Убей меня... если сможешь

Кейт заговорила только когда вышла из душа. Итан послушно сидел, глядя себе под ноги, пока не выключилась вода, а перед его глазами оказались две поцарапанные и побитые ступни. Тем не менее, пахла она прекрасно: что-то фруктовое и сладкое. Не сдержавшись, он скользнул взглядом выше, разглядывая голые ноги, прикрытые выше колен полотенцем. – Я всё, – заметила Кейт, но даже не подумала брать одежду из его рук. И он не сдержался. Их сегодняшнее приключение до сих пор держало его в напряжении, пока не взорвалось чистой, неразбавленной сексуальной энергией. Но у него хватило мозгов не кидаться на Кейт. Итан медленно встал и положил её одежду на крышку унитаза. Кейт стояла на месте, не отступая и не тушуясь. Тогда он так же медленно сделал единственный шаг вперёд и осторожно заправил её мокрые волосы за уши. Она была потрясающей. Смелой. Сильной. Живой. Настоящей. Она едва не задыхалась от страха, но находила в себе силы пересилить свой ужас. Она сбежала через пол в ванной! Она не смогла открыть дверь, но не сдалась, пока не раскурочила полсанузла. Она убежала гораздо дальше, чем он думал. Но Кейт не была бесстрашной машиной. Она испытывала такую парадигму эмоций, что иногда Итан чувствовал себя ущербным рядом с ней. И она не боялась своих чувств, не считала их проявлением слабости. Её губы слегка приоткрылись, когда Итан провёл кончиками пальцев по её щеке, такой нежной и розовой, что у него перехватило дыхание. И тогда он поцеловал Кейт Коуэлл. Итан крепко её обнял, выпрямился в полный рост и поднял Кейт над полом. Она не сопротивлялась, она целовала его так же отчаянно, как если бы его нужда стала её собственной. Это не был злой, агрессивный поцелуй. Наоборот, Кейт будто брала всю его ожесточённость в руки, каким-то невиданным волшебством превращала эту мутную зловонную жижу во что-то чистое, нежное и чувственное. Так на него подействовала Кейт. В спальне Итан усадил её на кровать и встал на колени между её ног. Внезапный вопрос заставил его покрыться мурашками. «Как я её убью?». --- Кейт видела, как взгляд Джона возбуждённого и нежного превращался в стеклянный, мёртвый. Она немного отстранилась. Джон опустил голову и спрятал лицо в ладонях. Кейт выжидала, так и не убрав рук с его плеч. Наконец, гнетущее молчание стало раздражать. – Мы можем остановиться, – тихо проговорила она, ожидая реакции. – Я не стану держать это против тебя. Его тело немного дернулось от усмешки. Но Джон так же сидел, не говоря ни слова. – Ты в порядке? – В полном, – он сказал это с какой-то странной ноткой горечи и надменности. – Что-то мне так не кажется. Внезапно он вскочил и выплюнул, безумно глядя на неё: – Я убить тебя должен! Какая разница, что тебе кажется?! Мне отдан приказ! Я должен… Должен… – казалось, он не мог закончить фразу. Кейт посмотрела так, будто не была уверена, что расслышала. – Убить?.. – одними губами прошептала она. – Да, – уже спокойнее подтвердил Джон, закинув голову, будто глядя на небо сквозь крышу трейлера. --- Кейт дёрнула губами, будто насильно удерживала их вместе, на глаза навернулись слёзы, но ни одна не скатилась по щеке. Она спрятала лицо в руках, качая головой. Секунду она сидела так, а Итан готовился к истерике. Не выдержав, он осторожно коснулся её плеча. – Кейт, я… – начал он. – Зачем ты меня вообще спасал? Зачем это всё? – Это не то, Кейт, я… – И как?! Как ты будешь меня убивать? Застрелишь? Задушишь? Отравишь? Зарежешь? Она вскинула голову, губы дрожали, а слёзы наконец-то вырвались. Она вскочила с кровати, сбросив его руку, и вжалась в стену, будто хотела быть как можно дальше от него. – Как ты меня убьёшь? Расскажи мне! Я же имею право знать, да? Имею? Так скажи!!! Я знать хочу! Ну! – она выкрикивала вопросы, каждый из которых разносился по комнате, больно отдаваясь эхом в голове Итана. Он стоял на месте, не зная, что сказать или сделать. А она кричала, плакала, лицо некрасиво исказила гримаса отчаяния и страха. Не выдержав, Итан сделал то, что невыносимо сильно хотел – в два больших шага приблизился к ней, схватил в охапку и прижал к себе. Кейт яростно отбивалась, заливая слезами его футболку и выкрикивая что-то непонятное. А он просто обнимал её, нежно поглаживая по волосам, плечам и спине. Она потихоньку успокаивалась. Наконец, она тоже обняла его, беззвучно плача на плече. – Я этого не хочу… – тихо и уверенно проговорил он ей на ухо. Её плечи только сильнее задёргались. Они долго простояли так. Пока она не спросила: – Сколько у тебя ещё есть времени? – 67 часов, – ответил он, кидая взгляд на настенные часы. Кейт была как-то странно спокойна. Будто хлопушка, которая выстрелила конфетти в воздух и теперь яркие пятна плавно кружили, оседая на пол в полной тишине. – Я сама. – Что «сама»? – Сама это сделаю. Не надо. Это большой грех. – Что ты сделаешь? – он за плечи резко встряхнул её, отодвигая от себя. – Ты же понял. И перестань, мне больно, – слёзы опять наворачивались, только было их очень мало. – Ты ничего не сделаешь, ты меня поняла?! Кейт, поджав губы, опустила взгляд. Без прелюдий и нежных ласк, он грубо обнял её, впиваясь в губы. Два шага вправо. Кровать. Они упали на неё вместе, будто споря, чьё желание больше, сильнее. Она бесцеремонно стягивала с него футболку, а он одним движением раскрыл влажное полотенце, обёрнутое вокруг груди. Они бились локтями, задевали друг друга руками, но это всё было неважно. Неважно, что у них осталось 67 часов. Неважно, что её давно списали со счетов. Неважно. Они просто грубо и яростно любили друг друга здесь и сейчас, потому что эта быстротечность жизни ужасала и захватывала одновременно. Больше может не быть возможности. Не быть времени. Они кусались и толкались. Он жестко сжимал её кисти всякий раз, когда не мог иначе пересилить её страсть и напор. И это было прекрасно. Каждая секунда была волшебной. Впервые, Итан смог не думать ни о чём, кроме Кейт.