Survival game

PОV Мунаката Рейши Не знаю, что мне вкололи, но этот наркотик не приносил мне наслаждение, как обычно принято думать о наркотиках. Я не чувствовал, что я летаю или ещё что. Просто моё сознание обособилось в моей голове практически ничего не происходило – никаких галлюцинаций. Было только два чувства – одиночество и холод. Я не знал, что происходило "снаружи", но по слабым ощущениям моего тела, как будто отголоски эха, меня подняли и перенесли, потом недолгая тряска и снова тело в невесомости. Но потом сознание вновь отключилось от реальности, унося меня в пучину большого, тёмного и холодного ничего... Очнулся я в какой-то тёмной, смутно знакомой мне комнате. Интересно, сколько же прошло времени, как я ушёл из дома и где я? Мне стало жарко, и, махнув рукой, я отбросил край тёплого одеяла куда-то в сторону. Перед глазами всё скакало, двоилось и кружилось. По телу била крупная дрожь и ознобило. Я повернулся на бок и обнял себя за плечи, пытаясь унять её. Но не прошло и пары минут, как озноб перерос в лихорадку. Стало ещё труднее думать, чем было до этого. Я жадно глотал ртом воздух. За спиной послышался звук и я непроизвольно замер. Сильные руки перевернули меня на левый бок, а на тумбочке зажёгся ночник. Мне протянули стакан и заставили пить. Сделав пару глотков, я оттолкнул руку с водой и меня стошнило. Слава, на полу стоял тазик. Как только рвота прекратилась, и я сделал пару глубоких вдохов, вновь появился стакан с водой и процедура повторилась сначала. После нескольких таких попыток заставить мой организм принять воду, это всё же получилось. Меня уложили обратно на кровать, но одеялом не укрыли. На лоб положили что-то холодное – компресс. У меня начались судороги. POV Суо Микото Я немного задремал. Все же сидеть ночь на пролет на одном месте и не уснуть, было очень тяжело. Тем более, почти целый день я был за рулем, поэтому просто расслабился, позволив сну меня одолеть. Но полностью отключиться я себе не позволил. Как знать, когда Рейши очнется. Не знаю сколько прошло времени, когда я услышав движение, проснулся. Сначала думал, что мне показалось. Но нет. Край одеяла был откинут. Я поднялся на ноги. Если он пытается выбраться из-под одеяла, значит, скорее всего у него жар. Это плохо. Быстро дошел до кухни и прихватил графин с прохладной водой и стакан. Нужно сбивать этот жар. Но использовать хоть какие-то таблетки я не могу. Сердце может не выдержать. Придется пользоваться подручными средствами. Вернулся в комнату, поставил все на прикроватную тумбочку. Рейши замер, явно не ожидая услышать какие-то звуки. Но я перевернул его к себе и включил ночник. Однако реакции на свет не было никакой. Просто чудесно. Это был самый явный признак того, что это трип.* Теперь нужно лишь действовать. Сел, удерживая Мунакату, и дотянулся до стакана. Нужно заставить его выпить воду. Не важно, как закончится, просто нужно. Я прислонил стакан к губам, наклонив. Он сделал пару глотков и тут же отпихнув руку в сторону закашлялся. Вода вместе с желчью оказалась в тазу. Но я не позволил ему попытаться скрыться от меня. Рейши жадно хватал воздух, но я снова поднес стакан с водой и снова наклонил. Он слабо попытался вывернуться, но я не позволил. Снова Рейши смог сделать лишь несколько глотков воды, которые тут же оказались в тазу. Его жар не спадал. Это меня напрягало. Если я не сумею сам сбить поднявшуюся температуру, то придется вызывать скорую. Еще несколько попыток закончились неудачей, прежде чем все же удалось влить в него воду, которая не оказалась в тазу. Это был прогресс. Я уложил его обратно, попутно отмечая, что его тело все еще горячее. Быстро прошел в ванную, смочил ледяной водой два полотенца и, вернувшись, положил одно ему на лоб. В голову пришла простая мысль. Погода за окном сейчас минусовая. Я быстро встал и отворил балконную дверь, впуская холодный воздух в комнату. Это будет работать мне на пользу. Нужно лишь сбить жар. Он резко сжался и его лицо чуть исказилось от резкой боли. Судорога. Простой ответ. Я знал, что мышцы будут резко сокращаться. Руки и ноги будут подвержены резким сокращениям мышц. Задача была достаточно сложной. Нужно сбить жар и при этом помочь справиться с болью. Взяв второе полотенце я стал с силой массировать его икры. Единственный доступный мне сейчас вариант только массаж. Я сжал мышцы с новой силой, когда услышал болезненный стон сзади. Ничего. Придется ему терпеть. Иначе никак. Мышцы свело, но если их не пытаться размять боль лишь усилится и ноги онемеют. Не знаю сколько времени прошло, прежде чем я понял, что мышцы расслабились, не доставляя больше боли Мунакате. Я потрогал его тело. Да, температура еще выше чем положено, но уже нет того жара. Тяжело выдохнул и, забрав оба полотенца и таз, ушел в ванную. Умывшись холодной водой, я снова намочил одно полотенце ледяной водой и вернулся обратно. Рейши пока еще прерывисто дышал. Но самое худшее уже позади. Я обтер его тело смоченным полотенцем и прикрыл его им же. Нужно просто ждать. Вот теперь спать точно нельзя. Я закурил прямо в комнате. Нужно было самому перевести дыхание. Задумчиво посмотрел на него. Глаза прикрыты, все так же прерывисто дышит, но теперь температура тела падала. Я потрогал его лоб – горячий. Встал и вышел на балкон. Ирония судьбы однако. Рейши не любит холод, но именно он его сейчас и спасает. Если бы дело было летом, то было бы сложнее. Выкурил еще одну сигарету и вернулся обратно. Нужно проверить температуру. Я снова положил руку на его лоб – теплый. Немного скинул холодное полотенце в сторону и дотронулся до грудной клетки – теплая. Облегченно выдохнул и закрыл дверь на балкон. Я подошел к кровати и сел на край. Теперь ему нужно лишь спать. Кошмар остался позади. Встал и забрал полотенце. Повесил его сушиться и вернулся обратно. Приоткрыл форточку и укрыл Рейши одеялом. Я лег рядом поверх одеяла. Развернул его к себе лицом и выключил ночник. Прикрывая глаза я чувствовал его размеренное дыхание, которое приятно обжигало меня. Я начал проваливаться в сон. Сказывалось нервное напряжение. - Суо, - голос у Рейши был тихим. – Что? – я приоткрыл глаза, все же спал чутко, боясь, как бы ни случилось еще чего-нибудь. Он не говорил, прижимался ближе ко мне. По его телу пробегала мелкая дрожь. - Что случилось? – Уже все самое страшное позади, – я кое-как потянулся. Он закрыл глаза и сжался в комок под одеялом. - Я почти увидел её, - фраза получилась оборванной. – И поперся один, как болван, да? - Микото, - ему было сложно говорить. И он старался не смотреть мне в глаза. - Сообщение было вовсе не от Создателя... – Естественно. Нужно ж было заманить тебя в ловушку. – Я сел и потянулся. Боже мой, и это следователь. Рейши накрылся одеялом с головой. Он молчал. Я встал и закрыл форточку. Обернулся и посмотрел на него. Как ребенок. Решил спрятаться от проблемы как маленький ребенок. Улыбнулся. Подошел к нему и погладил этот ком одеяла: – Я приготовлю тебе поесть. - Я не хочу, - прозвучало из-под одеяло. - Живот болит. – Чай выпьешь. Через силу. Пусть даже потом тебя вывернет, – я ушел на кухню. Вернувшись я поставил чай на тумбочку, таз на пол и стащил одеяло с его головы: – Остынет и нужно будет рискнуть. - Не хочу, - он обнял себя руками и заметил цепочку. - Опять меня пристегнул? – На этот раз надолго. – Я встал и подошел к окну, – не будешь пить, я волью силой, как ночью. Так что подумай над этим. - Ты жестокий, - он не повернулся, оставаясь лежать в той позе, в которой был. – Если бы я был жестокий, – я подошел и присел на кровать, – то тебя бы уже не было в живых. И Создатель была бы рада такому повороту. Рейши вздрогнул. Повернувшись ко мне лицом, он постарался сесть и взять кружку с чаем. Я посмотрел на него и помог кое-как сесть, подложив под спину еще пару подушек. Я придержал кружку в его пальцах. Он сделал несколько осторожных глотков и отстранил кружку. - Я думаю, это плохая идея. – Вовсе нет. Желудок должен среагировать. Ночью тоже не с первого раза удалось заставить остаться жидкость внутри тебя. – Я держал кружку рядом. – Даже если и вывернет пару раз, ничего страшного. - Ничего страшного? - задумчиво повторил он, и согнул ноги в коленях. Я поставил кружку на тумбочку, легко поцеловал его в щеку и встал: – Мне нужно съездить в бар, проведать ребят. Это на пару часов. - Не боишься оставлять меня одного? - он лёг обратно, накрыв свой лоб рукой. – Здесь тебя никто не рискнет тронуть. А даже если попытаются вскрыть квартиру, то даже у самого опытного домушника на замок уйдет пятнадцать минут. Сигналка сработает. И любого повяжут быстрее, чем он войдет внутрь. - Я не про это, - он вздохнул и закрыл глаза. - Вдруг мне станет плохо? – Никто больше накачивать тебя наркотой не собирается. Плохо тебе станет тогда, когда ты съешь что-нибудь. Так что я успею проведать ребят, ведь именно они забили тревогу, и, приеду покормлю тебя. - Ощущаю себя домашним кроликом, - кажется, он засыпал. Я взял ключи от машины, положил в его досягаемости пульт от плазмы, наклонился и прошептал: – Будешь себя хорошо вести и я дам тебе морковку, – я ухмыльнулся и ушел прочь, закрыв за собой дверь на замок. Чем быстрее я съезжу в бар, тем быстрее вернусь обратно.