Лишенные

Поначалу оказалось трудно. Трудно смириться с тем, что Бэтмена - грозы всего Готэма, защитника и надежды, великого Темного Рыцаря - не стало. Стефани считала, что это просто глупая шутка. Но нет, Лесли, смотревшая на нее своими чересчур пронзительными голубыми глазами была крайне серьезна. Стеф так привыкла к его безэмоциональному тону, мрачному взгляду на жизнь и каменному выражению лица. Теперь все воспоминания о нем сливались в кучу, превращаясь в глухой поток несвязанной друг с другом информации. Наверное, краски воспоминаний размывали слезы горя. Стефани никогда не думала, что сможет так сильно привязаться к нему. Попытка узнать, как же дела у оставшейся части их (не)семьи (потому что у Стефани уже есть семья - это ее мама; а больше не надо, совсем, твердила себе она; потому что привязываться нельзя - не с их работой) увенчалась полным крахом. Дик куда-то запропастился и не показывался уже около месяца. Джейсон свалил в долгое путешествие и о возвращении назад не упоминал. Тим последовал примеру старших братьев и также исчез с радаров. Не говоря уже о Дэмиене, который отправился куда-то в Тибет. В общем, из всей их немногочисленной группы остались только она, Бэбс и Альфред. Долго, правда, это не продлилось. Преступность резко возросла после исчезновения Брюса, она не могла держать всех под контролем и даже помощь Оракула и Черной Канарейки не делала погоды. Комиссар Гордон не мог оставаться больше в Готэме, поэтому прихватил Барбару и уехал. (Не)семья таяла на глазах, и Стефани ничего не могла с этим поделать. Часто она заглядывала в Уэйн-менор. Альфред, тщетно старающийся сохранять прежнюю английскую холодность, тут же оживлялся и принимался за беседу, хотя внутри сильно корил себя за несдержанность. Сейчас поддержка нужна маленькой девчонке, которая потеряла друзей. Маленькая девчонка была уверена в обратном. Альфред рассказывал о Брюсе и о ребятах. О Дике, Джейсоне, Тиме и Дэмиене. Нередко упоминал Барбару и говорил, как они ее любили. И как сильно они любили ее, Стефани. А сейчас вдруг куда-то все запропастились. Альфред твердит, что скоро ребята вернутся. Стефани не хочет верить в то, чего никогда не случится. У Альфреда в комнате - семейный портрет, а еще шелковый платок рядом с ним, на той же полочке. У Стефани внутри - пустота. - Мисс Браун, рад видеть вас. Девушка кивнула, проходя в поместье. В последнее время это стало так привычно. Но сегодня что-то изменилось. Что-то подсказывало Стефани, что изменилось. Она осмотрелась и поняла, что поместье сейчас какое-то... живое, что ли. И сам Альфред едва ли не светится от счастья. Неужели это то, о чем она думает? - Привет, Стеф. Она старается сдержаться, когда смотрит в яркие голубые глаза, и внутри все так и воет от ужасной тоски и непревзойденной радости одновременно. Тим улыбается, сдержанно и легко, а Стефани не выдерживает и все же проходится кулаком по его скуле вместо дурацкого "привет" в ответ ему. Они оставили город. Они оставили Альфреда. Он... оставил ее. Но парень продолжает улыбаться, хоть и потирая правой рукой ушибленную щеку, он выглядит по-прежнему мило, и Стефани не выдерживает, кидаясь ему на шею и крепко обнимая. Теплые ладони проходятся по спине и плечам. Все эти последние месяцы город был в опасности, но Спойлер удавалось сдерживать в узде многих преступников. Все эти последние месяцы жители были в опасности, но Спойлер давала им новую надежду на лучшее. Все эти последние месяцы она была в опасности, но защитить ее, увы, некому. Сейчас девушка уверена, что все переменится. Когда теплые ладони нежно поддевают ее светлые волосы. Когда Тим продолжает сдержанно улыбаться. Когда она понимает, что его глаза остались прежними - такими же красивыми, чистыми и голубыми.