Утро каждого, особенное

Никита и Коля. Раннее утро, кто любит пробуждаться в шесть часов утра?! Николай тоже так думал, пока не проснулся. Злое, сонное состояние быстро утратилось, стоило взглянуть на левую сторону кровати. Может парень и был эгоистичен, но правая сторона лежбища всегда была его собственностью. На левой сторонке кровати лежал еще один парень, немного поменьше Коли, но, тем не менее, по-своему красив. Серые волосы, с отливом стали на солнце, вихрем разметались по большой подушке, бледная кожа сейчас казалась фарфоровой. Кукленок – так иногда называл Никиту Коля. Несмотря на данные «хрупкой» красоты, мышцы у парня были накаченные, и сейчас виднелись из-под одеяла, которое будто нарочно съехало чуть вниз, открывая обзор на обнаженные ключицы парня. Никита забавно морщил нос во сне, из-за чего на лбу у него появлялись еле заметные складочки, по которым Коля незамедлительно провел указательным пальцем, разглаживая. Пушистые черные ресницы сейчас были сомкнуты на закрытых глазах, но вот, когда эти очи откроются, «на тебя будут смотреть две черные пуговицы», опять же, так всегда выражался Коля. Звонко причмокивая аккуратными губами, Никита начал что-то бормотать во сне. Слова на Колин слух различались как «еще-еще, пожалуйста» и «Коля, не тронь мою подушку». Не удержавшись, парень наклонился к своему личному чуду и невесомо поцеловал в губы. Черные волосы каскадом упали на подушку Никиты, но тот даже не думал просыпаться. Лишь продолжил еще более громче бормотать непонятные фразы. - Ванная моя… - ноль реакции на вкрадчивый шепот Николая. - Моя мама приехала… - та же самая реакция, обидно, черт возьми! - Ник! Я съем твой йогурт, если ты сейчас же не встанешь! - Не смей… - пробормотал проснувшийся парень и накрылся подушкой. - Не успеешь встать, и лакомства не будет… - как-то слишком заманчиво протянул брюнет и приготовился вставать с кровати… но его вовремя удержала рука, которая резко появилась из-под одеяла. - Коль, еще шесть часов утра, проспишь до девяти - будет утренний секс, договорились? - А как же утренний минет?! – картинно всплеснул руками Коля, но вот за длинными прядями черных, как смоль волос, которые скрывали сейчас половину лица, таилась хитрая улыбка. - Будет тебе минет, старче, только спи, – Никита только так мог успокоить ненаглядного. Это случалось каждое утро, и его любимый йогурт, со вкусом черники, ставился всегда под угрозу. Коля с довольной улыбкой откинулся обратно на подушки, только теперь уже смело прижимая к себе тело Никиты и не боясь разбудить его. Все равно уже не спит. Спустя десять минут: - Мне все равно не спится… - послышался горестный вздох Николая. - Ууууууууууууу… - накрылся подушкой Никита и забрался полностью под одеяло. Нюша и Алина. Девушка уже которую минуту наблюдала за своей любимой. Та ворочалась на постели, сматывая простынь в один большой комок, отнимая одеяло и утаскивая подушки на свою сторону, затем обкладывая их вокруг себя, словно крепость. Нахмурившись, Алинка, а то есть наблюдавшая девушка, несильно стала вытаскивать из-под своей девушки одеяло. Сначала самое мелкое, подушки Нюша любит больше всего. - Нюшенька, любимая, отдай мне одеялко! – на злой шепот послышалось ворчание, затем причмокивание, а после уже возвращение себе законного одеяла с удвоенной силой. «Ну, нельзя же быть такой жестокой во сне!» - думала Алина на этот счет, лежа почти голой на кровати и смотря на довольное во сне лицо любимой. А ноги-то уже начинали леденеть, да и по рукам гусиная кожа гулять пошла. Русые волосы девчонки разметались коротким каскадом по постели, сейчас она больше всего напоминала Алине спящего львенка. «Хрупкая фигурка не могла присвоить себе несколько подушек и одно большое одеяло!» - так думала Алина, раньше, до их первой совместной ночи. Одеяло они выбирали вместе, когда собрались снять квартиру на двоих. Нюша специально тогда настояла на большом одеяле, нет, просто громадном! - Ррррр… - послышалось злое порыкивание брюнетки, которая сейчас просто негодовала. Девчушка определенно услышала этот звук, поэтому, освободив самый чуток места, повернулась спиной к Алине, с которой как раз съехало одеяло, обнажая оголенную нижнюю часть тела. Алинка сразу же уткнулась лбом и своими почти черными волосами в лопатки девушки, свернувшись почти в клубок и стараясь укрыться половиной одеяла, которое ей любезно предоставили. Остальная половина была зажата между ног Нюши - детская привычка. С ней Алина смирилась на третью ночь их совместного проживания, когда ее саму пытались сделать одеялом и обнять ногами и руками. Это было, несомненно, мило и приятно, но вот хватка у любимой была, что ни на есть, железная – уже на пятой минуте брюнетка начинала задыхаться. - Мр, это приглашение на утренний секс? – сонно пробормотала Алина. - Это приглашение под названием «заткнись и спи»… - послышалось не менее сонное и злое бормотание проснувшейся Нюши. Саша и Кирилл. - Саааааш, я секса хочу! – чуть хриплый голос раздался на всю квартиру. - Дай поспать, изверг! – сонный голос послышался из-под… кровати! - Я, правда, секса хочу, ты вчера сам был виноват, нахера было так эротично резать морковь?! – широкоплечий брюнет, сидя на кровати в весьма неудобной позе, пытался заглянуть под кровать, что ему не очень это удавалось - фигура была не та, чтобы ловко нагнуться и посмотреть под узкую щель между кроватью и полом. - Ты идиот?! Я помогал готовить твоей маме суп! – этот почти детский голосок, принадлежал парню по имени Саша, который в отличие от сидящего на кровати Кирилла не имел такой мощной мускулатуры, и довольствовался слегка девчачьей внешностью, сейчас сидел под кроватью. Шептания на ухо пошлые словечки, утром, после весьма бурной ночи, не возымело возбуждающего эффекта. Пятая точка болела нещадно, после двухчасового секс-марафона с ролевыми играми и использованием моркови для подготовки. - И все равно я хочу секса, чего ты туда залез? – кажется, недоумение на лице Кирилла явно говорило о том, что он вообще не понимает, чего испугался его парень. - Дай мне передышку на два дня и сможешь опробовать на мне тот самый костюм кота, – послышалась мольба из-под кровати, больше напоминающая жалобный писк котенка. - Согласен… - немного подумав, выдал Кирилл. – Высунись… Из-под кровати показалась голова с пушистыми русыми волосами и наивными серыми глазами. Чуть погодя, стало видно и хрупкие плечи парня. - Правда, дашь отдохнуть? – с надеждой в глазах попросил паренек. - Правда, но костюм не кота, а котенка, – все-таки наклонившись вниз головой, чтобы было удобно поцеловать свое чудо, прошептал Кирилл. - И все равно ты изверг… - жалобно и обвиняющее прошептал Сашка с улыбкой на губах, все-таки отвечая на «лишь-поцелуй». Женя и Костя. - Ты придурок! – девушка, зло шепча себе под нос ругательства, расхаживала по кухне, сжимая в руках пустую коробку молока. - Любимаааааая, не злись – морщины будут, – из ванны вышел высокий и стройный парень: широкие плечи, загорелая фигура, хороший пресс – все как надо. - Идиот! Я молока покупала пять литров! - девушка теперь гневным взглядом сверлила своего парня, негоже так молоко в одиночку пить. Особенно, когда твоя девушка его любит, особенно, когда она его очень любит. - Мы сейчас соберемся в магазин и купим десять литров, согласна? – подходя ближе, выставляя руки вперед в виде жеста белого флага, успокаивающе говорил парень. - Вот скажи, на кой черт ты столько выпил? – все не унималась особа. - Я его люблю даже больше тебя! – Костя хмыкнул и резко посадил девушку на стол, вставая между разведенных в стороны ног. - Скотина… - обвиняюще прошептала девчушка, уткнувшись носом в плечо парня. - А вообще, это звучит очень эротично, знаешь, молоко ведь белое… - Костя сделал вид, что задумался. - Ты, вообще, о чем думаешь?! Извращенец! – Женя стукнула своего парня по голове маленьким кулачком и тут же спохватилась. Костя как-то странно застонал и пошатнулся. - Убить меня решила, да? – с улыбкой на губах, теперь уже обиженно прошептал парень. - Симулянт. Скоро моя мама приедет, вот и посмотрим, кто кого, – беспроигрышный аргумент в любом споре с парнем. На кухне послышался жалобный стон Кости. «Каждое утро прекрасно и особенно», - подумал Дима, выходя на улицу гулять со своим псом и видя, как одного, весьма симпатичного парня, просто несет за поводок большой алабай через весь парк, все это сопровождалось криками и матами того самого бедного парнишки. - Все-таки хорошо, что моя мать завела шпица, – прошептал Димка и, покрепче ухватив тоненький поводочек, пошел в парк.