Хочу утонуть в твоих глазах

***

      Малия не выдержала такого удара от Стайлза, и поэтому уехала учиться Нью-Йорк. Только после этого он стал более спокойным. Не выискивал каждый раз ее в коридорах школы, когда мы с ним шли вместе. Он чувствовал вину. Я чувствовала вину.       Таким образом, тихой и мирной жизнью прошел практически весь учебный год. Мы наслаждались со Стайлзом каждой минутой, проводимой вместе. Мы были счастливы. Скотт и Эллисон были счастливы.

***

      Через несколько месяцев после того, как мы стали со Стайлзом встречаться, как-то у нас произошел неловкий разговор. Мы сидели на уже нашем месте, возле пруда, и умиротворенно молчали. Сидя в обнимку, я втягивала в себя его запах, не понимая, как я могла заполучить такое счастье, такую любовь. Стайлз изредка поправлял мой шарф и укутывал еще больше в небольшое одеяло. Осень уже закончилась, пришла пора зиме, голые ветки деревьев были уже припорошены снегом. Но на них сидели птички, иногда разрешая себе запеть свою, уже давно приевшуюся, но до боли любимую песню. - Ты же понимаешь, что у меня никогда не было этого..? – вдруг услышала я свой голос. Возможно, у меня замерз мозг, потому что я совершенно не контролировала свои слова. - Ты о чем? – удивленно спросил Стилински. Я толкнула легонько его в бок. - Ты знаешь, о чем я. – наигранно весело буркнула я. Хотя в душе я покраснела от макушки до пят от смущения. - Если ты, Лидия, думаешь, что я только и жду как наброситься на тебя, то ты до сих пор меня не узнала. Я тебя люблю. – он посмотрел мне в глаза. Карие в зеленые, красивое сочетание. – И мне все равно когда у нас это случиться. Да даже, если и не случиться. Мне все равно. Это неважно для меня. – он легонько меня поцеловал. - Мы могли бы.. – что я творю? - Что? - Ну ты знаешь..эм..я думаю, почему бы и нет. - Ты уверена, что ты готова? – немного хмуро ответил Стайлз. О Боже. Будто он не хочет. Напустив на себя серьезное уверенное лицо, я ответила: - Да. – и это действительно так.

***

      На улице был минус. В комнате Стайлза явно была жаровня. Языки сплетались, тела горели. Разбросанные вещи, закрытая дверь. Он снимает мою футболку, я снимаю его рубашку. Он оставляет меня в одном нижнем белье, я же целую его шею, попутно снимая с него джинсы. Нервы на пределе, спутанные мысли вовсе покидают голову, оставляя за собой ничего, пустоту. Приятную пустоту. Действует только чувство, действует только желание. Наконец разобравшись с ненужной в данный момент одеждой, мы валимся на кровать. Чувствуя его губы на моих губах, потом шее, груди, живота, все ниже и ниже, я все больше падаю в пропасть. Стайлз начинает медленно, дав привыкнуть нам обоим. Нахлынувшая боль начинает отрезвлять, но это пока, пока не наступает наслаждение. Самый прекрасный вид боли. Но ничего не вечно, всему приходит конец. И он наступил. В конце учебного года, когда назад вернулась Малия.