не ушли. Я просто на какое-то время забыл о них. Но работать было надо. И потому – я отправил Вара в саму операционную, к доку, а сам – на пару минут остался в тамбуре, собираясь с силами. Отписался Стиммсу, чтобы он устроил перевод. Он коротко и едко пожелал мне удачи в ответ. Я позволил себе на мгновение закрыть глаза, опершись рукой о стену, дав им отдых, и следил за дыханием так внимательно, что не сразу заметил, что ко мне в тамбур вышел мой док. - Ирик?... – тихо позвал он, подойдя ко мне. – Эчи, ты поплыл?... - Нет, док, - я заставил себя выпрямиться. – Просто накопленная усталость…сейчас пройдет. Я в норме. – Пошарил на поясе, открыв глаза. Нашел пузырек капель для глаз. – Сейчас буду готов. - Мне бы тебя списать на пару суток принудительно, - буркнул он, тыльной стороной кисти касаясь моего лба. – Ты уже мало на что годен. - Да ладно вам, - я прокапал глаза. – Как будет поспокойней – полежу под капельницей, если что… - Проморгался. – Что у нас на повестке дня? - Сейчас – две ампутации, потом я оставлю на тебя вторичку, которая по нашему профилю… - Он замялся на миг – и предложил: - Может, отправить тебя к Оосту? - Вы же не настолько жестоки, док? – вскинул брови я, стараясь дать понять, что все в порядке. - Настолько, мальчик мой, настолько, - покивал док. – Могу еще предложить тебе обработку по боксам, но это уже из разряда походить ножками, когда спечешься тут… - Ммм… Док…. У вас нет с собой плитки концентрата?... - Тьфу на тебя, сладкоежка, - заворчал он, расстегивая комбез на груди и вытаскивая лакомство. – На, жри, урод такой… Я запихнул половину плитки в пасть – и принялся окончательно приводить себя в порядок. - И, к слову… - уже отвернувшись от меня – док на миг остановился: - Ты бы подстричься сходил, что ли… Я тряхнул головой, вертя руками под ручным стерилизатором: кажется, мне это действительно надо. - Сделаю, док. После смены… Обе ампутации были сложными, и делал их док. Я, заметив, что они первичные – не смог не изумиться: - Доок?... Это же свежее поступление – или я ошибаюсь? - Не ошибаешься, - отозвался док. И коротко пояснил: - Наши выбрались в долину, добивать остатки дройдятины… Вар прилежно следил за показаниями раненого под наркозом, следя мимолетно за самой операцией – и в какой-то момент я, ощутив на себе взгляд дока, посмотрел на него ответно. Док перевел взгляд на нашего «наркозиста» - и снова вернул взгляд на меня, едва заметно усмехнувшись и качнув головой. Без слов. Вар был донельзя серьезен и внимателен, но, кажется, уже несколько поуспокоился и обрел некую уверенность в правильности своих действий. По крайней мере – ни я, ни даже док – не чувствовали исходящей от него прежней напряженности. Это было правильно. Когда мы обработали первого пациента и Вар повез его на выход – я негромко посоветовал ему в спину: - Вар…когда человек начинает приходить в себя – ему будет совсем не лишне слышать рядом живой голос. Так что пара ободряющих слов ему будет кстати… - Да, сэр… Когда Вар вышел – док все-таки высказался: - Серьезный парень. - Вы с сержем не говорили, док, - я закрыл информационную сессию в стационарной стойке, переслав показания в отделение, куда отвезли «потеряшку», и принялся снимать щупы и насадки для стерилизации. – Вот кто у нас – идеал корректности и серьезного подхода к делу. - Верь им больше. Особенно после того, как они очень вовремя напросились к тебе в компанию на «спас-бросок»… - Кстати – да. Не верю я в такие совпадения. - Вот второго сделаем – и можешь порасспрашивать, как они так ухитрились. – Он помолчал, глядя на меня и меняя перчатки. И уже серьезней сказал: - Тебе еще троих надо, Эчи. В отделение. - Да, я помню…но пока не думал об этом. - Возьми кого-нибудь из наших. Разбавят атмосферу корректности, так сказать… Я посмотрел на него. Он посмотрел на меня. И мы тихо-тихо захихикали. Ассимиляция. Прекрасное слово… Когда мы проработали и второго пациента – док стал собираться на выход, и я, завершив свои дела, пошел его провожать, оставив операционку на очистку. - Как я сказал – тебе вторичка. – Бросил док, застыв у выхода в стерилизационку и устало потянувшись. Упер руки в поясницу сзади и заставил себя потянуться второй раз. – Сил уже нет… Старый я стал, и усталый…хотя только что встал. - Конечно, - хмыкнул я, снимая щиток. – Скоро сморщитесь и позеленеете… - И последние волосы на голове потеряю, - согласился он, проведя ладонью по редким волосам. Пошел наружу, раздвинув полог: - Ты тут тоже…не перерабатывай. Как только генерал вернется – вас отправляют на сутки на отдых. А потом – ты идешь в поле…так что у тебя еще уйма дел помимо стола. - Принято, - вздохнул я, идя за ним. - Не перегружай своих, - на ходу продолжил он. – Вам так и не дали прийти в себя – тебе надо это исправить. Все, считай, как добор будет – вы уже только частью с нами… Я не успел ему ответить, потому что услышал впереди голос Вара. Несколько встревоженный. - Доок?... Потому что отходившего от наркоза раненого на носилках начало потряхивать. Привычная для нас картина. Ага. Для нас. Док, оказавшийся рядом с раненым первым, спокойно склонился к раненому, приказав Вару держать его покрепче – и заглянул в глаз, оттянув веко. Выпрямился: - Какой торопливый парень, - в голосе его было даже какое-то удовлетворение. Я махнул над ним анализатором, снимая показания – и так же спокойно проговорил: - Все в норме. - А то я не знаю… - Я известный приверженец протоколов, - пожал плечами я. И посмотрел на Вара, придерживавшего пациента на носилках: - Просто держи его, Вар, это скоро пройдет. Он молча кивнул; док махнул рукой: - Все, мальчики, я пошел. Сами тут без меня… Я так же молча кивнул, придерживая ноги раненого. Вар молчал, плотно сомкнув губы, глядя на раненого – и я пояснил: - Не волнуйся. Это бывает. Подкорка проснулась, а он сам – еще нет… Это бывает по выходу из наркоза. Когда утихнет – снимем показания, но я уверен, что с ним все в порядке. - Почему…почему такое бывает, сэр? - А кто их знает? – философски отозвался я. – Перенесенный стресс, злоупотребление стимами, периодические сотрясения…все, что угодно может выдать такую реакцию от наркоза. Порой – такое просто случается. Вар мельком посмотрел на меня. Молча. - Когда трясет сильно – мы вкалываем противосудорожное, - сообщил я. – Но это бывает редко… - С другими такого не происходило, - заметил он. – Почему это произошло с ним?... Сэр…я имею в виду – мы же одинаковые? Я усмехнулся: - Кому ты это говоришь? У вас лица – и те со временем разнятся, если вы только не задаетесь целью быть идентичными на внешность!... Скажи микробиологам или вот нам, что вы одинаковые – и мы тебя обсмеем. Всей толпой. Потому что это не так… Дерганье действительно понемногу сходило на нет, и Вар позволил себе выпрямиться над носилками, просто придерживая раненого. - Никогда не думал об идентичности с позиции микробиологии… - Разница в иммунитете, который у каждого падает и поднимается в разное время, в бактериях, которые вы подхватываете на чужих планетах, разница в нагрузках – оно все присутствует и в простых людях, и вас. Что вполне естественно. Можно сделать одинаковых людей, но как только у них идет соприкосновение с окружающим миром – изменения неизбежны. Вар подумал пару мгновений и едва заметно кивнул: - Понимаю, о чем вы, сэр… - Отлично. Тогда не переживай так сильно: просто знай на будущее, что так бывает. Вар помолчал снова – и спросил: - Он сейчас ничего не чувствует? - Ну, когда такое случилось со мной – я точно ничего не чувствовал. Не помню, чтобы мне было плохо. Вар покосился на меня с мгновенным пристальным интересом: - Вас тоже так трясло? - Меня трясло куда сильнее, - порадовал я его. – Трое ребят примерно твоей комплекции с трудом удерживали меня на столе, потому что меня подбрасывало до их зубовного лязга…все списали на то, что у меня повышенная чувствительность к какому-то компоненту наркоза. Надо же было как-то это объяснить, - потряхивание действительно стихало – и вскоре мышцы пациента стали более расслабленными и эластичными. И он повел головой уже как-то более осознанно. - Давай, - кивнул я Вару. – Поговори с ним. Он уже возвращается… Вар коснулся плеча раненого – и негромко заговорил с ним. Почти как я. Что все в порядке, операция завершена и все прошло хорошо, и все такое – убедительно, негромко, спокойно, как будто всегда это делал. Я смотрел, как к нам везут очередного пациента – а сам думал: что бы ни произошло со мной на этой войне – я знаю, чем займусь после нее. Совершенно точно знаю. Мы провели в операционке пять часов. По прошествии их – мне на дэку пришел недвусмысленный приказ от самого Стиммса: убирать из медлаба свои задницы и начинать подготовку. Мы завершили осмотр и обработку последнего пациента со множественными ожогами, к счастью, не требовавшими бакта-бака – и я выдал Вару: - Все, отбой. Пошли наружу, - с наслаждением стаскивая перчатки и направляясь на выход. И когда мы вышли – я ощутил, что в воздухе зала витает какое-то серьезное беспокойство. Я едва успел вытряхнуться из комбеза и прочего и стоял, ожидая Вара, у входа, как издали, не по связи – услышал зов Кенке: - Ирик! Ирик, бегом неси сюда свою задницу!... – и голос у него был крайне напряженный. - Вар, - я глянул в тамбур. – Меня начальство зовет. Свяжись с нашими, чтоб заканчивали – и ползите в столовую…там встретимся. - Принято. Вы надолго? - Без малейшего понятия… Нас все равно снимают с медлаба, так что ешьте не торопясь. Готовиться будем… - Да, сэр… У входа в главную операционку – толпилась уйма народу, стояли бледные «трешки» Иллана и Ко, стоял коммандер Брут – тоже бледноватый лицом и встревожено-хмурый, Готтас со своими МП, еще кто-то, пара бойцов в странной, незнакомой черной броне…и Кенке, который выловил меня тут же, как увидел. Подхватив меня под руку, он тут же поволок меня в тамбур, растолкав толпу. - Ты не поверишь, что тут творится… - он втащил меня внутрь. - Эй, я без снаряги! – шепотом возмутился я. - Оставь, не до этого сейчас, - огрызнулся шепотом же он. – Генерал вернулся… И док срочно тебя потребовал…пойдем!... Мы миновали стерилизационный предбанник – и вошли в саму операционную. В ней стояла какая-то пугливая тишина, нарушаемая короткими сдержанными комментариями и попискиванием аппаратов. Генерал вернулся, это было правдой. Он стоял у стола, слева, от него пахло дымом и жженым пластиком, он возвышался над клонами и врачами черным силуэтом, и мой док – стоял рядом с ним и Илланом. Эччен Ко – стоял напротив них вместе со своими помощниками. Я проскользнул к доку – и тихо выдохнул ему в плечо: - Док, я тут… Он, едва заметно покосившись на меня, нашарил мою руку в молчании, сжал ее на миг – и потянул меня вперед, к столу, чуть подвинувшись. На столе перед нами лежал клон. Только я не сразу понял, кто это. Собственно, сначала я зацепился мыслями за определение повреждений: нет правой ноги ниже колена. Причем уже давно. Культя заживлена, но не особо заботливо, и явно – не под подключение протеза, а так, по старинке, с подвертыванием кожи. Нет части правой кисти. По всему телу – следы ожогов и каких-то…вмешательств. Скорей всего потому, что клона пытали. Левая часть лица – была обожжена, но его явно клали в бакту, хотя восстановление прошло не полностью, следы еще видны, и ожоги эти – явно старше, чем следы на теле… А потом я посмотрел клону в лицо повнимательней. Сглотнул, понимая, что он выглядит лет за сорок. Если не на все пятьдесят. И что он полуседой, куда страшнее Джерка. Но сложить два и два окончательно смог только тогда, когда увидел, что генерал почти бессильно, осторожно, сжимает искалеченную кисть клона, и на руке генерала не было перчатки. Альфа-98 был жив. Мы считали его мертвым – но он был жив, и генерал – нашел его. - Износ 60%, - коротко, негромко, через силу, проронил Эччен Ко, глядя на показания стационарной системы, завершившей очередной анализ. – Постоянное наркотическое воздействие уже оказало слишком сильное влияние на ЦНС… Эччен говорил что-то еще, но слова про 60 %, показавшиеся мне как никогда сухими и казенными – никак не могли сгинуть в пустоте моей головы. Генерал что-то негромко, сдержанно спрашивал, что-то уточнял, я, чувствуя сухость в глотке, снова сглотнул – и тихо прошептал моему доку: - Как думаете – восстановление возможно?... - Да, - выдохнул он мне почти в макушку. Обнял меня за плечи. Вздохнул. – Долгое…и неполное, скорей всего, но… - он умолк, потому что мы оба ощутили, что генерал едва заметно покосился на нас через плечо. Голографический Стиммс в изголовье стола – заговорил в свою очередь: - Я отозвал Ооста обратно на борт, закладывать образцы тканей в репликаторы, - мы всегда старались отращивать новые «запчасти» для «потеряшек», даже если не всегда могли поставить их по нехватке времени. – Я скажу, чтобы он посмотрел образцы коммандера Ская. По моему предварительному анализу – скорей всего, будет необходимо применить не только бакта, но и нанотерапию…но для окончательного решения – необходим консилиум. Это очень сложная задача… «Шестьдесят процентов,» - снова подумал я. – «В других частях таких просто списывают…» - меня продрало холодом от мгновенного понимания: если генерал привез его, так, значит – он был здесь, на Рилоте. – «Почему? Где генерал его нашел? Как?...» - отбросил в сторону ненужные, суетные вопросы. Тихо вздохнул. - Эчи, - вдруг шепотом спросил меня док. – Ты бы взялся за его восстановление? - М? – я даже не сразу понял, о чем он спрашивает. Генерал был занят разговором со Стиммсом, и уже не покосился на нас. - Эчи, это же и наш профиль тоже, - совсем тихо выдохнул док. Сам вздохнул. – Когда его хоть немного приведут в порядок…думаю, ты меня понимаешь. - Нейрохирург, - прошептал я. – Профильный. Нам он нужен…и не один. Док молча кивнул на Стиммса, то ли говоря, что тот найдет, кого угодно, даже еще одного нейрохирурга – то ли призывая прислушаться. Я прислушался: -…замена внутренних органов – но только после того, как мы хотя бы немного…реабилитируем его и посмотрим, что с ЦНС. - Я не сомневаюсь в вашей компетентности, - кивнул генерал. Его голос был негромок, но по-странному гулок. Запах пластика и дыма рядом с ним был густым настолько, что я стал задыхаться. Невольно снова посмотрел на его руку без перчатки. – Делайте все, что возможно, как делаете для каждого из нас. Но в любое время дня и ночи, в бою я буду или где еще – сообщайте мне о малейших изменениях в его состоянии. Это все, чего я прошу. Эччен Ко почему-то отвел взгляд. Должно быть, что-то в лице генерала было такое, на что он предпочел не смотреть. Стиммс едва заметно кивнул: - Мы понимаем, сэр. - Идем, - тихо позвал меня док. – Пошли… Мы тихо вышли наружу, стараясь ни на кого не смотреть – и встали в сторонке. - Самое время напомнить генералу про бакту, - мрачно усмехнулся док, сцепив руки за спиной. Покачал головой – и совершенно искренне посочувствовал: - Бедный Сит…это все – уже слишком. - Вы думаете, что генерал поручит имплантацию нам? – спросил я прямо, почувствовав себя несколько неуютно. Как будто мне предстояла первая в жизни операция. Усталость, измотанность, горящие глаза – все отошло на второй план. Док кивнул. - Я посоветовал ему выписать пару специалистов с Корусанта, но он сказал, что хочет, чтобы это сделали мы…потому что он доверяет только нам. И потому что мы лечим всех здесь. Стиммс – его поддержал… - Док помедлил, не глядя на меня – и тихо проговорил. Почти просительно: - Может, все переиграть?... Ты можешь отказаться от назначения? Я только покачал головой: - Нет, док. Не могу. – И прежде чем он продолжил – я добавил: - Я все понимаю … Я постараюсь выжить до того момента, когда понадоблюсь вам, док. Обещаю. Он едва заметно кивнул, попытавшись бледно улыбнуться мне. И я не выдержал, постаравшись тут же его ободрить: - Эй, док, в жизни не поверю, что два таких спеца, как вы и дядя Ко – не справитесь без меня!... Его улыбка стала горькой усмешкой: - Да разве дело в спецах, Ирик… - он хотел что-то добавить – но удержал себя, и я ему кивнул: мы оба все прекрасно понимали. Док провел ладонью по лицу и вздохнул: - Ладно…что уж теперь…будем чинить… Я думаю, что до нашей работы пройдет еще море времени, ты успеешь побыть героем, а я – окончательно тебя невзлюбить…но я не знаю, как теперь бу… Он снова запнулся и посмотрел мне за спину. На его лице отразилась тревога – и я тоже полуобернулся: неслышным, привычно широким шагом – из операционной вышел генерал и, на ходу надевая визор, направился прямиком в сторону своего нынешнего помощника. Надо ли говорить, что с его пути все быстренько убирались… Коммандер Брут был не в броне на этот раз, в форменке, и это позволило генералу откровенно схватить его за грудки. И на этот раз – растерянный, отводящий взгляд коммандер – не казался ни подавляющим, ни мощным. И сопротивляться генералу он даже не думал. Я не хотел, но, как и многие там – я услышал слова генерала: - Ты!...Ты сказал мне, что я не должен был рисковать! Ты и этот маанда-ату’кее, этот ублюдок – запретили мне лететь!... – Он существенно приложил коммандера спиной о стену. – Тчарва!... Если бы я слушал вас меньше - я нашел бы его раньше!... – Гнев, ненависть…это – Темная Сторона, как говорят джедаи? Я видел то, что видел, и понимал, что это – говорит в генерале самая обыкновенная боль. – Не рисковать?...Не рисковать?!... Вот тебе твой не-риск, Брут!... – Он снова приложил клона спиной о стену, миг мерил его лицо взглядом – и все-таки выпустил его. – Все это время…Все это время, Брут!... Он был жив. Ты понял? Он был жив!... – Последнее – он просто процедил. Негромко, но почти по-звериному, сквозь зубы, в лицо коммандеру. Помедлил миг, потом резко развернулся – и ушел. Его кто-то попытался остановить за руку, кто-то – из его команды, но он стремительно отмахнулся, и за ним не пошли. Коммандер, дернувшийся было вслед генералу, как-то внезапно сник, едва заметно сгорбившись, снова привалившись к стене, его окружила остальная группа – и я заметил, как коммандер бессильно, но от души пару раз ударил ни в чем не повинную стену ребром кулака. Все это было…неправильно. - Пошел отсюда, Ирик, - ровным тоном приказал мне док. – Все, пошел. Давай. Тебя МП ждут… - Док… - Ты не будешь это обсуждать, верно? Я молча покачал головой: нет, не буду. - Иди. Давай, тебя ждут.