Здравствуйте, можно мне мятное печенье от Лорейн Паскаль?

      Не прошло и месяца, как Уилли в один прекрасный день подарил готовящейся к свадьбе паре полуметрового карапуза в дорогой частной клинике, принадлежащей отцу Девена. Бета был рад находиться в операционной и держать руку рожающего омежки, ему также досталась честь перерезать пуповину. После чего слёзы скатились по впалым щекам.       Он не смог заснуть даже под утро из-за дедлайна в редакции, когда омега позвонил ему и сказал слабым голосом о начавшихся схватках. Девен добрался до его дома быстрее скорой и сам отвёз в роддом, перед этим набегу собрав родительский саквояж. Он не отходил от Уилли, всем сердцем желая помочь. К счастью, роды прошли быстро и без осложнений.       Родившийся на его глазах малыш-альфа был предметом тревог Девена всё то время, что оставалось до его появления, но стоило их глазам встретиться – сомнения испарились: он сможет полюбить эту кроху, рожденную другим человеком. Нет, он уже любит это чистое создание, что держит на руках.       Минута, и пока безымянного ребёнка унесла медсестра, оставив растерянного бету за стеклом. Прислонился лбом к этой тонкой преграде между ними, пытаясь усмотреть каждое крохотное движение в двух метрах от него.       Спустя полчаса к нему подбежал запыхавшийся альфа-отец:       – Ну? Как? Всё хорошо? Малыш здоров? Уилли в порядке?       – Смотри... – бета ладонью мягко повернул лицо жениха в сторону кроватки их сына.       Сент-Джон замолчал, увидев его. Желание взять на руки стало всепоглощающим, и вот уже два улыбающихся человека стояли, прижавшись к стеклу, забыв о времени.       Рука альфы потянулась к руке беты, их пальцы переплелись. Девен повернулся, но чужие губы уже тянулись к нему, их слёзы счастья смешались во время нежного и лёгкого порхания губ.       Тяжело вздохнув, Сент-Джон отстранился:       – Ты должен отдохнуть, дорогой, смотри, осунулся весь. Иди приляг, а я тут постою...       – Ты тоже выглядишь не лучше... Сам иди, горе-папаша...       – Спасибо тебе, Девен... – серьёзно сказал альфа, сжимая тонкие пальцы.       – За что? – искренне недоумевал бета.       – Ты принял меня – чемодан без ручки, глупый. Теперь тебе придётся тащить меня, нет, нас, всю жизнь как крест...       – Знаешь, а я раньше не видел таких красивых чемоданов, что в постели творят чудеса, да ещё и внутри которых такие удивительные малыши. Мне прям обидно, что у нас будет только один ребёнок, такая наследственность пропадает, хотя... Вдруг ты ещё с кем-то течным по пьяни переспал до меня, знаешь, я буду не против ещё детей... Только не вздумай бежать исполнять моё желание с первым попавшимся, я тебя заветного органа, пусть мною и любимого, тут же лишу.       – Не говори глупостей, куда я от тебя побегу?! – альфа вновь прильнул к губам беты, но целуя уже более страстно. Как же он любит этого мудрого парня...       Бета не в силах терпеть завёл альфу в укромную кладовку на верхнем этаже с одним стремлением – соединиться с любимым в такой важный день. Его чувства зашкаливали и требовали выхода, лучшим из которых был секс.       Альфа посадил Девена, быстро скинувшего узкие брюки, на огромный сломанный МФУ и вошёл меж разведённых ног одним рывком, выбивая сбивчивый стон. Руки прижимали друг друга ещё ближе, сухие губы обжигающе елозили по коже.       Неожиданно Сент-Джон сдёрнул бету вниз и, выходя, повернул того спиной. Теперь ему ничего не мешало вколачиваться в бету в бешеном ритме, попадая прямо по точке, что заставляло Девена стонать во всё горло.       Они лежали на полу и смотрели на картонные коробки на полках, пыль играла на тусклом свету.       – Я люблю тебя, и ребёнка тоже... – прошептал расслабленный бета, лежа на груди любимого.       – Я люблю тебя, как же я рад, что у меня есть такая семья, я самый счастливый в мире...       – Дурак...