Путь длиною в вечность...

Молодая розоволосая девушка медленно проходится по пустой, почти безжизненной комнате, из интерьера только шкаф с немногочисленными костюмами для миссий и повседневной одеждой, надобность которой в последнее время почти отсутствовала, кровать, покрытая белоснежным одеялом, небольшой комод со старой фотографией двенадцатилетней давности и небольшой пуфик. Все помещение пропитано одиночеством и какой-то невыносимой грустью, цветные обои с узором из лепестков дикой вишни давно не радуют глаз, скорее наоборот, — символизируют быстротечную юность, белым шлейфом ускользающую сквозь пальцы. Здесь довольно прохладно, но Сакура не обращает на это никакого внимания, она босиком проходит по ледяным половицам на балкон, от чего на ее коже проступают табуны мурашек, но девушка никак не пытается согреться. Розоволосая, словно в тумане, смотрит на деревню, которую вскоре покинет, предаваясь прощальным воспоминаниям. Вернется ли когда-нибудь? Она и сама толком не знает, поэтому хочет в полной мере насладиться последними часами в родном сердцу месте. Одна рука ложится на прохладные перила, проводит подушечками пальцев по лакированным брускам, что когда-то мастерила вместе с отцом. Осязаемая память. Вторая крепко держит исписанный мелким, но аккуратным почерком лист бумаги. Это письмо адресовано Ему… Здравствуй, Наруто. Пожалуй, так я начну это письмо. Как твои дела, чем ты живёшь, хорошо ли питаешься — вообще я хочу знать о тебе все, начиная с покупки рамена в таком любимом и родном для тебя месте, заканчивая бумажной каждодневной работой Хокаге. Господи, как мы давно не разговаривали, как давно я не слышала твой голос, все такой же мальчишеский, с солнечными искорками, заразительным смехом и забавной присказкой «даттебайо» — все это есть только у тебя. Знаешь, я ужасно скучаю, хоть видимся мы и практически каждый день на работе или просто в магазине, на улице. Как давно мы не сидели вот так просто в раменной или не ходили на Танабата, хотя обещали праздновать каждый год вместе. Конечно, многое с того момента изменилось: теперь ты Хокаге, муж и отец, у тебя есть свои обязанности и работа, жена, сдувающая с тебя пылинки, сын, постоянно устраивающий шалости, прямо как ты в детстве, вот только ему это вовсе не нужно, ведь он не один, у него есть мама и папа. Скоро появится и сестра, милая девчушка. Интересно, на кого она будет похожа? Шестое чувство подсказывает, что малышка пойдёт в Хинату. Наверное, сейчас ты счастлив. Сбылась твоя мечта — теперь ты глава деревни, признанный и всеми уважаемый человек, у тебя есть семья, о которой ты так долго мечтал, я рада, что у тебя все хорошо. Знаешь, а я присутствовала на твоей инаугурации, но ты, конечно, меня не видел, оно и понятно — тогда в твоих глазах стояли слёзы, ты сам не верил тому, что происходит. Так долго шел к своей мечте, и я безмерно счастлива, что смогла быть с тобой в одной команде, сражаться плечом к плечу, хоть толку от меня, признаться, было мало. За руку тебя держала любимая, искренне радующаяся за своего возлюбленного, впрочем, её никогда не интересовало, как дорого стоят тебе твои же цели, волновало лишь их обязательное исполнение. Рядом стоял Какаши-сенсей, шестой Хокаге, все также скрывающий свое лицо за маской, за которую ты, я и Саске не смогли заглянуть, сколько бы не старались, и читающий книги извращенного отшельника, чья душа наблюдала за тобой сверху, с небес, вместе с твоими родителями; уверена, они гордятся таким сыном. Я знаю, как бы тебе хотелось, чтобы сейчас, в этот самый торжественный, долгожданный момент, они были рядом с тобой. Теперь, стоя среди бесчисленной толпы, скрываемая голосами, лицами, силуэтами других, понимаю это, как никто иной. Мои родители погибли во время последней войны, тогда я была далеко от них, сражения раскидали нас по разным фронтам, так что похоронка пришла уже, когда все страхи были позади. Я никому не рассказала об этом, даже тебе, слишком свежи были раны от потери Неджи и других наших друзей, родных да и просто сослуживцев, проносившихся ежесекундно перед глазами — скорбь поселилась в душе каждого. О моем горе знали лишь Цунаде-сама, наставник и учитель, и Шизуне, ее верная помощница. Они-то и помогли мне смириться с этой участью, с тем, что их уже не вернешь. Я видела, как ты ходил на свидание с Хьюго, наблюдала вместе со всеми ваши поцелуи, затем покупку дома, свадьбу, рождение Боруто — ты выглядел таким счастливым, такая улыбка была лишь тогда, когда существовала старая добрая седьмая команда. Как давно это было… Но помню, как будто сегодня: ты, я, Саске да Какаши-сенсей. Помнится, я тогда еще была влюблена в Учиху, но детская влюбленность тем и хороша, что остаётся лишь влюбленностью. Настоящие чувства я поняла несколько позже, когда по-настоящему узнала тебя. Вот ты сейчас думаешь, с чего я начала писать тебе так вдруг.Просто, потому что я эгоистка. Да-да, ты все правильно понял. Я всегда лишь принимала твою помощь как должное, не давая ничего взамен, устраивала скандалы и вытягивала глупые обещания, не задумываясь над тяжестью ноши, свалившейся на тебя. Вот даже сейчас я не могу сказать все, что думаю в лицо, то, что должна была сделать давно. Сказать самому родному человеку, что люблю его… Харуно Сакура, ниндзя-медик, активировавший Бьякуго в семнадцать, превзошедший своего учителя, пятую Хокаге, прошедший вместе с тобой весь ад войны, боится признаться в своих чувствах, быть отвергнутой, прямо как тогда, в стране Железа. Тогда ты не поверил мне, а ведь это была чистая правда без доли фальши и сомнений, но обстоятельства сложились так, что принял мои слова, исходящие из самых глубин потрепанного сердца, за ложь. Но я не в праве злиться на тебя, даже после фразы про ненависть к людям, которые лгут, ведь я не лгала. Наруто, если ты сейчас читаешь это письмо, значит, мои опасения сбылись, что-то лежит тяжким грузом на сердце и ты пришел в наше любимое тайное место под раскидистым дубом у озера. Помнишь, как мы читали издания про жителей нашей маленькой Конохи? А как хохотали, когда узнали настоящий возраст Шизуне? Конечно, нет … Но почему-то хочу надеяться всем сердцем, что ошибаюсь. Меня разрывают на части сомнения, снова не могу понять себя. Хочу ли я, чтобы ты прочел все это? И да, ведь я могу, наконец, после стольких лет признаться, и нет, потому что не хочу, чтобы в твоей жизни наступала черная полоса, ты как никто заслуживаешь счастья. Пусть же этот момент никогда не наступит, и я, Сакура Харуно, останусь всего лишь жалким, блеклым пятном горизонта на фоне твоего яркого пути к мечте, всего лишь потерянным воспоминанием… Я…Люблю тебя, Наруто… Будь счастлив… Навсегда твоя Сакура-чан. В некоторых местах чернила размылись из-за слез, юркими узорами оплетая отрывки фраз, так и не произнесенных вслух. Что ж, пусть все останется как есть. Когда подует восточный ветер, И сердце выскользнет из рук, Души печальной спой, хранитель. Мне жаль, ведь для тебя всего лишь я друг. Пальцы разжимаются, вздымаются легкие занавески. Шелест страниц, мерцание огней, нет больше меня в этом мире людей.