Когда прострекочет дрозд...

      Я проснулась оттого, что в нос мне лезли назойливые конские волосы. Вздрогнув и чихнув, я резко подняла голову. Не знаю, как, но задремать мне, всё же, удалось, а каким образом я и Моя изящность не свалились с пони, вообще, было для меня загадкой. Осмотревшись, я удивилась смене пейзажа. Яркое солнце освещало всё вокруг: уже зелёные деревья, как и я, радовались теплу, на траве в золотистых лучах искрилась роса, с цветка на цветок порхали бабочки, а небо поражало своей пронзительной голубизной. Холмистый ландшафт придавал неописуемую уютность местности, и, так и хотелось присесть под каким-нибудь старым дубом и никуда, никуда не торопиться. Дорога, петляя, бежала вперёд и уходила за маленький холмик, покрытый изумрудной травой, в общем, наконец-то ощущалось присутствие апреля. -Вот мы и в Шире, Анур! -Как здесь уютно! -Это ты ещё в хоббичьей норе не была, вот она - само воплощение тепла, радушия и гостеприимства. -А когда я задремала? И как мне удалось остаться в седле? -Заснула ты, когда начала описывать эти летающие штуки - самолёты, а на второй вопрос я, пожалуй, отвечать не буду. -А скоро мы уже приедем к этому..., кстати, а как хоббита-то зовут? -Моя дорогая, ты проявляешь поистине детское любопытство!       Я, готовившаяся задать ещё пару вопросов о самих гномах, прикусила язык. Хотя, с другой стороны, Гендальф единственный, с кем я могу говорить на абсолютно любые темы, по крайней мере, пока. Волшебник молчал, а я ёрзала в седле, с непривычки, оно мне жутко натёрло и вообще наскучило, ведь мы ехали, не слезая, больше десяти часов! От нечего делать, я снова принялась разглядывать пейзаж, напевая при этом мотив какой-то песенки, слова которой, давно стёрлись у меня из памяти. -Гномы неплохо поют. -Что?- переспросила я. -Гномы неплохо поют. -А...И? -Ты напевала, и я подумал, что тебе это будет интересно. Они знают множество песен о своей истории, как на всеобщем языке, так и на кхуздуле. Хоббита, кстати, зовут мистер Бильбо Бэггинс. А теперь, нам пришла пора расстаться на какое-то время, потому что знакомить его с гномами раньше времени не входило в мои планы,- и он посмотрел на меня долгим взглядом. -Расстаться? Значит, ты меня, то есть, вы меня покидаете? -Я поеду к нашему взломщику, а ты в это время езжай по этой дороге налево до большого дуба с двумя вершинами. Дерево огромное, не ошибёшься, там и жди меня, всё поняла? -Вроде, не так сложно,- улыбнулась я и помахала ему рукой на прощанье. Гендальф кивнул мне и, не спеша, поехал дальше по дороге. Только сейчас я заметила, что конь на самом деле был белым.       Нет ничего удивительного в том, что его лошадь оказалась другого цвета, ведь во вчерашних сумерках я бы любую масть приняла за серый. И, вообще, какая разница? Почему я так к этому коню привязалась? -Ну, что ж, поехали. Налево, так налево, дуб, так дуб, две вершины, так две.       Отлично, я уже сама с собой разговариваю, ведь пони-то мне не ответит. Кстати, было бы хорошо узнать её имя - я потрепала лошадку по гриве. Интересно, о чём Гендальф будет говорить с этим хоббитом, и почему он назвал его взломщиком? Ладно, вот приедет, я и спрошу, а когда он вернётся - Дурин его знает. Да, Анур, вляпалась ты в авантюру, и что ты этим гномам скажешь? "Здравствуйте! Меня зовут Анур, и я пойду с вами! Что вы спрашиваете? Зачем? Ну, просто мне нужен дом и друзья. Я буду вам помогать, чем смогу, но больше буду путаться под ногами, а ещё я умею шить, готовить, лечить и немного сражаться, правда я убивала-то только манекены". Отличная речь, Анур, ты покоришь их сердца! Вот только Торин, до сих пор надеется, что ты откажешься от путешествия.       Размышляя, я вновь обогнула какую-то небольшую горку и, повернув голову на право, неожиданно для себя, увидела самого волшебника (уже без пресловутого коня), беседующего с маленьким и кудрявым хоббитом, в жилетке и с трубкой во рту. Казалось, что Бильбо этот разговор не очень нравился. А я, помня слова Гендальфа про "незапланированное знакомство", поспешила объехать холм, на котором или скорее, в котором жил наш взломщик а, на его вершине, тот же самый взломщик отчаянно пытался вежливо завершить беседу. Оставив их по правую руку, я двинулась дальше и ехала около пятнадцати минут (всё ещё размышляя о предстоящем знакомстве), когда практически лоб в лоб столкнулась с искомым дубом. Точнее, само-то дерево стояло на холме и до того как с ним воссоединиться, я должна была ещё въехать на него, с чем блестяще справилась моя спутница.       Отлично! Теперь я могу наконец-то дать отдохнуть…эм, моей пони и вылезти из этого дурацкого седла. Легко сказать - труднее сделать. Кряхтя и сопя, я начала слезать... Мне показалось, что это длилось целую вечность и когда я, слава Дурину, оказалась на земле, мои одеревеневшие ноги меня подвели и предательски подкосились. Плюхнувшись на больное место, мне уже не хотелось вставать, поэтому я изменила своё положение с сидячего на лежачее, и... почувствовала себя абсолютным бревном! Всё тело ныло, руку-ногу я вообще поднять не могла, и мне ничего не оставалось делать, как закрыть глаза и моментально заснуть.       Сама погода благоприятствовала крепкому и глубокому сну: мягко грело солнце, так, как оно может греть только в конце апреля; лёгкий ветерок перебирал ярко-зелёную траву и такую же листву дуба. Где-то совсем рядом заливался зяблик, и вообще атмосфера была тёплой и дружелюбной. Но, к сожалению, сон мой был не долог. Совсем скоро (или мне так показалось, что скоро), над моим ухом послышалось: -Доброе утро! -Что Вы хотите этим сказать?- приоткрыв один глаз и, улыбнувшись, обратилась я к Гендальфу, - Желаете мне доброго утра или утверждаете, что утро сегодня доброе и неважно, что я о нём думаю? Или, может, Вы хотите сказать, что испытали на себе доброту этого утра? Или Вы считаете, что все должны быть добрыми в это утро? - я села и, вздохнув, добавила,- А, может, Вы всего лишь хотели меня разбудить? Ох, ну, и выдала! И откуда я это помню? Как будто бы стих прочитала. Гендальф озадаченно смотрел на меня с мгновение, а потом, улыбнувшись, задумчиво ответил: -Всё и сразу, я полагаю. -А! Ну и отлично! - я энергично встала, видимо полчаса или час сна пошли мне на пользу, и отряхнула руки от земли.- Что нас ждёт теперь? Как прошёл разговор с Бильбо? И я была бы не против позавтракать! Гендальф сел на траву и, порывшись в походной сумке, достал яблоко, которое и протянул мне. Я кивнула и, взяв фрукт, снова села - прямо зарядка получилась! -Спасибо, так что с Бильбо? Он с нами или нет? -Пока ещё рано говорить, моя дорогая, но я, ни секунды не сомневаюсь, что, в конечном счёте, он присоединится к нам.       Мы замолчали, Гендальф, по-видимому, всё ещё размышлял о хоббите, хотя, кто знает, о чём думает волшебник в данный момент, особенно, такой как он.       Я, доев яблоко, отползла подальше к дереву и, прислонившись к нему спиной, начала дремать. -Гномы будут здесь, в лучшем случае, в начале седьмого, так что можешь пока потренироваться с оружием или научиться залезать на пони. Я, вздрогнув, проснулась: -Что-что? Простите, я не расслышала. -Гномы будут здесь только вечером, и ты можешь пока потренироваться с оружием или поучиться езде верхом. -Понятно... А зачем нам гномы? -Анур, - Гендальф удивлённо взглянул на меня, и я поняла, что спросонья ляпнула какой-то глупый вопрос, - мы ждём основную группу гномов, их там будет семь или восемь, а затем пойдём к мистеру Бильбо, где нас уже встретят ещё четверо, а Торин придёт позже. -Понятно…- снова протянула я.       Это был кошмар, самый настоящий - такое количество людей за раз! Я думала, что будет как-то по-другому, что мы сразу придём к хоббиту, и я познакомлюсь со всеми там, хотя могла бы и догадаться, конечно. Итак, собравшись с духом, я направилась к пони, беспечно пасущейся рядом на лужайке и не подозревавшей о том, что её ждёт. -Гендальф! - крикнула я,- А где Ваш конь? -Он будет ждать нас в другом месте и твоя пони тоже, но потом. -А у неё есть имя? -Человек, у которого я купил её, ничего мне не сказал, поэтому, я думаю, ты можешь дать ей любое имя. -Я назову её Кили!- волшебник подавился трубкой, которую курил и рассмеялся, я покраснела, - Что-то не так? -Анур! Послушай меня! Не надо так называть пони, просто дай ей другое имя, хорошо? -Но почему? Что плохого в Кили? Мне, например, очень нравится, только я не знаю, откуда я его знаю, но это сейчас не важно, так почему мне нельзя так назвать свою зверюгу?- это я загнула, на зверюгу моя рыжая спутница совсем не тянула. -Поверь мне, не стоит так называть животное, но почему ты узнаешь сама, а потом ещё поблагодаришь меня. Хм, что-то тут не так. Не стал бы Гендальф просто так мне это говорить, а что, если на кхуздуле или ещё каком-нибудь языке это означает что-то, о чём не говорят вслух? -Тогда - Мили,- обратилась я скорее к зверю, чем к волшебнику, который, впрочем, меня и так, скорее всего, не услышал, потому что полностью ушёл в себя, с задумчивостью смотрел вдаль на туманные холмы и, всё с той же задумчивостью, выпускал изо рта колечки дыма. -Ну, что ж, дорогуша, заранее прости, если я случайно пну тебя в морду, когда буду залезать на тебя или выдру клочок гривы, когда буду слезать, потом я обязательно угощу тебя за все мучения чем-нибудь вкусным, ладно?- и, проведя рукой по морде Мили, я добавила,- Если вообще не расшибусь. Ну, ладно, поехали!       Следующие пять часов к ряду, я занималась тем, что слезала и залезала, слезала и залезала, немного проезжала и снова слезала. Честно говоря, и без лишней здесь скромности, к концу дня мой успех был на лицо - уже вполне сносно сидя в седле, у меня уже получалось гораздо быстрее, а главное изящней залезать в седло, но вот со спуском у меня были проблемы. Казалось бы, что может быть проще, чем слезть с лошади, нет, даже не с лошади, а с пони, но не тут-то было. Моя изящность, через раз сваливалась с Мили, словно мешок с картошкой - то у меня нога в стремени путалась, то рука в поводе застрянет, то ещё что-нибудь случится, что нормальным людям и не снилось, а, главное, Гендальф всё это время искоса наблюдал за моими мучениями и мучениями пони, и хихикал. Ладно, я понимаю я - меня жалеть не обязательно, но Мили-то чем провинилась? За что ей такое наказание в виде меня? Так что, волшебник из простого сострадания к несчастному зверю, должен был, на мой взгляд, помочь мне освоить эту трудную науку - езду верхом.       И вот, когда я совершала очередной круг почёта вокруг холма с дубом, я увидела группу гномов, неспешно выезжающих из-за поворота. Охнув, я поспешно свалилась с пони и побежала к волшебнику, да, наверное, верхом было бы быстрее, но не для меня. Размахивая руками, я, уже с достаточно близкого расстояния, крикнула ему: -Гномы! Гендальф, там гномы! Восемь!