***
Стайлз не мог поверить в услышанное. Свадьба. Его свадьба. Его и Турбо. Парень просто смотрел в стену перед собой, которую украшала вмятина от чьего-то явно очень сильного кулака. Он пытался осмыслить всё произошедшее за последнее время, но это никак не удавалось. Всё слилось в единую массу: невидимость, потеря друзей, приобретение поддержки в лице Дерека, помощь Питера, его спасение, отношения с первым и боль от потери второго, а затем заново — невидимость, но уже чужая, его жертва ради бывшего врага, потеря связи с Дереком, снова ссоры с Питером, это словно замкнутый круг. Стайлз устало потёр глаза. Вот уже два месяца, как он перебрался в Неваду, подальше от друзей, с которыми больше не чувствовал связи, и дальше от старшего Хейла. Он как сейчас помнил их последний разговор, в котором не было ни капли прежних чувств, словно после того, как они переспали — весь этот морок спал. На самом деле, ещё тогда, в Нью-Йорке, он хотел сесть в машину Хейла и уехать с ним, но что-то остановило его, заставило остаться с Дереком, с тёплым, заботливым, но «слепым» Дереком, которого он, как уже давно понял, не любил на самом деле. «Это было правильное решение» — твердил его разум, а сердце кричало: «Ошибка!». И только когда ему позвонил неизвестный парень со странным именем Турбо, он почувствовал ответственность за произошедшее с Питером и, где-то в глубине души что-то кольнуло, напоминая о его молящем взгляде в день отъезда. Стайлз не жалел о своём поступке. Он сделал всё правильно — он спас Питера, вот только никто не мог предугадать чем это всё обернётся. Дерек уехал, просто и без прощаний, исчез с его радаров, словно и не было никогда их совместной жизни, а его дядюшка почти мгновенно остыл к нему. Хоть Стайлз никогда и не ждал большего от Питера, но это всё же было неприятно. Новое чувство, словно его использовали, и он снова никому не нужен. И вот спустя три месяца, буквально неделю назад, он совершенно случайно встретил в городе Турбо, всё того же неугомонного испанца с лучезарной улыбкой, который однажды вечером за бокалом джина сказал ему: — Любовь — это не мозги, детка. Это кровь. С тех пор парень задумался о том, что чувствует на самом деле. Он понимал, что каждый раз выбирает именно разумом, чувством вины и ответственности. А чего же он хочет действительно? Точнее — кого? И, когда он был так близок к разгадке, Турбо вновь позвал его провести вечер за стопкой чего-то высокоградусного, и отказать ему казалось нереальным. А теперь утром он даже не может вспомнить что именно произошло. Необходимо было срочно растормошить Турбо и срочно узнать каким образом он оказался женатым, и главное — почему. В тот момент, когда было принято это решение, дверь в номер открылась и вошёл человек, с которым он не общался вот уже три месяца. Питер Хейл.Вызов.
24 августа 2015 г., 02:22
Резкий противный пищащий звук. Парень с трудом открыл глаза и, пошарив рукой под боком, нашёл мобильный телефон. Первое, что он услышал, приняв вызов, было:
— Ты, блять, где?!
Молодой человек плавно повернул голову набок, встречаясь с явно раздражённым из-за звонка взглядом своего знакомого. Он приоткрыл пересохшие губы, хрипло полушёпотом интересуясь:
— Турбо, я, блять, где?
Второй парень, кряхтя, приподнялся на одном локте и, с трудом осматриваясь, нахмурился, затем так же полушепотом выдавая:
— В Лас-Вегасе.
— За-ме-ча-тель-но… — тихо вздохнул первый и ответил уже в трубку, — Я в Лас-Вегасе.
— Какого хрена ты там делаешь?!
Он снова открыл было рот, чтобы задать тот же вопрос Турбо, но, уловив укоризненный взгляд, сразу поджал губы. Проблема была в том, что парень понятия не имел, что он тут делает, как здесь оказался, и кто вообще это звонит. Буркнув в трубку неразборчивое: «Я перезвоню», он скинул вызов и наконец уселся на постели. Номер гостиницы был словно вывернут наизнанку: сломанная мебель, разбросанные вещи, разбитые стёкла и пустые бутылки из-под алкоголя на полу. Он снова попытался напрячь память, но так ничего и не вспомнил, оставалось только одно.
— Турбо? — в ответ донеслось сонное мычание. — Турбо, какого чёрта тут творилось?
— А ты разве не помнишь? — наконец откликнулось тело рядом. — Мы праздновали свадьбу.
— Чью свадьбу? — недоумевал парень.
— Что значит чью, Стайлз? Нашу, конечно.