Русская рулетка, судьба

Сквозь тревожные сумерки — дым сигарет. Отражается в зеркале нервное пламя свечи. Я сижу за столом, на столе — пистолет

Тихая и глубокая ночь в местной больнице, где четыре часа назад потух свет, и только в коридорах горели лампы для чтения. Одна из этих ламп вела себя странно, то горела, то потухала. Медсестра, которая только что вступила на свой пост, выключала и потом включила — не помогло, все равно спустя, какое-то время переставал работать. Дверца приоткрылась и из неё вышла, молодая девушка с рыжими волосами, одета, как все — белый больничный костюм с короткими рукавами. Её правая рука держалась за капельницу, поэтому она шла не спеша. Склонив голову вниз, она подошла к не большой дверце с табличкой «Туалет». Открыв её, Агнесса вошла внутрь. Два дня назад. — Ну что, когда тебя выписывают? — Врач сказал, что хочет что-то проверить и ушел… — Надеюсь, ничего серьезного. В дверь постучались несколько раз и вошли, на пороге стоял врач. Его лицо было грустным и печальным, словно ему было жаль милую леди, которая сидела в позе лотоса на кровати и чувствовала себя прекрасно. Её подруга подняла одну бровь вверх, ведь она не может понять — почему он грустит? – Что-то не так? — с озабоченным и одновременно переживающим голосом спросила Момо, а после посмотрела на Агнессу. Её вырожение передало всю боль, что испытывала девушка, когда услышала ответ врача «Да». В свою очередь Агнесса поменялась в лице. – Что со мной не так? — дрожащим голосом спросила она. Врач присел на кровать и взял её за холодную руку. В ней чувствовался бешеный пульс Агнессы. Девушка нервничала, она боялась правды, которую открывают перед ней, как новые ворота. — У вас рак крови именуемым «Лейкоз». Ещё у вас частичная амнезия. Другими словами, вы не помните, что с вами произошло определенный период времени. — Но нас она помнит, — сказала Момо. — Я же говорю, что она не совсем все забыла, а только определенные моменты из её жизни. Девушка была в шоковом состоянии, она не могла поверить своим ушам, что обладательница рака и амнезии. Тут вырисовывается два вопроса. Сколько лет он у неё? И какие моменты из жизни она не помнит? Если постарается, вспомнит, что неделю назад, когда она попала в больницу, то Агнесса не могла вспомнить одного человека — своего мастера по нэн, которая была почти ей как мать. – Тогда откуда у Агнессы рак крови? – Прощу меня простить, но я не знаю ответа на этот вопрос. Настоящее время. Утро. Девушка смотрела в окно. Она не желала видеть кого-то из организации, ведь при виде их лиц — больно и слезы наворачиваются. В дверь постучались, и вошла медсестра. — Вот, Агнесса, я пришла ставить тебе капельницу. Что за грустный вид? Да не переживай! Все будет хорошо! — сказала она. Девушка в белом медицинском халате вколола Агнессе иголку в руку. Без эмоций проговорила девушка: — Воняет. — Деточка, ты, наверное, забыла, но мы в больнице и здесь не воняет, а пахнет медикаментами и разными таблетками. Так что не смей такое при докторе говорить! — огрызнулась медсестра. Девушка поставила капельницу и вышла из палаты. Агнесса скривилась и повернулась на бок, где стояла капельница. Она не могла поверить в свой диагноз, да ещё опустошение в её душе из-за амнезии. Что может быть хуже? Она не знала. С её голубых глаз потекли слезы, слезы боли и пустоты, которую она испытывала с того пробуждения, того проклятого дня, когда она проснулась и не могла понять, что делает в больнице. Что ей делать? Как жить? Подняв свое туловище и выпрямившись, она стала смотреть в стену. Её слезы продолжали течь с глаз, бледная рука потянулась, чтобы вытереть их. Она вздохнула… – Что мне делать? Из-за этой болезни она решилась на тяжелый шаг — бросить организацию. Это был тяжелый шаг для неё, ведь «Лойстер» — её дом, но, как тогда можно его бросить? В нем она была тем, кем нуждались и поддерживали, переживали, заботились, оберегали, были настоящей семьей, а теперь все это бросить? А как по-другому? Ведь Агнесса не хотела видеть боль в их глазах. Когда девушка решилась, она наконец написала письмо для Госпожи Глориаз, чтоб она поняла её ситуацию и отпустила, ведь Агнесса чувствовала, что… Девушка перевела взгляд на потолок, а лист бумаги остался на коленях. В кого она превратилась? Ведь была сильная, тихая и спокойна в стрессовых ситуациях, а сейчас она была похожа на тряпку с мокрыми глазами. Да, на неё давило больше всего её амнезия, ведь, по словам её мастера, все это было из-за него. Имя она не сказала, и даже долю её прошлого. По правде девушка отчаялась и очень сильно, она не представляла своего будущего. – Мне придется провести большую часть своей жизни в больнице? — спросила она себя. – Если ты, так хочешь, могла бы уйти из этой жизни, — раздался мужской голос. Агнесса посмотрела на источник этого до боли знакомого голоса, только кому он принадлежал? Вид и образ парня напоминал кого-то, но только она не знала, кого этот парень напоминал ей? Девушка ничего не ответила, но задумалась о его словах. Она прижала к себе ноги и уткнулась носом в них. – Может ты прав, — посмотрела на руку, — мне нужно лишь перерезать их. – Конечно, нет! — возразил голос. Впервые в жизни он не играл с кем-то, а наоборот заботился — ведь она ему нравилась? Может, это девушка единственная, кто понимает его, того, кто ищет сильных противников, и ради этого он готов на все. Агнесса, после встречи с парнем начала все больше переживать по поводу своего диагноза и амнезии. Шло время, к девушке наведывались медсестры, которые любили «развлекать» её тут, чтоб она не думала о скорой кончине. Одна из этих пожилых женщин принесла Агнессе сладкие конфеты, которые молодая девушка любила, но она забыла, как полюбила их…

«Я нахожусь в светлой комнате, без окон, без дверей, сижу за столом, на столе револьвер….»