Добро пожаловать домой, отото!

Я смотрю, как ты надрачиваешь головку своего члена, прикрывая блядские глаза и закусывая губу. Ты пошло стонешь. Ты хочешь. Хочешь меня. Мой член. И я это знаю. Я так же знаю, что тебе не важно, куда я буду тебя ебать. В задницу, как вчера, или в рот, ты просто хочешь. Лишь бы я ебал тебя. Хочешь видеть на моём лице удовольствие. Знать, что именно ты, твои блядские пухлые губки или твоя раздроченная попка стали тому причиной. Сученыш. — Братик, — произносишь, смотря на меня так невинно. А у самого во рту столько слюны. Бляцкая развратная сука. — Иди сюда, — произношу, начиная медленно расстёгивать бляшку кожаного ремня. Тебе не нужно повторять дважды. Быстро проходишь к окну, и, соблазнительно прогнувшись, открываешь окно, впуская по морозному свежий воздух. Медленно разворачиваясь, подходишь ко мне и, не сводя пристального взгляда глаза в глаза, опускаешься на колени прямо передо мной. Тонкие запястья взметнулись вверх, переплетаясь с моими и по-хозяйски принялись расстёгивать ремень, оставляя меня лихорадочно наблюдать за едва уловимыми эмоциями в чёрном внимательном взгляде, что по-прежнему гипнотизирует меня. Ремень с глухим стуком падает прямо на пол, заставив меня чуть вздрогнуть. Ты лишь чуть усмехаешься и, всё также не сводя с меня пристального взгляда, чуть опускаешь голову, и, высунув язык, проводишь им по вставшему члену прямо через боксёры. Дразнишь? Чертов сучёныш. Белье быстро увлажнилось и неприятно стянуло кожу чувствительной головки. Но я не знаю, чем хлопок пропитался больше: твоей слюной или моей смазкой? Губы легли на стянутые влажной тканью мягкие яички и нежно их помассировали. Вплетаю руку в жёсткие чёрные пряди, направляя и притягивая ближе. Ну же. Сделай это. Сколько раз ты уже отсасывал мне? Мы давно уже сбились со счёта. Ты сразу понимаешь меня и без слов. Безумно медлительно опускаешь трусы, выпуская мой член. Начинаешь покрывать его лёгкими, едва ощутимыми поцелуями. Явно не спеша переходить к главному. Но так даже интереснее. Кто же из нас сдастся первым? Юркий язык нежно скользит вдоль ствола, оставляя влажную дорожку. Потная ладошка мягко и ненавязчиво принялась массировать налитые яички. Я вижу, как дрожат твои руки. Как лихорадочно блестят твои глаза. С этого ракурса мне мало что видно, но я уверен, у тебя давно сочится смазка. Но почему же ты медлишь? Я не могу больше ждать. Грубо хватаю тебя за волосы, насаживая почти до основания. Инстинктивно дергаешься, понимая, что это бесполезно. Большие черные глаза наполняются слезами, но мне почти всё равно. Твоё горло рефлекторно сжимается, принося чувственное, на грани боли, удовольствие. Потные ладони уперлись в мои бёдра, царапая ногтями кожу, но не пытаясь меня оттолкнуть. Словно сам не знаешь, нравится тебе происходящее, или же нет. Я вхожу резко, быстро и размашисто. Возможно, я несколько груб. Но, такая блядская сука как ты, этого только заслужила. Оргазм мелкими спазмами накрыл напряженное тело, принося не спокойствие, а лишь напряжение и злость. Тело вновь требовало разрядки и расслабления. Член, не опавший, стал слишком чувствительным. Ты, выпустив изо рта мою болезненно нежную плоть, закашлялся, пытаясь вдохнуть живительный кислород и перебороть резкий вкус спермы. Люблю кончать тебе прямо в рот. И мне никогда это не надоест. Склонившись над твоей надломленной фигурой, поднимаю указательным пальцем острый подбородок, вглядываясь в покрасневшее лицо. Из глаз до самого подбородка тянутся тонкие прозрачные дорожки. Искусанные губы распухли, у самого уголка налилась алая капля крови, смешиваясь у самой шеи с моей спермой. Руки заметно дрожат. Ты делаешь резкий вдох и с губ на самом выдохе срывается тихое: — Ита… А у тебя всё ещё стоит. Хах… Мне почти жаль тебя. Резко поднимаю хрупкое тело с колен, чтобы тут же уложить на кровать и накрыть сверху своим. — Ты сегодня растягивал себя? Интересуюсь для галочки, снимая через верх уже порядком промокшую рубашку.

***

POV Sasuke Я откинулся головой на подушку, искоса наблюдая за братом. Его движения были уже не такие резкие и грубые. Почти нежные. Потянувшись к тумбочке, он быстрым движением достал небольшой бутылёк, тут же щедро выливая содержимое себе на ладони и растирая между пальцев. По комнате быстро распространился тошнотворно-сладкий цветочный запах. Желудок взбунтовался. Я прикрыл глаза, стараясь дышать через рот. Итачи нежно коснулся моего входа, осторожно массируя напрягшиеся мышцы. Я попытался расслабиться и отвлечься от происходящего. Перед мысленным взором пронесся задорный взгляд голубых глаз. И почему я о нем думаю? Пальцы Иты стали настойчивей. Дискомфорт игнорировать стало невозможным. Я повернул голову, пряча лицо в плотной обивке дивана, вдыхая полной грудью. Приторный запах лаванды густым потоком ворвался в лёгкие, вызывая сильную дурноту. К горлу пробрался горький комок. А от того парня пахло приятно. Немного с горчинкой, но естественно. Без приторности.  — Черт!...  — Ещё чуть чуть, — мягко произносит брат, нависая надо мной — Я почти в тебе. Твердая ладонь успокаивающе скользит по моему телу. Я так отвлёкся в своих мыслях, что совсем не заметил, как Итачи вошёл в меня. Да что со мной такое?  — Аг!.. Удовольствие тугой спиралью начало скручиваться внизу живота, унося все тревоги на задний план. Перед глазами вновь возник образ Наруто. Его смуглая кожа. Его чуть пугливый, но уверенный взгляд. Его быстрые вздохи в тот наш первый и единственный раз.  — Саске… Я почти не слышу брата. Образ Узумаки был настолько живым и настойчивым, на сколько и сам Наруто. Я бросил бесполезные попытки прогнать его, концентрируясь на своих ощущениях.  — Это... Оргазм был близко. Мне жизненно-необходимым стало кончить. Невидимый Наруто внимательно посмотрел на меня своими невозможными глазами и я понял, что начинаю тонуть в океане чувственного блаженства.  — Саске, — нежно произносит Узумаки — Тебе хорошо?  — Н...Наруто!.. — произношу я на пике блаженства, изливаясь в горячую ладонь. Спустя всего мгновение до меня доходит происходящее. Я медленно открываю глаза, встречаясь с внимательным взглядом своего брата.