Не отпускай

Погода испортилась окончательно. Небо было затянуто пеленой из дождя, море, яростно бившееся о стены, сверху выглядело одной сплошной серой массой, рвано двигающейся в разные стороны. И ветер, завывавший где — то на крыше, дул с такой силой, что временами дрожали стёкла, и казалось, ещё немного, и дом рухнет. Рассыплется, как карточный домик, который они с Саске когда — то любили строить в детстве. Суйгецу зябко поёжился, и вздохнул. «Драконье ущелье» оказалось идеальным местом, чтобы укрыть омегу, которого семья захотела спрятать от посторонних глаз. Поместье было куплено давным — давно, через подставных лиц*, впрочем, если история его приобретения и могла заинтересовать Суйгецу, то только в одном ключе. Как это связано с тем, что он успел узнать. -Семейные тайны, — проворчал омежка, поднимая ворот длинного кардигана изумрудного цвета, немного б̀ольшего размера, и укутываясь «по самые глаза», — если бы я не спалился раньше времени, я бы.. Не договорив, Суйгецу снова уныло уставился в слегка запотевшее от его дыхания окно. Как он ни храбрился, противная мысль о том, что он позорно провалился, так и не успев толком помочь своему единственному другу, вдобавок тому, перед кем он виноват, напомнила о себе насмешливым: «ну что, догеройствовался?!». Как же ему было обидно, что папа, обычно слишком рассеянный, именно тогда проявил прозорливость, когда оставалось совсем чуть — чуть… Суйгецу сжал кулаки. К чему тогда все эти сны, снившиеся, сначала Саске, а потом и ему? Где логика?! Ведь он так и не смог узнать самое главное. Где его дядюшка прячет мобильный. Вот вроде такой весь из себя карамельно –ласковый, любящий повторять, как же он обожает своего племянника, и раз сто рассказавший ему байку о том, как познакомил отцов Суйгецу и вообще, стоило послушать, так именно Ходзуки Эй принимал роды, а отец так, стоял в сторонке… И вот этот «любящий» дядя, то и дело заботливо уточняющий, наелся ли «племяшка», не замёрз ли и так далее.. Делался удивительно глухим, когда Суйгецу спрашивал, отчего в довольно комфортном поместье есть много чего, кроме главного открытия цивилизованного мира. Связи с этим самым миром. Нет, омежка, конечно, подозревал, что просто так продукты на Острова не попадают, да и эти частые отлёты белоснежного «HondaJet»** позволяли сделать вывод, что Эй — сан просто — напросто хитрит. Фыркнув, Суйгецу принялся размышлять над новой загадкой. Его, так сказать, телохранитель. Не то, чтобы ему было как — то некомфортно с этим молчаливым, выдержанным альфой. Он вёл себя и в самом деле.. «идеально». Но было одно маленькое «но». Как бы Суйгецу ни приставал, дядюшка так и не признался, зачем вообще понадобилось здесь, на Островах, приставлять к нему телохранителя. Тем более, будучи очень любознательным и догадливым, паренёк успел узнать про «Драконье ущелье» много любопытных фактов. И не все они Суйгецу нравились… -Ещё немного и я сойду тут с ума, — сделал вывод Ходзуки — младший, спрыгивая на пол. Устав от бесцельного разглядывания затянутого серой пеленой горизонта, он решил провести остаток дня с б̀ольшей пользой. Оказалось, у Эя — самы была библиотека, не менее обширная, чем библиотека в родном гнезде Ходзуки — младшего. Конечно, вряд ли бесценный фолиант был перемещён сюда, но что — то подсказывало юной омеге, что, если постараться, можно отыскать что — нибудь не менее ценное. Ведь дядюшка Эй был не кем — нибудь, а Доктором медицины. И гены их скандального предка, как успел заметить младший из Клана Ходзуки, были столь явственно видны.. Что Суйгецу был бы последним, кто бы удивился, узнав, что Эй — сама продолжает записи. Едва последняя мысль мелькнула в голове омеги, он остановился, успев надеть пушистый тапок на левую ногу и зависнув на полдороге, забыв про правую ногу. Нереально, фантастично, невероятно, и в то же время… -Могло ли быть так? Но тогда… Поспешно прикрыв рот обеими ладонями, Суйгецу на автомате опустил правую ногу, чудом не промахнувшись, и собрался отправиться к дядюшке, чтобы спросить его… спросить… Толком он ещё не решил, о чём будет вопрос. Вернее, к̀ак правильно его сформулировать. Главное, удержать в себе этот воинственный настрой, а там… Там он и задаст «вопрос века», и будь он трижды проклят, если не сделает этого! Едва не ударяясь об углы, несколько раз навернувшись на недавно натёртом паркете в паре комнат, сбив какую — то статуэтку, Суйгецу добежал до винтовой лестницы, ведущей в «святая святых» поместья. Кабинет на самом верхнем этаже, где любил работать Эй — сама и, когда хозяин удалялся туда, домочадцам строго — настрого запрещалось беспокоить его «по разным пустякам». Ухватившись за ажурные перила, паренёк несколько секунд постоял, выравнивая дыхание. При всей спешке, омеге не хотелось врываться к дядюшке красным, как варёный рак, с всклокоченными волосами и одышкой, как у начинающего марафонца. Тем более, ему хотелось видеть реакцию на свой вопрос, а если ты дышишь так, как будто только что пробежал «стометровку», согласитесь, это будет немножко затруднительно. Дыхание выровнялось. Суйгецу поднялся наверх и, подойдя к кабинету, торопливо пригладил волосы. И почти сразу услышал: -Суйгецу, входи, радость моя! Едва не подпрыгнув, Суйгецу, тем не менее, храбро взялся за ручку, стилизованную под старину. -Входи — входи, — альфа, почти такого же мощного телосложения, как все альфы в роду Ходзуки, разве что с более седыми, чем у Ходзуки — старшего, волосами, приподнялся в своём кресле, ласково кивая вошедшей омеге, — я тебя почуял, как только ты появился в нижней комнате. -Чёрт, — не сдержался Суйгецу, смешно наморщив нос, — этот проклятый омежий запах. Шпионом мне явно не быть, если только ты, дядя, не изобретёшь супермазь для полного скрытия запаха. Тампоны не в счёт. -Отчего ты наговариваешь на себя? –протянул Эй, пристально смотря, и перестав улыбаться: -Чёрная смородина и ваниль — довольно привлекательны, особенно если их уловит «твой истинный». Стараясь не обращать внимания, как щёки немедленно запылали самым ярким оттенком красного, Суйгецу постарался привести свои сбивчивые мысли в порядок. Он сообразил, что дядя пытается вызвать в нём растерянность, сбить с толку, тихонько намекая на «омежьи инстинкты», чтобы он забыл, зачем пришёл, вернее, прибежал сюда. Юноша вздёрнул голову. Ну, нет! К̀ак ему говорил как — то Саске? «Не позволю миру альф управлять мной!»*** -Дядюшка, — теперь уже омежка пристально смотрел в глаза альфы, — Ты можешь ответить мне на один вопрос? -Если тебе не нравится меню, мы сменим повара. Или ты не понял новую тему? Сменим учителя. Вот как только погода наладится… -Это т̀ы вырвал страницы из фолианта?! — выпалил Суйгецу, с трудом подавив в себе детское желание зажмуриться. Воцарилась такая тишина, что стало слышно, как ревут волны, бьющиеся о каменные стены «Драконьего ущелья». И это несмотря на то, что стеклопакеты были самые современные, звуконепроницаемые, а кабинет располагался довольно высоко. Эй — сама даже приоткрыл рот, остолбенело, уставившись на племянника. В другое время Суйгецу бы захихикал, но не сейчас. Сейчас он стоял, по — прежнему выдерживая пристальный, потяжелевший взгляд. -Чт̀о ты спросил? Хриплый голос альфы раздался так неожиданно, что Суйгецу невольно вздрогнул, но, тем не менее, повторил, уже более спокойно, но с отчаянностью человека, решившего, что «терять ему нечего»: -Наша семейная реликвия, из — за которой меня сослали сюда. Грёбаный фолиант, представляющий собой на самом деле подробные записи про альф и омег двух Кланов, и страницы, вырванные на самом «горячем» месте. Суйгецу говорил, про себя прося прощения за такое пренебрежение к «наследию предков», но на кону стояла его дружба, а как ещё он мог помочь тому единственному другу, от которого его оторвали? И, если он вступил на это путь.. он чёрта с два отступит! Омега сжала руки, упрямо вздёргивая подбородок. Фиалковые глаза опасно блеснули. -Ох, я говорил Райге, что это плохая идея.. –протянул Эй, откидываясь на спинку стула: -По мне, наш Суйгецу — твоя копия, не менее любопытная, чем породившее его чрево. Суйгецу моргнул. Что?! Эй — сама, похоже, слегка тронулся, за своими изысканиями.. С кем он, вообще, разговаривает? И тут, в ответ на незаданный вопрос, бесшумно отошла в сторону безобидная стена с книжным стеллажом.. -Папа?! *** -Наш пилот доставил Утакату еще, когда была лётная погода, — ворчливо заметил Эй, сцепляя руки в замок, — хотели устроить тебе сюрприз за сегодняшним обедом, но ты такое неугомонное создание, впрочем, как и кое – кто, не сумевший тихо сидеть.. И вообще, идите отсюда, мне надо работать. Утаката и Суйгецу, оставив улыбающегося Эя, спустились в небольшую уютную гостиную, и уселись на мягкий диванчик. Всё время, пока они шли сюда, Суйгецу молчал, разве что, в самом начале, позволив себе радостный порыв, когда чуть бледный Утаката Ходзуки появился из тайника. -Ты так вырос, — Утаката нежно рассматривал своего любимца, то отстраняясь, чтобы полюбоваться, то притягивая его к себе, чтобы обнять, погладить, убедиться, что тот не похудел и вообще, не заболел. -Подожди, — Суйгецу, потерпев прилив любви, решительно отстранился, и не менее решительно выставил перед собой руки, — ты меня утащил сюда специально? Едва Утаката отвёл вмиг посерьёзневший взор в сторону, Суйгецу понял, что сегодня явно его день. И проницательность бьёт все мыслимые и немыслимые рекорды. -Тебе не надо было узнавать то, что ты узнал, — пробормотал, наконец, Утаката, принимаясь тщательно разглаживать полы кимоно насыщенного синего цвета. Суйгецу знал, что так папа делал, когда волновался, чисто бессознательно, чтобы взять эмоции под контроль. А это значило только одно. -Наверное, я влез туда, куда не следовало, — запинаясь, заговорил Суйгецу, но, когда папа кивнул, выпрямился: -Но я влез! И хочу узнать то, что было на тех вырванных страницах. Если я ваш с отцом сын, я имею на это право? На самом деле право Суйгецу было весьма сомнительное, но, то ли Утаката устал, то ли решил, что лучше сказать, чем подталкивать сына к ещё более безрассудным поступкам, но он устало произнёс то, что и было правдой: -Эти страницы вырвал я. Когда мой муж.. твой отец, Райга Ходзуки, разрешил мне оставить книгу, я и не подозревал, что она может быть более чем опасна, считал её просто «историческими записями». Ты читал, ты меня должен понимать, тем более, ты решил заниматься медициной… А то, что там подробно описывалось.. -Если ты не в курсе, мы с Саске, когда выросли из «нежного возраста», из любопытства многое что узнали о природе альф и нас, омег. Утаката кивнул, хмурясь. Если бы он, и в самом деле, был более дисциплинированным омегой! И содрогнулся, когда осознал, к чему всё это привело: -Суйгецу, — Утаката не смог сдержать страх, — из — за этих записей были проблемы.. Как ранее, так и в современном мире. Кто — то хотел завладеть фолиантом, не знаю, с какой целью.. Но мы с твоим отцом считаем, явно не ради «научного» интереса. Мне не хотелось с тобой обсуждать.. скажем так, некоторые аспекты истории, ведь мы с Райгой растили тебя в «любви и неге», кажется, т̀ак любят писать в «сентиментальных романах для омег»? -Фу, пап, — фыркнул, не выдержав, Суйгецу, — даже если так и пишут, главная суть в том, что вы меня любили. Я прав? -И любим, — подчеркнул Утаката. Обнял прижавшегося при этих словах сына, положил подбородок на его макушку и, ероша волосы дыханием, добавил: -Именно тогда я вырвал несколько страниц. -Ты их уничтожил? Суйгецу пытливо всмотрелся в лицо папы. Инстинкты кричали, что не всё кончено с этой затянувшейся историей, и что каким — то непостижимым образом они с Саске должны всё замкнуть. Омеги из двух Кланов. Во рту Утакаты пересохло. Сглотнув, он несколько минут собирался с силами. Потом прошептал: -Не совсем. Прежде чем открывший рот Суйгецу озвучил вопрос, Утаката протестующе поднял руку. -Я тоже анализировал то, что прочитал. Помнишь, перед тем, как тебя переправили сюда, ты, объясняя свой своевольный поступок, ссылался на то, что хотел помочь Саске? Ты сказал тогда, что Саске перевели из элитной школы в другую. И что тебя всё время удивляло, отчего новая школа Учихи — младшего не такая же элитная. Помнишь? -Я… –Суйгецу неуверенно кивнул и добавил: -Я всегда хотел помочь Саске. Только.. помочь. Мне не было дела до моральных норм того, что я вычитал в этой книге, я не собирался поднимать массы сторонников «равенства для омег», я вообще ни о чём таком «революционном» не думал. Я просто.. -Хотел помочь Саске, — устало улыбнулся Утаката, — я понял. Но знаешь, как ни парадоксально звучит.. Саске действительно нужно помочь. Я бы даже сказал, он в опасности. -Что?! Не веря своим ушам, Суйгецу слегка недоверчиво переспросил: -Ты и вправду меня понял? И тоже считаешь, что… что я был прав, когда проявил излишнее любопытство, полез не туда, куда бы следовало, только ради того, чтобы разобраться, чт̀о происходит с моим лучшим другом, и к̀ак ему помочь? Вместо ответа Утаката встал, прошёлся по комнате и остановился около окна. Долго стоял, о чём — то размышляя. Притихший Суйгецу пару раз порывался окликнуть папу, видимо, глубоко ушедшего в свои мысли, но, уже подавшись вперёд, опускался обратно. Утаката стоял вполоборота, глубоко задумавшись, устремив взгляд куда — то далеко. Губы омеги иногда вздрагивали, как будто мысленно вели неведомый постороннему взору монолог. Наконец, решившись, молодой мужчина достал небольшой лиловый «Hitachi». Молча, протянул и вернулся обратно к окну, снова устремляя взгляд на потемневший горизонт. Пару секунд понадобилось Суйгецу, чтобы придти в себя. Заколотившееся сердце словно облило жаркой волной, он вцепился в мобильник, едва веря в то, что это, в самом деле, так. Не обращая внимания, что на глаза выступили предательские слёзы, пробормотал: -Сспасибо… паап… Где — то на краю, ошалевшего от радости сознания, он успел заметить кивок, и снова вцепился в телефон. Быстро вытерев глаза, вывел на мерцающий экран список контактов. Пространство словно куда — то ухнуло, оставив только опешившую, не верящую в своё счастье омегу, слушающую сигнал вызова. *** Кагуя Кимимару допивал кофе, внимательно изучая карту Островов, раздобытую всеми законными и не очень способами. Судя по сводке погоды, берцы и камуфляжная куртка, надетая поверх сетчатой майки, в самый раз. Он отставил кружку и похлопал по карманам, решая, куда переложить выкидной нож. И тут ожил мобильный… Суйгецу сначала набрал Саске, но, минут пять, послушав «абонент временно недоступен», кинул осторожный взгляд в сторону папы. Утаката теперь стоял, полностью повернувшись к окну.. Но… Сбросив бесполезный дозвон, Суйгецу набрал Кимимару. Он реально едва не сгрыз ногти, и только услышав: -Кто? Понял, что не дышал. А в носу предательски засвербело. «Это приближающаяся течка! — обрадовано оправдал себя Суйгецу, — Конечно, она!!». Родной, спокойный голос альфы придал сил и он, очнувшись от столбняка, заорал, на минуту забыв, что в нескольких шагах стоит папа: -Кими!! Какого чёрта ты так долго не брал трубку! Ты плохо слышишь, так клади её рядом с… -Малыш?!! Кимимару выдохнул это с такой искренней радостью, что нервная дрожь моментально прекратила истерику на корню. Не выпуская мобильный, Кимимару снова окликнул онемевшего на том конце провода «малыша», наплевав на то, что облился горячим кофе, едва услышал свою омегу, ради которой он… -Ты.. С тобой всё в порядке? -А.. это.. да. Суйгецу мужественно подавил всхлип и с тревогой уточнил: -А почему ты спрашиваешь? -Ну, — хмыкнул Кимимару, одной рукой удерживая мобилу, а другой любовно проведя по сверкнувшим граням ножа, — иначе бы кое — кто недосчитался кое — чего. -Кими, — тревога Суйгецу реально возросла, — мне показалось, или ты что — то задумал? Кагуя несколько секунд смотрел на карту, взвешивая, стоит ли Суйгецу рассказать о своих планах, потом пришёл к выводу, что стоит: -Ничего такого, — с нарочитой беззаботностью, — я решил, раз ты так неожиданно исчез, нанести визит в то место, куда тебя отправили. Я еду к тебе. Подумал и добавил, во избежание недоразумений: -На Острова. В Ваше знаменитое «Драконье ущелье». Как думаешь, если я признал в тебе «свою» омегу, и ты, вроде, не против, я имею на это право? Счёл молчание за знак согласия и веско отрубил, мол, конец дискуссии: -Вот и я об этом. Так что… -Ты.. ты, толстокожий… несчастный альфа!!! — отмер Суйгецу, выпалив те самые ругательства, которыми он когда — то «крыл» Кимимару в библиотеке****: -Да что там… самодовольный идиот!!! Последнее ругательство вырвалось спонтанно, испуганный юноша выкрикнул его чисто на автомате, в ужасе, от осознания и понимания возможных последствий того, что только что услышал, да так резко, что Утаката, делавший вид, что его тут как бы и нет, снова полуобернулся: -Тты… Суйгецу пару раз сглотнул. Заикаясь, дрожа, он забормотал севшим от страха за любимого голосом: -Ты.. тты..же.. Не знаешь… -Чего я не знаю? -Если ты появишься на Островах, тебя расстреляют автоматчики. Сказал и остолбенел. Папа, внимательно слушавший его беседу, приложил палец к губам. Почему?! Бледнея, Суйгецу повернулся в сторону двери. Они же её вроде закрыли?! Впрочем.. Прижимая к себе сотовый, Суйгецу инстинктивно попятился к окну. И тогда Утаката резко заявил: -Ну что ж… Теперь Вам предстоит сделать выбор, на чьей Вы стороне, Тонери – сан. Примечание Автора: Кое -какие вопросы, надеюсь, получили ответы. *Клан Ходзуки славился тем, что многие свои дела устраивал подобным образом. Бизнес… **Полностью «HA-420 HondaJet». Милый самолётик на шесть посадочных мест, максимальной скоростью 778 км/ч и с расположением двигателей не под, а над крыльями, что позволило уменьшить расход топлива на 20%. *** Немного не так, но смысл тот же. **** Когда Суйгецу показалось, что Кимимару недостаточно серьёзно воспринял его слова о фолианте.