Случай

       Фурихата вздохнул, уклоняясь от очередного стакана с саке, который ему пытался вылить в рот, расстроенный Такао. Фури вообще не мог понять, как здесь оказался, но отказывать злому Казунари, который бурчал что-то о придурке Мидориме, который всегда относится к бедному Казунари так плохо, Коки не смог. И вот сейчас они сидят в какой-то забегаловке, где гремит какая-та музыка, и пьют. Верней пил Такао.       — Понимаешь, он опять во всем винит меня. «Такао, придурок.», «Такао, идиот.» и так далее, — изливал душу пьяный Такао. Фурихата сочувственно вздыхал, мысленно прикидывая что сделает ему Акаши за то, что он отказался приехать к нему в этот субботний вечер, сославшись на то, что его другу нужна серьезная помощь.       — Я сейчас приду, — пробурчал Коки, поднимаясь со своего места. Такао помахал ему рукой, мол можешь идти - разрешаю. Ещё раз обреченно вздохнув, Фури направился в сторону туалета, чтобы хоть немного отдохнуть от постоянной болтовни Казу. Кто бы мог подумать, что он становится такой балаболкой, когда пьянеет. Нет, Фурихата прекрасно понимал причины из-за которых Такао обижается на Мидориму, но тащить его, Фурихату, пить было не самым лучшим решением. Умывшись холодной водой, Фурихата решил, что опасно оставлять Такао надолго одного, поэтому быстро позвонив Куроко и рассказав о том, что произошло он совершенно со спокойной душой вернулся к столику. Казунари как-то подозрительно притих, что не могло скрыться от Фурихаты, но он, не обращая внимания на свою интуицию, которая сейчас просто вопила о опасности, сел за свою место и опустошил стакан с соком одним глотком.

***

Спустя двадцать минут        Хитрый, как лис, Такао никогда так просто не сдается, поэтому ещё через пят минут они с Фурихатой жаловались друг другу, не забывая закусывать и выпивать по новой. Коки уже забыл о том, что позвонил Куроко и, что он обещал Акаши, приехать в девять часов. Уже полдесятого, а пьяный Коки даже не собирался звонить своему парню, чтобы предупредить о том, что он задержится.        Акаши не заставил себя долго ждать, поэтому Фурихата, который рассказывал очередную забавную историю и, подпевая песни, смысл которой он так и не понял, отвлекся на телефонный звонок. Звонил Сейджуро. Фурихата сделал серьезное лицо, показывая Такао знак, чтобы тот замолчал.       — Коки, где тебя черти носят?       — Ало, мам, я буду в хлам! — весело подпел Фурихата, и резко отключился. Акаши недоуменно посмотрел на телефон, заскрипев зубами.        Не успели они выпить ещё разок, как появился Куроко, вместе с Мидоримой, который закинул сопротивляющегося Такао себе на плечо, утащил Казунари в неизвестном направлении. Фурихата помахав другу рукой, пожелал счастливого пути.       — Не волнуйся, Фурихата-кун, Акаши-кун уже в пути, — с ноткой сочувствия сказал Куроко, и ушел. Фурихата фыркнул, мол сейчас он не боится никого, но представив себе гневного Акаши, немного напрягся. Поправив волосы и одежду, Коки попытался привести себя в порядок. Он закрыл специальную перегородку, которая отделяя его маленькое пространство от остального зала. Фурихата налил себе ещё немного, решив что после этой рюмки точно пойдет домой, но не тут то было. Резко открывшаяся перегородка, чуть не треснула под напором чьих-то сильных рук. Фурихата поднял голову, но увидев кто стоит перед ним, резко опустил.       — Что ты здесь делаешь, Сей?       — Мамочка пришла наказывать не послушного сыночка, — с улыбкой маньяка сказал Акаши, делая два шага вперед.       — Ох ё, — только и сказал Фурихата, прежде чем его затылок встретился с деревянным полом.