Теперь точно не брошу

Если подумать, человек по своей природе яро стремится к самовыражению. В живописи, в поэзии, в музыке. В творчестве. Человеческому существу как воздух необходима похвала, признание и слава. Но как её добиться? Как слепить из себя человека, который любит не только себя, но и все окружающие? Если речь идёт о конкретном человеке, например обо мне, то всё выходит достаточно просто и однобоко. С самого раннего детства я обожала рисовать. Не выпуская карандаши из своих маленьких детских ручек, я рисовала где угодно и когда угодно: ночью и на стене и обоях, днём на газетах и скудной бумаге, принесённой отцом с работы. Разрисовать своё свидетельство о рождении? Да запросто! Порвать на кусочки папин паспорт и склеить из них уточку? Без проблем! Требовалась похвала, признание моего сногсшибательного невероятного таланта. А получала ругань, тумаки и папин тапок на заднице. С годами потребность к самовыражению растёт как на дрожжах. Требуется больше карандашей, больше бумаги, больше раскрасок и тому подобное. И начинаешь понемногу понимать, что-то, что ты рисуешь тебе не нравится. Мама скрупулёзно складывает твои «шедевры» в толстую увесистую папку, подписывая на каждом твоём рисунке дату и возраст. А ты сгораешь от желания взять эту несчастную папку и сжечь. И ты сжигаешь. В одиннадцать лет, приехав к бабушке в деревню на лето и тайно взяв с собой ту самую злосчастную папку, я сжигаю её в бабушкиной старой печи. Самосовершенствование. Оно нужно. Как под кайфом, начинаешь рисовать каждый божий день. Утром, в школе, на переменах, на уроке и в столовой, дома, вместо уроков рисуешь в тетрадях для домашних работ, ночью, не спишь и рисуешь под одеялом с фонариком и телефоном. Год за годом. Двенадцать. Тринадцать. Четырнадцать. Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать. На дни рождения получаешь не горы конфет или игрушек, а альбомы для рисования, пастель и уголь от друзей, акварельные карандаши от родителей, дорогущая художественная акварель от бабушки. Всё это только для твоего творческого развития. И как больно сейчас осознавать, что их надежды не оправдались. И никогда теперь не оправдаются. Боишься сказать. Страшно признаться, что собираешься поступать на в художку, а в вет институт. Боишься признаться. Больно разбивать их мечты и надежды. Особенно больно, когда художество освобождает место для писательства. Пару лет назад, буквально недавно, я стала замечать за собой, что обожаю рисовать комиксы. И не только рисовать в них, а и придумывать невероятные сюжеты для них. Ночью, укрывшись одеялом и закрывая глаза я видела невероятные сны, удивительные приключения, которые я не могла запечатлеть на бумаге. Я вижу всё перед своими глазами, прямо сейчас, но выразить этого, увы, не могу. И тогда, год назад, когда пришло осознание, когда окончательно пришло озарение, я начала пробовать себя в писательстве. Попробовать себя в том, чем бы я могла заниматься и чем бы я зацепила не только своё близкое окружение, но и других, незнакомых мне людей. И понеслось. Было далёкое лето 2014, когда я впервые начала писать. По-настоящему. С серьёзным отношением к делу. Я была маленьким неопытным зелёным человечком, не способным ни на что. Я описывала свои скудные дни, общение с друзьями, зарисовывала маленькие курьёзы из будничной жизни дачников, т.е. моих родителей. Затем начала придумывать односложные сюжетики, небольшие очерки для понятия настроения. Всё продолжалось вплоть до осени 2014, когда я открыла для себя фикбук. Невероятное открытие, признаюсь вам! Ни о чём подобном в рунете я и подумать не могла, правда! Чтобы простые люди выкладывали свои работы на всеобщее обозрение, а другие читали это и высказывали своё мнение, оценивая, а иногда и давай советы для лучшего написания. Невероятно! Фикбук я тогда зачитывала до дыр, признаюсь вам. Но что-нибудь выкладывать туда, нет, увольте. При всей моей неопытности я не хотела быть посмешищем, не желала быть высмеянной. Всё этот чёртов страх сковал меня и не давал волю. Но дни шли, а писать при этом я не переставала. Но делала я всё немного по-другому. Есть у меня учитель такой, учительница, если быть конкретнее. Молоденькая, двадцати пяти лет от роду, остроумная, добрая и отзывчивая. Английский ведёт. И есть у неё бзик такой, чтобы детки как можно больше сочинений писали, слов так на двести минимум, и всё на английском языке. Конечно, я пользовалась переводчиком, НО! В начале работы его нужно было написать на русском! Тут я и давала себе волю. Темы для сочинений были вплоть до «напишите продолжение к рассказу Рея Бредбери «И грянул гром» ». Когда для большинства было трудно придумать чтобы было, если он сам попадёт в прошлое и изменит настоящее, то для меня это не составляло особого труда. Нашёлся выход. И спасибо ей за это огромное. При всём этом я продолжала читать всяческие рассказы на фикбуке и удивляться поистине талантливым писателям. И, знаете, цепляло то, что и я могу так же, что и я могу представить свои непутёвые работы людям. Таким же людям, как и я, сидящим перед экранами своих компьютеров и телефонов. И не стоит бояться. И не стоит бросать любимое дело после каждого провала. Не стоит выбрасывать свой талант в мусорное ведро. Если ты хочешь творить — твори. И не оглядывайся на других.