Страшно красивы

Есть в году такой день, когда всевозможная нечисть может вздохнуть спокойно. Нет, не Хеллоуин и не двадцать девятое февраля високосного года. Это самый обычный и ничем не примечательное второй десяток октября, проще говоря двадцатое число. В эту дату, как только последний луч солнца скрывается за горизонт, всевозможные твари, чьих видов пугается простой люд, находят себе приют в старой больнице у берега моря. И просто отдыхают там, обсуждая самые бытовые в их понятие темы. А что? Пугать — тоже работа.       Они приходят, прилетают и приползают со всех концов света, ради того, что бы душевно поговорить, оторваться по полной, а потом целый год снова накапливать уйму забавных и интересный историй, который как ни странно смогут быть пересказаны за одну короткую ночь.       И к слову сказать, не все твари бывают ужасными. Есть вполне привлекательные, что западают в душу при едином виде. Это, конечно, ещё один способ потом резко и безжалостно напугать, но факт остаётся фактом, красоты и человечности у них не отнять. Худощавый мужчина на вид лет двадцати пяти-тридцати сидел у разбитого окна и рассматривал ночной пейзаж в дали от всей суеты. Прямо за его спиной Ночные Кошмары весело отплясывали на пару с самой старушкой Смертью. Место нашлось и более реальным монстрам. Вампиры из разных мест, собирающиеся здесь раз в год, о чём-то оживлённо беседовали в тёмном углу.       Мужчина смотрел на всё это и пил нечто отдалённо напоминающей цветом перемешанные между собой молоко и лимонад. На вкус примерно тоже самое, но только солёное. Как можно это хотя бы пальцем тронуть он и сам не мог ответить. Только знал, что за несколько лет пристрастился и пьёт это, как в порядке вещей. Он, словно скучающий школьник, опёрся щекой на одну руку и думал, что вообще тут забыл.       В тот день в дверь постучали, а когда мужчина открыл, увидел на пороге лишь белый конверт. Настолько тонкий, что содержимое можно было различить не открывая. Он вообще был удивлён, что живя в глуши, почти в лесу, ему кто-то написал. Самое главное «кто» и «как оно вообще сюда добралось». Вопросов стало меньше, когда мужчина безжалостно разорвал конверт и обнаружил в нём приглашение на этот вечер, коряво написанное на пожелтевшем кусочке бумаги. День, когда вся нечисть может отдохнуть от своих дел и развлечься. Скучно не будет! Мы приглашаем тебя в ночь на 20 число. Явка обязательна! Гласило содержимое листочка. На обратной стороне — адрес. И он решил, что ничего не потеряет если придёт туда. Сейчас мужчина понимал, что действительно не потерял ничего, но и не обрёл тоже. Когда за несколько лет остальные уже нашли себе «друзей», а точнее внимательных слушателей на одну ночь, он был здесь в первый раз и вклиниваться в чужие компании просто не хотел. Не считал это бестактным, а просто не желал быть лишним. Трудно втянуться в атмосферу новой компании. Понять их шутки, собранные годами. А тем более сделать это за одну ночь.       Музыка гремела, в правом крыле разливали напитки тем, кто может их пить. Возможно, по этому призраки грустные сидят в стороне? Не важно… Мужчина ещё думал, когда это он успел стать «одним из них». Несколько лет подряд ему никто не присылал таких вот приглашений, а тут на! Получи, распишись. Вообще звучит, как оскорбление, когда тебя внезапно называют нечистью.       Он не был похож ни на кого. У вампиров всегда были клыки и мантии. Ночные Кошмары могли похвастаться тем, что проникают в сны людей. А Темнота — довольно привлекательная девушка — умела довести до слёз даже самых стойких. А его можно было назвать хоть человеком.       На голове самые обычные чёрные волосы. Они могут хвастаться лишь тем, что грязнее самой грязи. Там нашли своё пристанище вши, мошки, мелкие листья, песок и даже маленькая улитка. Обыкновенная человеческая кожа, на которой не проявляются рты; что не исчезает в какой-то нужный момент и даже не плюёт ядом. Её отличал цвет, в какой-то мере. Всё тело мужчины сплошь, наверное, до кончиков пальцев было покрыто тату. И не обычными ящерами и узорами, а надписями. Они ложились одна на другу, какие-то были ярче, будто сделаны совсем не давно, какие-то неимоверно тусклы. Некоторые, огромные по размеру, занимали почти весь отведённый участок тела. Так надпись: «Ухожу тропой койотов» тянулась через всю левую руку от плеча. В этом его особенность? Мужчина не понимал, чем какая-либо случайная надпись может напугать. Разве что зачитаться до смерти.       Не было особо заметно, что нелюди пришли на вечер во всей своей красе и были одеты как-то нарядно, но если вглядеться, можно заметить, что они готовились. Кто надел новый плащ, кто нарастил большую бородавку. Прокручивая это в голове, мужчина понимал, что выглядит поистине нище. Старая майка на два размера больше, чей серый цвет с годами стал ещё серее. Джинсы с огромными дырами на коленях и кроссовки неизвестного цвета с почти отклеивающейся подошвой. Мужчина ходил так в повседневности и не видел смысла наряжаться, придя сюда. Если уж он нечисть, зачем выглядеть обаятельно? Ночь продолжалась, переходя в самый разгар. В тусклых серых глазах мужчины отблескивали яркие огоньки лампочек, размещенных на стене. Жижа в его металлическом стакане, словно и не убывала вовсе, даже после нескольких больших глотков. Несколько раз он пытался заговорить с какими-то чудаками, в лице Депрессии и мелкого Демона, но те как один были в стельку пьяны.       Вскоре пришла какая-то компания. Мужчина смог украдкой рассмотреть лишь самого высокого из них, но заметил что после появления этих нелюдей музыка стала громче, восторженных криков больше и расшевелились даже те, кто не особо любит шевелится. Жаль вот его эта волна не захлестнула. Стоя у окна, возле которого он несколько минут назад сидел, мужчина курил и вертел в свободной руке мелкий череп, висевший на тонкой верёвочке, обвивающей его шею. «Докурю сигарету и уйду» — думал он, глядя на существо, которое принимало облик других предметов и монстров.       Последняя никотиновая палочка из пачки «Marlboro» быстро кончалась, осыпаясь пеплом на пол и старые кроссовки. Как бы странно не звучало, но уходить вдруг перехотелось. На доли секунд, когда в гремящий зал, затянутый сигаретным дымом и пропахший неизвестно чем, вошла она.       В элегантном красном платье, сшитом точно по ней и туфлях на невысоком каблуке того же цвета. Незнакомка прошла к свободному столу, которым оказался тот самый у разбитого окна и присела, некультурно складывая руки на стол. Кожа, если она таковой являлось, была смольно-чёрная и без сомнения стеклянная. На среднем пальце каждой руки по серебряному, словно обручальному, колечку, а в русых волосах со светлыми прядями были вплетены три розы. Красная, синяя и желтая. На коленях у сидящей что-то забыла странная тряпичная кукла, а на спинке стула нашел своё пристанище красный зонт.       Девушка сидела, по-детски скривив губы, явно показывая, что совершенно не рада провести тут вечер. Достав откуда-то из копны волос карандаш, она стала рисовать на стене странных человечков, кроликов и цветы.  — Я тоже люблю расписывать стены, в какой-то степени. — Усмехнулся мужчина, кидая окурок на пол, тут же придавливая оный кроссовком. Его голос был грубый и с хрипотой. Незнакомка вздрогнула и отвлеклась от своего занятия. Она действительно не заметила присутствие ещё кого-то у этого стола и чувствовала себя неловко. Отпустив карандаш, который со звоном ударился о стол, его хозяйка посмотрела на мужчину приятным кошачьим взглядом.  — Извини, — сорвалось с ее губ неповторимо мелодично. - Ты, наверное, ждёшь кого-то? — девушка смотрела на мужчину и просто не могла обратится к нему на «вы». Она не знала, сколько лет её собеседнику, но вполне могла назвать его парнем. — Я тут в первый раз и ни кого не знаю.  — Аналогично. — кротко ответил мужчина. Он и представить не мог, как реагировать. К нему, худощавому и сгорбленному, больше по ходящему на оборванца с дороге, обратилась милая девушка в дорогом вечернем платье. С глазами, как с картинки и странными причудами. Осознание происходящего пришло почти тут же. Он может больше её не увидеть, так и не узнав, кем она является!  — Я уйду, если хочешь. — Кроткий ответ собеседника девушка приняла, как нежелание говорить и уже встала с места, когда мужчина остановил ей, как можно мягче схватив за руку.  — Ни в коем случае, — он криво улыбнулся, словно никогда этого не делал. — Может потанцуем?  — Конечно! — В кошачьих глазах играла искренняя радость. — Я Галерея. Не знаю, что тут забыла, если честно. — Засмеялась она.  — Серый Дом. Тоже не знаю, почему причислили к нечисти. Они ушли в одно из немногочисленных пространств, где скопление нелюдей было равно нулю и танцевали медленные танцы под кричащую музыку. Девушка, обнимая нового знакомого, положила голову ему на плечо. Он в свою очередь приобнял ей за талию и тихо рассказывал о своей жизни. Иногда прерывался, и начинала Галерея, говоря, как любит картины и что когда-нибудь они вместе просто обязаны сходят и посмотреть их. Дом неумело улыбался, кружа девушку в танце и кивал. Когда-нибудь они обязательно туда сходят…