Уведи мою девушку

Теплое осеннее утро все встречали по-разному. Кто-то еще мирно спал в постели, кто-то копался в двигателе непутевой машины, а кто-то, Майк, например, пил кофе со своей горячо любимой девушкой. Это был ее любимый ресторанчик, хозяйкой которого была ее мама. Да и кофе здесь делали отличный. И все бы ничего, если бы не одна проблема… он НЕНАВИДЕЛ ее. Ее укладку, голос, осанку, ее речь и манеры. Чертова девка портила ему жизнь каждой секундой своего безбедного существования. Отчитывала как мальчишку за нелегальные гонки, парила мозги какими-то мелодрамами, и, что самое отвратительное, — она любила театр. Вот и сейчас. Она сидит напротив и что-то рассказывает, попивая свой гребаный кофе со сливками. Он ненавидел сливки, но ее мама считала, что кофе без сливок вреден для здоровья, и наливала ему, Майку, исключительно со сливками. Полчашки сливок, полчашки кофе. Восторг. «Бла-бла-бла. Эта дура когда-нибудь заткнется?» — …а Сомерсет Моэм — мой любимый… — Как ты меня назвала?! — поперхнувшись и вырвавшись из своих мыслей, всполошился парень. — Что? — Ну это… перед «любимым»? — Дебил что ли? Я говорю, в новом театре сейчас будет постановка пьесы «Луна и Грош», а Сомерсет Моэм — мой любимый писатель с детства, и я настоятельно тебя прошу достать билеты. — Какие билеты, милая? — вздохнул Майк, залпом выпивая ненавистный кофе. — Я с тобой туда не пойду. — А куда ты денешься? — Друзья звали меня на презентацию новой игры, и я подумал… — Подумай еще раз. А заодно и билеты купи, — отчеканила его девушка и, легко откинув волосы, встала и удалилась. Майк ударил кулаком по столу и тихонько взвыл. День начинался восхитительно.

* * *

Звонок на большую перемену казался спасением, и стоило закончиться нудному уроку, Майк пулей выскочил в коридор и опрометью бросился на улицу, в надежде, что «любимая» девушка не заметит его сверкающие пятки. А поскольку ее урок был в соседнем кабинете, ситуация складывалась плачевная. Однако когда на лестнице парень столкнулся со своим лучшим другом, все проблемы сразу же оказались на втором плане. Сейчас ему необходимо было рассказать Саймону о своей потрясающей идее. — Тут такое дело, брат… — начал Майк. — И тебе доброе утро, — пробормотал Саймон, одергивая рубашку. — Какой-то ты взвинченный… — Да-да, утро… я решил расстаться с Шерри. Друг выпучил на него глаза. — Ты… что?! Она же уничтожит тебя и твою репутацию в пух и прах!!! Ее предки — семья Блэквелл — в этом городе далеко не последние люди!!! Тебя будут презирать, и она, уж поверь, сделает так, что ни одна девушка не захочет с тобой… — Тише ты, — испуганно поднял руки Майк. — Разумеется, я не собираюсь вот так в лицо высказывать ей что-либо, я не хуже тебя знаю, чем это кончится. Зато план у меня созрел просто гениальный. — Так просвети… — обреченно вздохнул Саймон, оглядываясь по сторонам. — Она должна изменить мне. — Отлично, иди и скажи ей об этом, думаю, против она не будет! — съязвил друг. — А теперь козырь: ее кто-то должен соблазнить! Вот только кто… — Майк почесал макушку. — Есть идея, — Саймон просиял. — Но этот вариант тебе не очень понравится. — И кто же? Он гей? За это не переживай — я заплачу, по-любому! — Ну, ты почти в точку, — кивнул Саймон и указал на открывающиеся двери здания школы. — Только не гей, а лесбиянка… Девушка перед ними предстала вполне обычная, разве что короткие волосы торчком, свободная мужская рубашка поверх майки и драные джинсы представляли ее личико в ином свете. Она выглядела несколько суровой, хотя улыбка, обворожительная, но холодная, располагала к себе. Кеды цвета хаки идеально дополняли внушающую картину. Однако она была недурна собой: каштановые, на вид мягкие волосы и темно-синие глаза. Так, по крайней мере, Майку показалось, пока он всматривался в подходившую ближе девушку. А Саймон тем временем махнул ей рукой, и она, ответив ему коротким кивком и поприветствовав пару ребят из баскетбольной команды, подошла к друзьям. — Чем обязана? — бросила она, пожимая Саймону руку. — Тут к тебе дело есть… — Доходное, — быстро вставил Майк. Девушка смерила его презрительным взглядом и снова повернулась к знакомому. — Доходное дело. И по мне. Видно, что-то серьезное случилось, раз такие крайности. Он твой друг? — Да, — кивнул Саймон. — Лучший друг детства, Майк! А это Акира, — показал он парню на девушку. — Очень приятно, — раболепно улыбнулся Майк, чем вызвал еще большее негодование собеседницы. — Что за дело? — спросила та. — Моя девушка, — начал Майк, — сущая мигера. На мордашку вроде ничего, но как ближе подойдешь — змея подколодная. И влиятельная, к тому же! А как ты догадываешься, все влиятельные девушки… — Я влиятельная, — пожала плечами Акира, немного наклоняя голову. — И что же? — Н-нет, ты другая! — Откуда тебе знать? Ты видишь меня впервые. — Саймон много о тебе рассказывал! Вы ведь были с ним достаточно близки, вот я и в курсе… Девушка выдержала паузу, глядя прямо в глаза лжецу. Затем бросила короткий взгляд на «доносчика», на лице которого явно читалась непричастность к выше сказанному, и вновь вернулась к разговору. — Твоя девушка тебе не нравится. При чем здесь я? — Так ты ее уведешь! — радостно воскликнул Майк, словно эта мысль была настолько проста и гениальна, что не понять ее мог разве что кретин. Или, в данном случае, кретинка. — Угу. В чем смысл? — Акира раздражалась все больше, уже прокручивая в голове возможные варианты послать к черту этого болвана. — Да подумай же! Она опасна и влиятельна! И она мешает мне! А если я брошу ее, мне придется не сладко! Но если я застукаю вас при поцелуе, например, — тут парень немного осекся, пытаясь представить двух девушек вместе, и, удовлетворившись плодом своей фантазии, вернулся к разговору, — она окажется виноватой! А значит я брошу ее на серьезном основании, которое перечеркнет не только ее планы унизить меня, но и ее репутацию. — Ты хочешь подставить свою девушку и уничтожить ее, а заодно и мою превосходную репутацию во благо своей гордости и трусости? — Именно! Саймон напряженно слушал ребят, периодически оглядываясь. И пока на лице Майка тускнела восторженная улыбка, вызванная осознанием собственной глупости при последнем необдуманном ответе, в конце дорожки, ведущей к школе, появилась Шерри. — Вот и она, — Саймон тронул за рукав Акиру, которая уже собиралась уходить. Девушка повернулась… и ее губы расплылись в улыбке. Слабой и едва заметной, но улыбке. Шерри шла к ним уверенно и гордо. Одета она была элегантно и не вызывающе. Темно-синее платьице хорошо сидело на стройной фигуре, а поясок удачно подчеркивал талию. — Твоя девушка — Шерри? — на всякий случай уточнила Акира. — Да, — протянул Майк, раздосадованный таким неприкрытым упреком в ее прошлом вопросе. — Тогда я начну прямо сейчас. — Ты.. да.. отлично! Давай, — затараторил парень, почесывая макушку. — Не хочу с ней сейчас разговаривать… — Ты говорил, дело доходное. — А… да, вот, — Майк сунул ей в руки деньги и быстро закрыл сумку. — Это половина суммы, остальное отдам позже, — уже полушепотом закончил он. — Благодарю, — Акира бросила последний взгляд на друзей, быстро махнула Саймону в знак прощания и пошла навстречу Шерри, уже почти подошедшей к ним. Парни переглянулись и посмотрели девушке вслед. — Думаешь, она справится? — обреченно спросил Майк. — Уверен, — кивнул его друг детства. Тем временем Акира поравнялась с Шерри и на ее короткую приветственную улыбку ответила: — Время будет? — Я спешу к своему парню, — немного виновато ответила девушка, остановившись и взглянув в сторону друзей. Майка перекосило. — Он… ждет меня, — нахмурившись, закончила она. — Думаю, я буду больше рада твоему обществу, чем он. К тому же, есть разговор, за которым я не отказалась бы угостить тебя коктейлем. Шерри растерянно посмотрела на девушку. Они с Акирой были знакомы. Учились в одном классе, на биологии сидели вместе, и шатенка частенько помогала круглой отличнице. И, учитывая, что до сих пор все были уверены, что это Акира еле вытягивает оценку, а не леди Блэквелл с трудом выбивает отлично, Шерри считала, что этой девушке можно верить. Хотя бы отчасти. Поэтому сейчас она была в замешательстве. Акира не станет обманывать ее. А за ориентацию одноклассницы Шерри никогда не боялась: та всегда вела себя с ней спокойно и даже несколько отстраненно для лесбиянки. — Разговор важный? — все еще колебалась девушка. — Да. Иначе бы я и не подумала отрывать тебя от перегрызания глоток идиотам, — откровенно ответила Акира. Подавая руку новой спутнице, Шерри еще раз посмотрела в сторону парней. И что странно, на их лицах читалось облегчение. Девушки вышли за территорию школы в полном молчании. Но молчание было не тяжелым, а, скорее, уютным, как бывает, когда люди защищают друг друга своим обществом от общества других. Когда они зашли в кафе, Акира коротко спросила, что предпочитает ее спутница, и заказала для обеих по коктейлю и десерту. Уже за столом Шерри наконец жалобно подала голос: — Боюсь, от пирожного я откажусь, я же на диете… — Я догадываюсь. Иначе как еще сохранить такую потрясающую фигуру. А пирожное тебе я взяла диетическое — здесь почти нет калорий. — Ух ты… спасибо за заботу, — Шерри улыбнулась, но тут же осеклась. — Подожди, ты что это, ухаживаешь за мной? — Не совсем. Я вживаюсь в роль. — В каком смысле? Акира вкратце пересказала девушке недавний разговор с парнями. А пока лицо Шерри вытягивалось, она успевала потягивать из трубочки свой апельсиновый коктейль. Когда Акира закончила, Блэквелл сидела молча еще какое-то время. — Значит, бросить хочет, — задумчиво произнесла Шерри, глядя куда-то сквозь собеседницу. Та кивнула. — Я и не думала, что все настолько запущено. — Он подлец, — честно ответила девушка. — И кстати, деньги твои по праву. — Да что ты, я не осуждаю тебя, — быстро ответила Шерри, но пачка денег уже лежала перед ней. Акира же смотрела на нее прямо и решительно. — Ты можешь сама сейчас бросить Майка. Но тогда он пошатнет твою репутацию, не смотря на то, что ты ему ничего плохого не сделала. Он воспользуется этим. — Я не знаю, не знаю, Акира! — девушка казалась скорее беспомощной, чем возмущенной. — Я могу помочь. — Убить его? — вопрос прозвучал с надеждой. Акира рассмеялась, и обстановка наконец немного разрядилась. — Да я и не против, только вот с тебя передачки в тюрьме, — ответила она. Теперь рассмеялась Шерри. Но ситуация все равно казалась ей безвыходной, хоть теперь у нее и была защитница. Подумать только, она пошла против системы, да еще и готова помогать. Даже при всей силе фамилии Блэквелл, ее представительница в старшей школе была всего лишь девчонкой, славу которой немало завистников желало свергнуть. А репутация — одно из составляющих жизни в школе. И не просто одно — первостепенное. — У тебя есть мысли? — все же спросила Шерри, изучая пирожное в своей тарелке и внезапно ощущая ледяную руку голода на своем желудке. — Да. Есть кое-что. Правда, подлое и нехорошее. — Это не страшно. Выкладывай! — Что, если повернуть просьбу Майка к нему… — Я поняла, — быстро перебила Акиру девушка, предчувствуя ругательство. — Ну вот, изменит он, а не ты. В этом случае его репутация будет уничтожена. — Да, идея мне нравится, даже очень… — Шерри задумчиво потянула коктейль и продолжила. — Но ты не учитываешь, что может пострадать и моя репутация, мол, «она настолько плоха, что он ушел к другой»! — Ты слишком хороша для него, и мы обе это знаем, — ответила Акира, вызвав смущенную улыбку на лице Шерри. — Это ты снова вживаешься в роль обольстительницы? — Нет, это я говорю по факту, — девушка задорно улыбнулась и добавила, — но вот изобразить пару нежных прикосновений все-таки придется. — Насколько нежных? — теперь щеки Шерри всерьез вспыхнули румянцем. — И зачем? — запоздало добавила она, заметив усмешку Акиры. — Соприкосновение рук и трепетный взгляд, — по натуре пацанка, девушка не сомневалась в своем обаянии по отношению к другим девушкам, но такое откровенное смущение ее всегда радовало. — Майк должен поверить, что все идет по его плану, а не по нашей накатанной дорожке. — В школе не заметят? — несколько успокоилась Блэквелл. — Именно это мы и не должны допустить. Внезапные приливы нежности должны возникать только при Майке, и лучше, когда он считает себя невидимкой. — А когда репетировать будем? — В смысле? — вытаращилась Акира. — Ну… эти самые приливы нежности ведь отрепетировать надо. Акира громко рассмеялась. Иначе это не назвать. Если только применить к ее судорогам на столе понятие «истерический смех». Когда она наконец отсмеялась, а кафе вернулось к нормальному образу жизни после маленького инфаркта, Шерри, покраснев еще гуще, пробормотала: — В театре сцены всегда репетируют… — Прости, — Акира широко и беззлобно улыбалась. — Ты просто меня очень удивила, я не ожидала настолько серьезного подхода к делу. — Все-таки парня своего поставить на место надо, — усмехнулась Шерри. — К тому же, с девушками я никогда… — Если надо будет — отрепетируем, идет? — вполне серьезно ответила Акира, и девушка кивнула. Скоро звонок, а пирожное манило приятным малиновым ароматом. Еще раз отметив необычайную заботливость малознакомой, по сути, девушки, Шерри с удовольствием налегла на десерт, принимая приятную дружескую беседу одноклассницы.