Легендариум. Тайна черного принца.

Берта несколько раз моргнула, а потом тихо сползла по стене и спрятала лицо в руки. Лили тут же кинулась к ней и вместо обвинений и криков тихо обхватила за плечи мать. Она не плакала, но, казалось, что-то в ней сломалось. За собственной стеной холода, которую я возвела после ухода Дариана, я и не заметила, как стала жестокой. Наверное, не стоило все так сваливать на нее. Но почему-то жаль ее мне не стало. Летти, не шевелясь, наблюдала за этой сценой. — Мама, — моя подруга провела рукой по спине, будто пытаясь согреть Берту, и понизила голос, — расскажи мне все. Джо права? Наконец, женщина оживилась, убрала руки от лица и медленно поднялась. Однако Лилия не отпустила родительницу, пока та не села за стол и снова не спрятала свое лицо на этот раз за спадающими волосами. Я и будущая королева тоже присели и стали ждать, пока Альберта решится все рассказать. — Я молчала о твоем отце, Лили, — начала она внезапно твердо и громко, — потому что сама знала очень мало. Однако решила, что ложь будет спасением для нашей семьи. И сама не заметила, как это вранье стало расти. Готова поклясться, что сейчас я слышала голос Луизы. Именно она в самую трудную для себя минуту начинает говорить так громко и смело, словно ничего не происходит. Словно ей небольно. От такого сходства по спине побежал холодок. — Я узнала, что я беременна в тот день, когда мне сообщили, что твой отец погиб. Его звали Немир. Странное имя, на самом деле. Но он был красив, молод, хорошо ухаживал. Вроде бы даже хотел сделать мне предложение. И в один из зимних вечеров в мою дверь постучали. Это оказался рыжий мужчина в странной одежде, представился Реном Лауэром и сказал, что Немир погиб и он нашел мою фотографию в его кармане. Не знаю, что побудило тогда меня выдать о беременности незнакомому человеку и позволило расплакаться у него на руках. Но я была так молода. Мне казалось, что моя жизнь рушится. Но Рен почему-то обрадовался и обещал вернуться через некоторое время. И правда, через четыре часа он пришел с походной сумкой, поселился в гостинице на нашей улице и рассказал про Парамир, про еще живую тогда королеву Ириду, и что я ношу ее внука, единственного законного наследника; и он здесь, чтобы оберегать нас. Естественно я подумала, что он сумасшедший, что все это бред, пока он одним движением руки не зажег все свечи в доме. Любимый трюк Лауэр. Так вот кто ее научил. — Пришлось поверить. Рен. Он был рядом. Все это время. Выполнял мои прихоти, помогал по дому. Откуда-то брал еду и одежду, пока я была в декрете и не работала. Я поняла, что испытываю к нему нечто большее, чем дружбу. А когда родилась Лили, он раскрыл мне правду. Что королева Ирида умерла, что секретное задание его закончено и мы можем жить вдвоем спокойной жизнью. Пока я не выйду на работу, у нас будет все, и мы не будем знать нужды. Наследница может и никогда не узнать, что она наследница. Я… — она замолчала на некоторое время, собираясь с мыслями, — я попросила его остаться ненадолго и мы… совершили ошибку. Я забеременела снова. Но, черт возьми, этот человек снова оказался рядом и сказал, что все в порядке! — тут Берта не выдержала и всхлипнула. Лили снова обняла ее. — Девочку я отдала ему сразу после рождения. Я не знала, что он назвал ее Луизой, как я и хотела. Я поняла, что не имею на нее никаких прав, что не смогу вырастить двух дочерей, а Рен не сможет быть вместе со мной вечно. У него была жена и ребенок. Я пыталась забыть ее. Всего один раз я взглянула на мою младшую дочь и увидела только редкие рыжие волосики и эти глаза. Я вижу их каждый день в зеркале. Они оба ушли. Знаю, я поступила ужасно! Но было бы лучше, не будь она так похожа на меня, не вспоминай я ее каждый день. И если бы не забота о Лили, я бы сошла с ума. — Ты знала, что я учусь в Кингс? — неожиданно Лили задала весьма отвлеченный вопрос. — Конечно, — Берта улыбнулась впервые за рассказ, — я знала, что тебе известно о Парамире. Но, как видишь, я до такой степени ужасная мать, что сообщила все это только после того, как меня этой правдой прижали к стене. Альберта стала похожа сейчас на человека, только что вышедшего из больницы после долгой и мучительной болезни. Но Лили все не отпускала маму. Вот она какая, привязанность к матери. Я так и не успела узнать и почувствовать ее до конца. Может, ребенку Силеи и Эйрона повезет больше, чем мне. — Нет, ты не ужасна. Я, конечно, немного ошарашена, но не ненавижу тебя. Ты все, что у меня есть. Ну, уже нет, конечно. — Вы должны рассказать Луизе, — вмешалась я, зная, что время на исходе, — и все ей рассказать. В том числе, что вы обе наследницы Хайи. По матери. От этого зависит судьба всего Парамира. Летти заерзала на стуле. — Это будет нелегкий разговор. — Я могу перенести вас к ней. Только скажите, когда будете готовы. Лили кивнула мне и посмотрела на маму. Та побледнела до неузнаваемости. — Да, конечно. Только вы расскажите мне, пожалуйста, что произошло с Реном, его женой и ребенком. — Ее маму, точнее женщину, которая считалась ее матерью, недавно казнили, — роль рассказчика взяла я, — за преступления против Парамира. Отец давно умер, мне очень жаль. Альберта слушала внимательно и на новости о смерти возлюбленного,только опустила глаза в пол. — Ее старшая сестра живет в этом мире с мужем и маленьким сыном. Больше у Луизы никого нет. Она префект Легендариума. Думаю, вы сразу узнаете ее. — Хорошо, я все поняла. Можем мы встретиться с ней? Сначала я думала, что будут проблемы с переходом, так как Берта не обладает магическими способностями, однако то, что она дальний предок приемной дочери Хайи, нимфы, явно компенсировало отсутствие волшебства в ее крови. Через минуту мы все вышли прямо в большой гостиной Крыльев Афины, где Ник вместе с Луизой пили чай, о чем-то оживленно беседуя. Лиз, как всегда была в белой форме Легендариума, с черными полосками по бокам, что выделяло ее, как префекта. С прошлого года она заметно подросла и теперь форма была ей немного маловата, а новую ей обещали сделать к следующему году, если она останется учиться. Непослушную копну рыжих волос девушка связала в высокий длинный хвост. Всю нашу группу внимательно оглядели янтарные глаза Лауэр. — Джо? Ты уже вернулась? А кто это с тобой? Она поднялась со стула. Тоже сделал и Ник, не понимая, что происходит. Берта замерла, смотря на нее. Что-то было в них обеих такое, что делало их похожими. Не столько внешне, сколько внутренне. А уж сходство Лили с сестрой было совсем незаметным. — У них, у Лили и ее мамы, есть к тебе долгий разговор. Думаю, мы должны оставить вас наедине. Ник, Летти, пойдем в мою комнату. Прошло примерно полчаса, когда мы услышали шаги по лестнице. Николас уже успокоился после новости о родстве Лили и Луизы и кормил свою рыбку, а Летти уснула у меня на коленях. Я не особо возражала. Раздался тихий стук. Я сразу поняла, что все плохо, потому что обычно Лауэр вламывается в дверь, снося все на своем пути. Дверь открылась, а за ней стояло бледное существо с уже распущенными по лицу, рыжими волосами. Но слез на лице не было. Только какая-то пустота, не покидающая и меня второй день. Она прошла и опустилась на мою кровать, беря на руки спящего Скайлера. — Я отправила Альберту домой с помощью шарика телепортации. Твой отец мне подарил парочку недавно, — грустно осведомила меня она. — Так что можешь отдыхать. Все-таки тяжело шагать через пространство. Больше она ничего не сказала. Наверное, на ее месте я бы сейчас устроила большую истерику. Но Луиза не я. Она, как каменное изваяние, смотрела в одну точку, чуть покачиваясь. — И что? — не выдержал Адехи, — что они тебе сказали? Как ты отреагировала? — Ну, — она пожала плечами, пытаясь сжаться в маленький комочек, что плохо выходило при ее росте, — рассказали все, как есть. Про моего отца, Лили. В принципе, я ожидала, что моя биологическая родительница объявится когда-то. Но чтобы так… Она тряхнула головой. — Нет, Берта вроде хорошая женщина, но понимаешь… Диара вырастила меня против своей воли. Она была со мной всю жизнь. Да, она оказалась предательницей, свою родную дочь не очень-то ценила, но… к ней я испытываю чувств больше, чем к маме Лили. — Нельзя разлюбить и полюбить кого-то по своему желанию, — выдохнула я, обращаясь не только к ней, — ты не можешь заставить себя. И от тебя никто не требует принимать Лили и ее маму, как свою семью. Просто ты должна знать, где твоя кровь. И что ты наследница Хайи. Наверное, именно поэтому на этом острове ты сильнее всех учеников. Впервые Лиз улыбнулась. — Да, я всегда чувствовала, что между этим местом и мной какая-то связь. С первого дня. Как только я шагнула на эту землю, поняла — вот мой дом. Этой ночью я уговорила Луизу спать с нами. Мной и Ником. У нее выдался тяжелый день, и оставлять ее одну — последнее, чего мне хотелось. А еще я хотела попрощаться. Она переоделась в пижаму и легла рядом со мной. Пришлось кое-чего подмешать в ее и Ника какао. Зато теперь они спали крепким сном и не мешали мне собираться. Только Скро и Фиби внимательно следили за моими действиями. Затем я собрала маленький рюкзак, поцеловала Ника и Луизу, превратила Скайлера в медальон и оделась потеплее и поудобнее. Очки мне были больше не нужны, я оставила их на тумбочке, рядом со спящей подругой. Даже не пришлось с окна прыгать. Что ж, обойдемся без шпионских штучек. Никогда не сбегала из дома. Бабушка, она же Шелкопряд, всегда разрешала мне долго гулять, есть, что захочу, и одеваться так, как нравится мне. Не было против чего протестовать. Иногда, вспоминая свою жизнь до Легендариума, я думаю, что все это было сном. Только сейчас реальность. Реальность, которая зависит только от меня самой. Ночь опустилась на Кайро. Никто не мешал мне идти, не останавливал, я быстро приближалась к краю защитного портала. Куда идти? Я понятия не имела. Но я найду способ. Нужно только покинуть это место, отказаться от родных и друзей. Обратного пути уже нет. Вдруг я услышала позади себя какой-то шорох. Ну конечно, они знали, что я сбегу. За моей спиной стоял отец. Я чувствовала родственную себе магию. — Пропусти меня. Я обернулась. Папа был в обычной человеческой одежде, в которой в прошлый раз водил меня к врачу-офтальмологу. Надо же, мне казалось, она ему не нравится. Он покачал головой. В свете луны его волосы казались серебристыми, а глаза прозрачными. Как, наверное, и у меня. Он напоминал нечеловеческое, волшебное существо. — Джо, ты прекрасно знаешь, что я не могу. Голос его не выражал ни злобы, ни угрозы. Просто факт. Но это меня не смутило. Я тоже говорила спокойно. — У тебя нет другого выбора. Я пойду за Дарианом хоть на край света. — Даже если ради него придется отказаться от семьи? От друзей? Дочка, одумайся, прошу. Я это делаю не потому, что мне хочется досадить тебе. Не превращай ситуацию в современную трагедию Шекспира. Ромео и Джульетта. Какая параллель… Эйрон явно пытался заставить меня обратиться к своему разуму и совести, как и полагается всем отцам. Он любил меня, я знаю. Может, даже больше, чем мама. И возможно, увидав я рождение их ребенка, его отношение ко мне бы не изменилось. Он полюбил меня с первых минут моей жизни. И именно ему, ни кому-то еще, мне было больнее всего говорить такие слова: — Я все равно уйду. Найду способ. Даже если ради этого мне придется сделать тебе больно, папа. Отец все заклинания произносил и исполнял молниеносно. Что он собирался сделать и сейчас. По взмаху его руки, было понятно, что это оглушающее заклинание, после которого я должна была упасть, словно от удара током. Я уже приготовилась к удару, как руки Эйрона зависли в воздухе, а деревья, покачиваемые ветром, замерли как на картинке. Что, черт возьми… Из-за деревьев, распахнув полупрозрачные крылья, вышла Летти. Медленно, меряя шагами зеленую листву, она приблизилась ко мне и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Конечно, я готовилась драться с отцом, показать наше со Скайлером объединение, но это… — Что, — мой голос не поддавался, — как ты это сделала? — Остановила время? — переспросила она, словно это был пустяк. Да кто же она такая? Я ведь до сих пор не выяснила, почему она может летать, почему она такая сильная, и как, святая Хайи, управляет временем! И самое интересное: что она тут забыла? — Да. Разве такое возможно? Она тяжело вздохнула и покачала головой. — Нет. И потом мне придется заплатить за это высокую цену. Но так нужно. Послушай, Джо. Ты очень дорога мне. Может, сейчас мои слова покажутся бредом, но ты должна кое-что сделать. Я не могу говорить, кто я, чтобы еще сильнее не напортачить, однако, мой долг — помочь тебе. Не позволяй Дариану становится чудовищем. Не позволь выиграть темному магу. Убей его, как бы не было тебе и другим больно. Но сделай это в самом конце. Я подам тебе знак. А пока, знай, что ты должна быть с Дарианом всегда, чтобы не случилось. Иди за ним, и он пойдет за тобой. Ты легко найдешь его, стоит тебе только покинуть этот защитный барьер. Она указала рукой в чуть поблескивающую прозрачную стену. — Вы неразрывно связаны. Тут даже нет никакой магии. Это как два возлюбленных приходят в парк в одно и то же время и встречаются, не договариваясь. Ты почувствуешь его. Я подошла ближе к девочке, и мне почему-то захотелось обнять ее. Что я и сделала. — Спасибо тебе, — Летти тоже сомкнула за моей спиной руки, — и все же, кто ты такая? Улыбка снова загорелась на ее детском лице. — Летти. Мое имя. Это сокращение. Из книги, как и у тебя. Больше ничего не скажу. Иди же, пока не стало совсем поздно. И да, береги кулон Хайи, он потом очень пригодится тебе и Дариану. Больше я не могу держать время. Скайлер обратился в большого дракона, и я тут же забралась на него. В два больших взмаха крыла фамильяр оторвался от земли и устремился ввысь. Тут же в ушах засвистел ветер. Время снова начало свой ход.