Дурак

      Рома, на удивление, провел вечер в абсолютном спокойствии, лишь изредка скрипя стулом и напевая что-то под нос, для приличия действуя на нервы, поэтому сейчас я, более бодрый и самый раннепроснувшийся, созерцал потолок, как бы не замечая нагло закинутую на меня ногу. Будить этот ходячий шум не хотелось — спокойному, равномерному пробуждению можно сразу сказать слова прощания, а аккуратно сдвинуть ногу не получалось — малой стразу сонно хихикал и ближе поджимал меня своими конечностями.       Тихий звук открываемой двери, и в комнате появляется мама. Смотрит слишком умилительно, переводит взгляд на меня, вздыхает, и садится на край кровати.       — Как в альтернативную версию прошлого попала.       — Ты знаешь такие длинные слова, занятно.       — Ой-ой. Я что хотела сказать, мы сейчас с Мариночкой ненадолго в магазин, а ваша задача перебрать картошку, понял меня?       — Понял, — желая выбраться из объятий одеяла и подушек, всё же переложил лапки спящего парня с себя на постель. Тот только потянулся, сказав что-то вроде «котя». Я, неясно с чего, раскраснелся.       — Вам что-нибудь в магазине надо? — видимо, мама не услышала.       — Наручники.       — Наручники? Зачем? — в меня вперились взглядом.       — Чтобы один малец руки распускать больше не смог.       — Ромочка тебя бьёт? Так он же в шутку, Саш, ты чего. Он такой хороший, хрупкий мальчик, просто хочет больше внимания.       — Ага, бьёт. Эмоциональными всплесками по голове. Лан, мам, я переодеваться буду. Это намёк.       — Да что я там не видела?       — Мам.       Родительница всё же удалилась. Натянув на себя футболку, я потянулся за бриджами.       — Значит, нару-у-учники, Сашулька, — зевнули в области кровати.       — И кляп.       — Хочешь приковать меня к кровати и измываться?! Негодник! До свадьбы даже рукой меня не трогайте!       — С удовольствием.       — Ты делаешь мне грустно…       — Как мне жаль, как мне жаль, что же сделать для исправления положения?       — Ммм… Дай зайти в ВК!       — Зачем?       — Ну, я хочу посмотреть кое-что в одной группе…       — Никакого гей-порно на моем компьютере.       — Да как ты мог такое подумать, ба-а-ака! Мне нужно сообщество по поиску людей в вашем городе.       -..Ладно.       Застегнув пуговицу на ширинке, включил ему комп. Блоха срывается с места и с грохотом занимает мой стул.       — Саш, Саш, Саш, Саш, Са-а-а-аш!       — Чего тебе?       — А можно гостей?       — Каких?       — Живых!       — А, тогда без проблем.       — Есс.       — Давай серьезно.       — Ну блин, девчонки те, которые в парке подходили, помнишь?       — Зачем они нам тут?       — Да и правда, ты же и мной насытишься.       — О боги, ладно. Почему бы не погулять на улице? .. Можешь позвать их завтра в дом на чуть-чуть.       — Пасиба-а, любовь моя ~       — За это ты перебираешь картошку, — вовремя вспомнил.       — Ты мне не поможешь?       — Пф, не я же выпрашиваю гостей.       — Противный, обижающий и дискриминирующий малолетних.       — Ага.       Всё-таки полностью использовать малого не удалось — к тому моменту, как я за ухо вел его к мешку с картофаном, мамы ещё были в квартире, попивая чай «на дорожку». Не избежав хилой взбучки от своей маман, моя персона тоже была запряжена для выполнения этого благого дела. Больше всего мне нравится наше «боевое облачение». Можно создавать собственную мини-компанию под лозунгом «Много дел? Не успеваешь? Папочки-кухарки в очаровательных фартуках выполнят за тебя всю работу! Готовка, уборка, стирка, глажка, дети — папочки-кухарки выполнят любое поручение! Всего за N-ое количество рублей в месяц! Папочки-кухарки!» Не сомневаюсь, завал клиентов будет. А то негоже так вот бесплатно пахать. «Костюмчик» Ромы был выше всяких похвал, честно. Маме его теть Ира с соседней квартиры подарила. Такой красненький с дерзкой-резкой надписью, гласящей о том, что все бабы как бабы, а носитель данного предмета гардероба — королева. Нынешняя «королева» натягивала резиновые перчатки, что-то бурча под нос и недовольно зыркая на меня.       — Ну что я тебе сделал?       — Что сделал?! Да где это видано, — обидится, что картошку перебирать заставили? — чтоб королевы такими грязными делами занимались?! Ты мой рыцарь, ты и делай всё!       — У меня на фартуке отсутствует такая информация, — чисто фиолетовый, вроде. Разве что, с золотой каёмкой, — по-другому не воспринимаю.       — Бака-Саша, хочешь, чтоб я тебе маркером это написал? — на меня так угрожающе-угрожающе взглянули.       — Давай уже перебирать, а то никаких тебе завтра гостей.       — Длинная тентакля прямо по курсу-у-у! Александр, пригнитесь! Александррр! Бах! Я спасу вас! Хрясь. Подлая тентакля лишилась тентаклей! Почему Вас спасает Ваша же королева, мой рыцарь?       — Ты невменяемый.       Шли уже последние клубни, и бедного мальчика вконец убило этой тяжкой работенкой. Малыш развлекался, как мог. В его руках были и искалеченные люди, и дружелюбные юпитеровцы, и создания тьмы, и, конечно же, коварная тентакля, от которой я только что был храбро спасен.       — А где же «Спасибо, сердце мое, дай мне свои лакомые губки я потискаю их своими!»?       — Этого точно не скажу.       — Злюка, — Рома утёр нос, оставляя грязный след.       — Свинка.       — Пеппа.       — Хоспади.       — Ха!       Последний клубень. Чистая картошка идет сюда, а её «тентакля» туда…       — Та-да! Я закончил, Сашуль, — резко вскрикнули рядом.       — Если мне не изменяет память, то закончил я.       — Не испытывай судьбу — не перечь королеве!       — Свергаю Вас с трона, — фартук был беспрепятственно развязан, снят и умещен на крючке вместе с моим.       — Тело в дрожь бросает, когда ты меня раздеваешь…       — Меня сейчас в дрожь бросит от того, что ты говоришь.       — Тебя так возбуждает мой голос, сладенький? — беспокойно отозвались снизу.       Прикусив щёку ради сохранения молчания, двинулся в комнату.       — Эй, а помочь убрать тут всё?       — Малолетним извратам не помогаю.       — Сашуля…       — Я делаю это не из-за того, что ты попросил.       — Да-да, разрешу тебе скрыть свои чувства. Понимаю твое сегодняшнее смущение. С тайно любимым человеком наедине… да тот ещё в таком сексуальненьком фартуке. Не знаю, как ты устоял…       — Уверяю, это было не трудно.       — Бедненький мой, я желаю ответить на твои чувства!       — Твою ж! Рома! — эта бестия прямо в грязных перчатках обхватила меня, загадив светлую футболку.       — Упс, хочешь, душ вместе примем?       — Да, бл*ть, хватит уже!       — Саша? Прости.       Черт, кажется, я переборщил. Но шутки шутками, а слушать это и вправду немного надоедает. Просто эти его выходки, неизменное поведение и… Да вообще всё! Не привык я к такому. А сейчас ещё настроение резко упало, вот и сплоховал.       — Слушай, ты только не дуйся, — посмотрел на мальца, всё ещё стоявшего рядом и, о боги, виновато опустившего голову.       — Да не дуюсь я, знаю ж, что надоедаю… Хочешь, футболку постираю?       — Постирай. Не испорти только, — стянул с себя злополучный предмет гардероба и протянул Роме.       — И перчатки сними, балбес.       — Бе-бе-бе. Пузико у тебя клёвое, ровненькое, — и, выхватив вещь, парень исчез в ванной.