Феномен гало

Ева нервничала и никак не могла настроиться на сон. Закрывая глаза, она снова и снова мысленно возвращалась к образу мага из юнита Z. Она так и не спросила Найла о его возрасте, но, по её предположениям, молодой человек был от силы на пару лет её старше. Никогда прежде она не слышала о Заклинателях Иса, и теперь сила, о которой поведал ей Найл, казалась ей чем-то невероятным. Сколько рун из тех, что Ева изучила сама, были написаны и заколдованы парнем? Существовала вероятность, что она и сама носила в себе часть его силы. Запечатывая свиток, маги оставляли внутри часть своей силы. Изучающий руны лишь ломал печать, достигая тем самым определённого уровня и овладевая элементом. Ева тяжело вздохнула и перевернулась на другой бок. Кровать, что ей выделили в гостевом крыле, была слишком большой и поэтому неуютной. Клэйфилд лежала без движения, закутавшись в одеяло по самый нос. В её спальне был балкон. Ева глядела через стеклянную дверь, наблюдая, как где-то вдали начал заниматься рассвет. В одной из спален на том же этаже бодрствовал Зейн. Чувство необъяснимой паники потревожило его и без того некрепкий сон, и вот уже какое-то время молодой человек не мог сомкнуть глаз. Сначала Сид пытался игнорировать мучащие его предчувствия. Он лежал на спине, пытаясь найти равновесие в черноте ночи. Но демоны отчаянно просились из своих клеток. Устав бороться с собой, он выбрался из постели и толкнул дверь на балкон. Стояла промозглая погода. Из-за густого тумана он едва мог различить каменные фигуры в их саду. Он не был уверен, что Найл там. Обычно он выходил на медитацию засветло, но сейчас условия не очень-то располагали к этому. Малик искренне желал магу найти успокоение в своей кровати и не высовываться на улицу. Зейн переступил с ноги на ногу, жалея, что вышел босиком. Капитан юнита Z бросил взгляд в сторону гостевого крыла. Конечно же, чувство тревоги, которым он мучился, от начала и до конца крутилось вокруг кадета Клэйфилд. Малику казалось, что девушка не готова к жизни, которая была ей уготована. В профессионализме и мастерстве Найла он не сомневался, но сегодня во сне он видел Еву. Зейн только сейчас вспомнил об этом, и возвратившийся образ заставил его вздрогнуть. В его подсознании на лбу девушки было выклеймено колесо судеб: старинная из рун, которая говорила о могуществе мага. Заклинатели Иса, такие как Найл, рождались с этой отметиной, но были и те, кто обретали татуировку в течение жизни. Зейн облокотился на кованые перила балкона, уставившись на свои руки. Прошло уже более года с тех пор, как он в последний раз практиковал магию. По совету Найла он решил уделять больше внимания физическим подготовкам: и он, и Гарри оказались не способны к овладению стихийной магией и не смогли продвинуться дальше Изначальных рун. Глядя на открытую ладонь, Сид наскоро проговорил заклинание Потокового огня. На каких-то пару секунд пламя вспыхнуло в его руке и обожгло кожу. «Твою же ж мать», — зашипел он, корчась от боли. Молодой человек попытался локализовать боль в руке, как учил его в своё время Найл. Иначе говоря, заточить её в одной части тела, не дав сигналам дойти до мозга. Но, ясное дело, у него ничего не вышло. На руке моментально вздулись волдыри, и боль была такая, что Зейну хотелось потерять сознание, лишь бы не чувствовать всего этого. Сила Найла и Евы никогда не будет ему по зубам. Маг уже сейчас мог совать руку в открытое пламя. Кожа обгорала и лопалась, но в отличие от многих людей Хоран научил себя оставлять боль позади. «Чёртов придурок», — Зейн поверить не мог, что был настолько глуп, что позволил себе практиковать магию в одиночку. Он спустился в столовую, чтобы обработать руку. Наёмник был уверен, что Найл поможет ему, но до того времени он должен сам что-то предпринять. Зейн пришёл почти что бесшумно, поэтому Гарри, что стоял спиной к нему у одной из столешниц, не заметил его появления. — Доброе утро, — поздоровался Малик, — ты рано встал… Зейн застыл на месте, понимая, что Гарри что-то судорожно прячет от него в одном из кухонных ящиков. Вид у парня был так себе. Прилипшие ко лбу волосы и спортивные штаны говорили о том, что Стайлс начал своё утро с тренировки. — Гарри, что там у тебя? — он был так удивлён поведением Сида и своим плохим предчувствием, что совершенно забыл про свой ожог. — Это пустяки, — нервно засмеялся Гарри, избегая прямого контакта глазами, — а что с рукой? — было непонятно, то ли он действительно переживает, то ли просто хочет сменить тему. — Ничего особенного, — Зейн нашёл специальную мазь и обработал ладонь, — ты не знаешь, Найл уже встал? — Не видел его сегодня, — Гарри залпом осушил стакан с холодной водой и был таков. Дождавшись, когда его шаги наверху стихнут, Зейн подошёл к ящику и рывком распахнул его. На каких-то пару секунд ему показалось, что он сходит с ума. Ящик был совершенно пуст. Но своим глазам он пока что верил, а это означало, что Стайлсу удалось провести его. Что бы ни скрывал капитан юнита H, кажется, это были не шутки. Увидев ожог Зейна, Ева ужаснулась, а Найл же только рукой махнул. – Ева, считай это твоим первым заданием, – сказал он, ложась с ногами на кушетку в холле, – вылечи его. – Но, Найл, я не знаю заклятий регенерации, – Ева ещё раз с ужасом покосилась на Малика. Тот, казалось бы, тоже не ожидал, что заботу о нём переложат на девушку. – Я тоже таких не знаю, – соврал маг, – просто вотри в него настойку из лаванды и каменного плюща. С него хватит. Не забудь только заговорить её. – Это ещё чего? – возмутился Зейн. Он был уверен, что действия Хорана сведут на нет его неудачные эксперименты с магией. – Ты мужчина. Шрамы тебя украсят, – Найл погрузился в чтение какого-то ежемесячника, посвящённого модернизации персонального оружия, и всем своим видом приказал оставить его в покое. Ева краснела, то и дело путая заклинания и норовя что-нибудь разбить или просыпать. – Тебе помочь? – спросил Зейн, увидев, насколько она беспомощна на кухне. – У тебя же только одна рука, – отмахнулась девушка, начиная колдовство. Зейн невольно залюбовался ею. Во время занятий магией внутренняя сила, что была в Еве, вырывалась наружу, освещая девушку изнутри. Клэйфилд уже меньше стеснялась в его присутствии. Напротив, она старалась изо всех сил, чтобы вылечить его руку. Когда настойка была готова, Ева услышала от капитана юнита Z небывалую похвалу. Зейн положил здоровую руку ей на плечо и сказал, что гордится ею. Его слова придали ей сил. Она подняла на него глаза, и энергия, что там отразилась, заставила Зейна задержать дыхание. Видя его реакцию, Ева решилась на кое-что для неё нехарактерное. Она опустила чашу с настойкой обратно на столешницу и прикоснулась к манжету белой рубашки Зейна. В своём углу Найл внимательно наблюдал за ними поверх журнала. Ева взяла Зейна за запястье и принялась расстёгивать пуговицы на рукаве. Малик не возражал. В ту секунду он забыл о существовании Найла. Не помнил он и о Гарри, что шастал где-то в доме. Зейн позволил рукам Евы нежно растирать его ладонь. Он в ней не ошибся: талантливой она была. Боль стала отступать практически сразу. – Знал бы он, что всё так закончится, то обжёг бы себе пресс или ещё что пониже, – громко сказал Стайлс, заходя к ним. Ева тут же отступила. Зейн покраснел и стал застёгивать рукав. Оба молчали. – Что-то пониже я бы ему точно натирать не стал, – отозвался маг, который снова погрузился в чтение о клинках и лезвиях для метательного оружия. Лишь ближе к вечеру он заявил, что пришло время им с Евой уединиться. – Красавчик, – присвистнул Гарри, возясь у плиты: сегодня была его очередь готовить ужин. – Поаккуратней с ней, Найл, – Зейн сидел за барной стойкой, пытаясь контролировать кулинарные порывы своего коллеги. Хоран, что как раз переоделся в привычный для себя костюм монаха, как называл его всё тот же Гарри, покосился на Еву, что стояла в сторонке, и улыбнулся. – Ты за неё переживаешь или всё же меня? – Не напугай её, – серьёзность Зейна удивляла даже Хорана, что, казалось бы, за годы работы в юните Z ко многому уже стал привычен. Спускаясь за Найлом на первый этаж, Ева впервые решилась высказать своё недовольство. – Зейн считает, что я ни на что не способна, да? Найл отрицательно покачал головой. – Не думаю, что тут в этом дело, – признался он, – пойми меня правильно, Зейн вообще не самый чуткий руководитель. То, как он переживает за тебя, наверное, потому что ты девушка, – маг галантно открыл перед ней дверь, пропуская в сад. Такое объяснение не на шутку возмутило Еву. – Среди Сидов полно девушек, – затараторила она, но Найл её перебил. – Я знаю, но позволь заметить, что Зейн с ними принципиально не работает. Работа наёмника не соответствует его представлениям о природе девушек. Услышав это, Клейфилд моментально надула губы. Найл усмехнулся про себя, но не стал ставить неудобные вопросы. – Итак, Ева, – он остановился возле одного из валунов в саду. Прохладный вечерний воздух приятно наполнял их лёгкие, – магия крови звучит довольно впечатляюще, но я хотел бы увидеть… – Что, на себе? – она испугалась, а Хоран только рассмеялся. – Нет, с твоего позволения я ещё поживу, – он повёл рукой, показывая куда-то в пространство, – но жизнь циркулирует всюду, куда ни глянь. А жизнь – это, как известно, вода, – он указал на зелёный газон, на котором они стояли. Ева заметила, что Найл босиком, и велела себе брать с него пример, – начни с травы, – попросил он её. Ева снова бросила взгляд на растения в саду. Такого ей в голову не приходило, но в словах Найла был смысл. Она управляла кровью в человеческом теле, значит, по идее, она может подчинить себе любую жидкость, причём везде. Девушка сосредоточилась на траве, пытаясь внутренне ощутить воду, что скрывалась внутри. Один взмах рукой, и жизни не стало. Найл и Ева зачаровано глядели на иссушенную землю, что была под ними. Такое впечатление, что там, где секунду назад был цветущий оазиз, сейчас пролегла пустыня, что тысячи лет не знала дождя. Ева не могла поверить, что это её рук дело. Найл же пришёл в себя немного быстрее. – Хорошо, умница, – он прокашлялся, – а теперь верни как было. Еве словно залепили пощечину. Она уставилась на парня в удивлении, пытаясь найти в его выражении лица намёк на шутку. – Но, Найл, как? – пролепетала она. – Я же не могу… Всего лишь доли секунды, и в его глазах стояло разочарование. Он позволил себе размечтаться. Клейфилд вдруг стала сама не своя. Она правильно поняла выражение лица мага, и ей стало стыдно за себя. – Ева, урок номер один. Разрушать можно только тогда, когда ты уверена, что за этим последует созидание. Он лишь слегла приподнял руки, направляя ладони к земле. Секундой позже жизнь вернулась на их участок. Кадет не могла оторвать взгляда от травы, что он чудом вернул к жизни. Кое-где даже заново распустились цветы. – Найл, как ты… Ты умеешь? – Нет, – он покачал головой, предугадывая её вопрос, – я не умею воскрешать мёртвых. Это была последняя ночь Евы в их особняке. И снова никому не спалось. Желая выяснить, что скрывает Гарри, Зейн ни на секунду не оставлял его одного, то прося выпить с ним, то принимаясь обсуждать мировые новости и спрашивая совета. Ева закрылась в библиотеке, с твёрдым намерением узнать как можно больше о природе своей силы. Ей было страшно, но она больше не собиралась полагаться на других людей. Она должна была быть в состоянии сама себя защитить. Один лишь Найл не пожелал разделить их компанию. Он ушёл к себе, надеясь, что сегодня во сне он наконец увидит, какой бы была его жизнь, не родись он Заклинателем Иса. Засыпая, он шептал себе, что это будет именно та ночь, когда он сможет увидеть мир наизнанку. Но, конечно же, это был самообман. За всю свою жизнь он никогда прежде не видел снов.