Проблемы понимания

- Гарри! ГАРРИ!! Да куда ты вообще делся?! Крики и топот то стремительно наращивали громкость, то немного притихали, что свидетельствовало о том, что издающий их объект весьма бессистемно носится по всем комнатам дома на Гриммо и орет, как оголтелый, не переставая. Гарри с трудом продрал глаза, сел, бросил взгляд на стоящий на тумбочке будильник, вспомнил, что сегодня у него выходной, и, страдальчески застонав, упал обратно на подушку. Ну черт же ж побери, да кто там явился орать так невовремя? Гарри и так почти не спал, он тут уснул только под утро, вымотанный сверх нормы, и пары часов сна было слишком мало, чтобы возместить все немалые затраты энергии. Потому Гарри прикрыл глаза, решив дождаться, пока Рон (а судя по голосу, орал именно он), сам доберется сюда и, наконец, изложит нормально суть своего визита. Бросив взгляд на вторую часть кровати, Гарри хмыкнул. А хорчина-то хитрый гад. Накрыл голову подушкой и дрыхнет себе дальше. Сначала всю ночь спать мешал, а теперь… Стоп! Это же Малфой, Малфой у него в кровати, в комнате, в которую на всех парах с топотом взрослого носорога несется Рон! Гарри снова резко сел, хотел было зачем-то метнуться к шкафу, как-то не сообразив, что прятать надо скорее не себя, а Малфоя, потому как это именно он тут всю приличную картину портит, но запутался в одеяле и обрушился на пол, утягивая одеяло за собой. Сразу после этого, с разрывом в примерно пару секунд, раздалось два возгласа. - Поттер, твою мать! Если ты скрывал от меня свою любовь к тому, чтобы верещать по утрам голосом Уизли, то сейчас самое время мне об этом сказать и на этом мы прервем наше и без того не слишком приятное знакомство! – рявкнул резко проснувшийся Малфой, с завидной для невыспавшегося ловкостью дернув на себя стремительно уползающее за Гарри одеяло. Сразу видно, привык все к себе гребсти, уже на рефлексах действует, гад слизеринский. - Гарри, ты не поверишь, что произошло!! – стены, этажи и дверь прекратили глушить вопли Рона и теперь они неслабо били по ушам. Как, а главное, зачем он вообще умудрялся так громко орать? – У нас с Гермионой скоро будет… Малфой?!! Крайнее недовольство на лице Драко сменилось сначала некоторым удивлением, потом выражением человека, говорящего себе «ну вот только этого мне и не хватало». - А… Так это действительно орет Уизли. Здравствуй, Уизли, - бросил он между делом опешившему Рону, снова обращая своё царственное недовольство на сидящего на полу Гарри. – Ну нет, Поттер, если у тебя тут по утрам носятся воющие почище любой банши Уизли, то ноги моей тут больше не будет. Я все сказал. - Ну что ты, Рон, какой Малфой? Учитывая все возможные варианты сочетания наших генов, наш ребенок никак не сможет быть блондином, разве что… Ой, - до комнаты наконец добралась явно не успевшая за прытким от счастья или чего-то там ещё Роном Гермиона, и замерла в дверях, растерянно глядя на всю эту картину. Наступил момент тяжелого молчания, в котором почти можно было услышать, как мысли сменяют друг друга в голове Гермионы, натужно скрипят мозги Рона и старательно пытается во спасение презрительного вида подавить зевок Малфой. Гарри попытался быстро воспользоваться моментом и куда-нибудь уползти. - Стоять, Поттер, - Малфой протянул руку, хватая несчастного Гарри за майку, в которой тот спал. Странно, что после ночи Поттер вообще умудрился её на себе сохранить. – Пока ты не уберешь из места моего опочивания своего дражайшего друга, завтрак мне готовить ты не пойдешь. Я не желаю пребывать тут в подобном обществе. Малфой снова перевел взгляд на застывших в дверях явно подвисшего Рона, которому, судя по его лицу, недалеко было до дыма из ушей от перенапряжения мыслительными процессами, и Гермиону, покрасневшую и кусающую губы. - И тебе привет, Гр… хм… Уизли? - Не смей её так называть! – неожиданно среагировал Рон, чьи мыслительные способности были рады перескочить с явно гиблой для них темы соотношения «утро в доме Гарри» «кровать Гарри» «Гарри в ней» + «голый Малфой там же» на куда более понятную и простую ситуацию «Малфой обзывается». Только вот Рон явно несколько поспешил с выводами и теперь растерянно моргал, то ли растерявшись от своей несвоевременной реакции, то ли не понимая, как это Малфой мог не выдать ничего оскорбительного, а ведь так хорошо начинал. Почти как привычное «грязнокровка». Малфой же только с самым невозмутимым видом хмыкнул, изобразив легкое удивление. - Хм… Я, конечно, был бы дико оскорблен, если бы кто-то назвал так меня, но почему-то мне казалось, что у тебя более нежные чувства к своей фамилии, Уизли. Хотя открыть глаза на действительное положение вещей никогда не поздно… - Рон, я думаю, мы сможем поговорить с Гарри чуть позже, и правда не очень вежливо заявляться вот так вот с утра, когда люди ещё спят, попробуем попозже, пошли пока к Джинни, она ещё тоже не знает. Пока, Гарри, до встречи днем, прости, что разбудили, - смято улыбнувшись Гарри, скороговоркой выдала Гермиона, хватая начавшегося недобро раздуваться Рона за руку и быстро утягивая его в коридор, захлопывая за собой дверь. Где-то на середине лестницы Рон наконец набрал в легкие достаточно воздуха, тем самым завершив процесс раздувания, и разразился громкой гневной тирадой по поводу всего и сразу, ни к кому конкретно не обращаясь и просто выдавая все, что в нем за последние пару минут уже накипело. Вскоре где-то внизу хлопнула входная дверь, послышался окрик Гермионы «Рон, ну что ты, в самом деле, не пешком же мы пойдем!», дверь хлопнула ещё раз, по непрекращающейся во время всего этого ругани можно было проследить, что дорогие друзья переместили в гостиную к камину и, на завершающей фразе Рона «Да, думаю, надо навестить Дина, так и не терпится с ним перетереть кое о чём» все наконец затихло. Гарри напряженно хмурился, словно думал о чем-то дико важном, на самом деле думал только о том, что, при всей паршивости собственной ситуации, бедняге Дину он сейчас не завидует. Следующая неожиданность произошла ближе к обеду. Гарри, теперь уже в одних трусах, сидел на кухне с не самым жизнерадостным видом и думал о том, что в пору начать курить. А то нервов не напасешься. Малфой таки выпихал его с утра готовить себе завтрак, что Гарри, в общем-то, и собирался пойти делать, но потом ему было это не то, то не это, это он не хочет, кофе слишком холодный и так далее. А когда явно с жиру бесящемуся хорьку было уже на грани терпения предложено спустить свою аристократическую задницу на кухню, ибо там все уж точно будет нужной температуры, он с самым оскорбленным видом поднялся и ушел в ванну. И намывался там уже добрых часа два. "От духа Уизли" отмывался, как было сказано Поттеру, все же попытавшемуся его оттуда выковырнуть. Видимо, дух Уизли был очень въедливый, или противный Малфой там в этой ванной просто утоп. Некрасиво, конечно, но если и утоп, то придется ему там еще некоторое время поплавать, потому как у Гарри было сейчас слишком плохое настроение, чтобы еще и вылавливать кого-нибудь из своей ванны. Однако, когда он уже собирался приготовить себе еще один кофе, в дверь снизу вдруг позвонили. Из коридора тут же появился свежевымытый Малфой, разве что не блестел. Пройдясь в своем полотенце до окна, он синхронно с Гарри выглянул в него, пытаясь разглядеть, кто стоит на крыльце. Поттер делал это, чтобы понять, насколько сильно он желает сейчас видеть пришедшего и стоит ли его вообще впускать или нет. А Малфой просто так, из интереса. И слизеринец тут же скривился, словно на порог им какой-то доброжелатель навалил кучу. - Нет, Поттер. До тех пор, пока у тебя тут табуны Уизли по дому шатаются - я этот порог больше не переступлю, - безапеляционно заявил Малфой, с самым гордо-надменным видом, насколько это позволяло обернутое вокруг бедер полотенце, удаляясь из кухни. Гарри хотел было заметить, что порог он и так тут никогда не переступал, всегда через камин заявлялся, но посчитал это не самым уместным комментарием сейчас. Да и все же надо было открыть дверь. На пороге стояла Джинни. И не одна, а со своими детьми. "Вот так номер" хотел было сказать Гарри, но сдержался. - Ээ... Джинни? Привет, не ожидал тебя увидеть, - Поттер пытался выглядеть и вести себя максимально естественно, вместе с тем судорожно пытаясь сообразить, что могло привести сюда вдруг Джинни. С детьми. Посреди недели. Ну, хотя вон ее брата же принесло прямо с утра, но вряд ли Джинни пришла со всем своим потомством чтобы сообщить лично Гарри, что беременна. Хотя бы потому, что это было и так более чем понятно по ее круглому животу. Тут не сообщать надо, а уже рожать скоро. Гарри искренне понадеялся, что она не за вторым к нему пришла. Не самое удачное место для родов, это уж точно. - Да? - улыбка Джинни стала несколько растерянной, словно она-то думала, что только ее тут и ждут, но она быстро вернулась к изначальному, торжественно-лучезарному настрою. - В общем, я решила вернуться. После сего триумфального высказывания она драматично замолчала, ожидая реакции. Гарри понял, что конкретно подвис. Его мозг отчаянно пытался осознать услышанное и понять, отчего все так странно и несправедливо складывается. Когда тебе что-то нужно - его нет. А как только станет не надо - пожалуйста, оно - в данном случае, она - уже стоит на пороге. С выводком. - Ну… я… эээм…. - попытки выдать что-нибудь членораздельное провалились, но Джинни восприняла это вполне благодушно, решив, что Поттер просто онемел от счастья. Можно было переходить ко второму акту, она поудобнее перехватила младшего сына и трагично всхлипнула. - Понимаешь, тут так вышло, что нам негде жить… - начала она, понимая, что она одна и она с тремя детьми - это разные вещи. Тут надо еще несколько постараться, чтобы тебя к себе пустили. - А что с вашим домом? - наивно спросил Гарри, за что был награжден недовольным взглядом за непонимание. - Там мы больше не можем жить, - драматично выдала Джинни и снова вздохнула. - В общем, ты же можешь пустить нас к себе… на какое-то время? Гарри смутно ощутил, что загнан в угол. Ну какой приличный человек сможет отказаться девушке с двумя с половиной детьми в подобной просьбе? Ему в голову, конечно, пришел вопрос, а почему она не может к родителям пойти, но какое-то шестое чувство подсказывало, что спрашивать лучше не стоит. Женщины они вообще такие, обижаются на все подряд вроде безобидных вопросов, потом проблем не оберешься. Впрочем, приходилось признать, что за сегоднешнее утро ему их и так уже не обобраться. - Ну... эм… Да, конечно. Места много, заходите, - Гарри посторонился, пропуская все семейство в холл. Уже к вечеру Поттер с тоской понял, что Малфой и Джинни были чем-то неумолимо похожи - они оба требовали безукоснительного выполнения своих капризов, но только если Малфой требовал это прямо и как избалованное хамло, то Джинни лила медом и патокой, вынуждая выполнять ее пожелания так, словно это ты сам захотел. И если в первом случае можно было хотя бы попереругиваться, то во втором приходилось сжимать зубы и выполнять очередную «маленькую просьбу, просто, чтобы удобнее было, вот этот шкаф лучше будет стоять на том месте, и еще надо сходить в магазин и вынести мусор, ну, я и сама могу это сделать, тебе не стоит волноваться зря, ты и так такой гостепреимный!». В общем, поздним вечером Гарри ложился в кровать с одной только надеждой - что завтра он снова проснется от недовольного вопрошания, а где же завтрак, и все, произошедшее сегодня, окажется просто дурным сном.