Ключевая точка.

Сирена завывала из красных микрофонов над Coal Town. Выпуская клубы дыма, грохоча всеми траками своих гусениц и деталями механизмов, синий танк с буквой "G" на бортах упорно двигался вперёд, из-за больших холмов по направлению к базе наёмников. Эскорт роботов шёл по пятам за ним, но был мало различим на бескрайних просторах пустошей. Видимо, младшему брату Рэдмонда и Блутарха не было нужды сохранять роботов. Его интересовала лишь Манн Ко. И Coal Town был очень досадным препятствием на пути Грея к корпорации. Иначе с чего бы он бросал такие толпы простых роботов в битву, зная, что они будут уничтожены все до одного. Захватчиком овладело не только чувство алчности, нет. Это было холодное тактическое решение, направленное на самый великий поступок в его жизни. Он мог просто обойти и отстранить наёмников Туфорта. Но он не мог заставить их замолчать, всего лишь захватив корпорацию, или даже уничтожив их. Ему было важно другое - сломить их, показать будущим противникам, что такое - иметь дело с Греем Манном. Эти тупоголовые, наивные юнцы, коих может с лёгкостью набрать Администратор должны знать - он непобедим, не остановим и безжалостен. Лишь тогда его оппоненты не смогут вдохновляться командами Красных и Синих. Он не захотят их участи. Но ещё одно чувство овладело Греем. Чувство, преследующее любого охотника, не важно, за зверями, деньгами, людьми и чем угодно ещё. Это было чувство охотничьего азарта - доказать себе, что он может совладать даже с прекрасно тренированной и оснащённой командой профессиональных солдат. В последние годы им даже овладело чувство восхищения этими людьми, которые, не смотря на их маленькую численность, могли сказать стоп его армии. Он всё чаще желал заполучить одного из наёмников живьём - возможно, он сумеет создать новую армию. Она будет не из туповатых и туго соображающих роботов. Армию клонов. Идеальных солдат. Но в данный момент это было Грею не важно. Сквозь рёв сирены, чей отвратительно резкий звук заглушал всё на базе, шестеро наёмников расслышали голос Администратора:" Помните о своём долге. Защитите Манн Ко!" На эти слова почти никто не обратил внимание. Под руководством Инженера, наёмники подбирали своё снаряжение. Каждый из них пытался показать другим, насколько он сегодня смел. Снайпер стоял с невозмутимым видом, прикуривая сигару. Солдат с подрывником достали из ящика бутылки рома, и теперь дружно лакали пойло, что немного беспокоило Делла. Скаут крутил свою биту, периодически набивая об стену мячик. Инженер достраивал последний телепорт, возводил турели и раздатчики около базы. Пулемётчик с видом "я-круче-тебя" ел свой бутер и рассматривал драгоценную Сашу. Но на деле наёмниками овладевали совсем другие мысли. Каждый из них понимал, что этот бой может быть последним, как и любой другой. Система респауна была в первую очередь уничтожена роботами, в общем-то ясно зачем. Страх смерти преследовал наёмников как никогда сильно. Сильнее, чем обычных людей. Каждый из них привык к тому, что в бою можно умереть, и снова убежать, что бы сделать что-то и, возможно, снова умереть. Теперь же такой роскоши у них не было и каждый понимал - у него лишь одна попытка.Потеря товарищей в старых боях - Медик, Поджигатель, Шпион - очень гнетуще повлияла на этих людей. Они не только лишились друзей - они стали понимать, насколько уязвим каждый из них.       Вдалеке послышался треск. Он был слышен наёмникам даже изнутри их базы. Все шестеро мужчин разом взглянули друг на друга. Возможно, каждый из них думал и каялся в своих грехах. Возможно они мысленно прощались друг с другом. На несколько секунд повисла тишина, которую нарушил лишь тихий голос Снайпера: - Пора. Они начали отсчитывать секунды. Двадцать секунд. Время, чтобы удачно зайти с тыла.       Танк подъехал по тоннелю к деревянным реям в его конце и проломил их словно спички. Ни на секунду не остановившись и освещая дорогу фарами, танк со страшным скрежетом двинулся вперёд. К люку. К базе. К цели. С обрыва десятками стали прыгать роботы. Механически солдаты, поджигатели, подрывники пулемётчики и разведчики нестройными рядами двигались сзади танка. Их абсолютно не интересовало, куда делись их враги. У них была цель - и не было мозга. Их задачей было донести бомбу, а не анализировать ситуацию в бою. Даже хороший слух им был не нужен. И они не услышали, как за их спиной раздался звон работающего телепорта. Пулемётчик выбежал из-за дома и остановился в недоумении. Роботы, на сей раз, шли с большей скоростью.Они продвинулись за это время дальше чем обычно. Расчёт был неверным. Наёмники оказались в совершенно в невыгодной ситуации. Танк был от них отрезан десятками роботов совершенно разных классов и типов. Изначальная тактика - оказаться между роботами и танком, таким образом лишив его поддержки - оказалась бесполезна Пулемётчик умел выделять нужную информацию. Он знал, что должен делать. В этот момент он понимал, что, вероятно, это его последние минуты. Он был крепким и сильным, но даже он не мог справиться сразу с тремя десятками роботов. Русский раскрутил пулемёт, мысленно прощаясь с товарищами и семьей. Единственное его спасение было во внезапности. Он может перестрелять задние ряды роботов, а затем отойти и нападать из засад. Пулемётчик уже знал, что он сделает, когда началось действие. С края холма спрыгнул Скаут. Надо отдать должное этому парнишке - он умел определять свои возможности и рассчитывать прыжки. Он спрыгнул на голову робота - пулемётчика, перепрыгнул на солдата, перелетел через голову гигантского поджигателя. Роботы, которые всё-таки оборачивали голову на шум, получали в спину из спинобреза и с грохотом падали на землю. Роботы хоть и были детищем новейших технологий, но их реакция не была мгновенной. По этой причине менее удачливые из них случайно попадали под выстрелы своих товарищей сзади. На крыше дома показалась вспышка, и голова робота-скаута, обернувшегося на шум оказалась вдавлена в плечи могучим, окованным железом ботинком Солдата. Мастер прыжков на ракете, мистер Джейн Доу, благодаря своему искусству не уступал в скорости Скауту. Солдат не смотрел, куда приземляется - но на подлёте к земле его ракетомёт выпускал новую ракету, пронося владельца над крышами и головами роботов. С диким варварским криком с крыши соседнего дома спрыгнул Подрывник. Шотландец был единственным ничуть не колеблющимся членом команды. Вероятно, виной всему был алкоголь, которого Тавиш перебрал перед битвой. Подрывник не мог ловко прыгать по головам роботов или величаво парить в воздухе со своих липучек (липучкомёт был заменён на штурмовой щит, а гранатомёт - на ботиночки Али-Бабы), но это и не было ему нужно. Горца было не остановить. Он бежал рядом с линией роботов, изредка сшибая тех могучим плечом или снося головы Одноглазым Горцем, который при каждом ударе выкрикивал что-нибудь пафосное. Что поделать, никто не мог заставить замолчать призрака, живущего в клинке. На середине пути Солдат с Подрывником вынуждены были остановиться. Гигантский робот поджигатель перегородил им дорогу. Внимательно осмотрев обоих из наёмников, видимо решая, стоит ли с ними драться или идти дальше, робот поудобнее перехватил огнемёт. Солдат еле успел стрельнуть себе под ноги, а Подрывник убежать вверх по лестнице, когда внизу прошёлся язык пламени, и робот, решивший, что противники ликвидированы, топая прошёл дальше. Танк ехал всё дальше, мимо стоящего на балконе снайпера. Тот лишь смотрел ему в след. Пули снайперской винтовки может и сносили отлично головы роботам и Красному Пулемётчику*, но толстую броню танка пробить были не в состоянии. К тому же, рассекретить свою позицию - последнее, что хотелось мистеру Манди. Танк свернул за угол.       Солдат взбежал на помост. Он знал, что нужно делать. Год войны с роботами отлично закалил бравого патриота. Он знал, что сейчас он - ключевая роль. Танк проехал прямо под Джейном и тот встал на колено для лучшего упора. Пробурчав что-то вроде "Жалкие личинки" Солдат нажал на спуск. Вместо привычного "ба-бах" вылетающей из ствола ракеты послышался лишь негромкий щелчок. "Нет! Не возможно! Они не могли так быстро кончиться!" - подумал, ещё и выругавшись про себя Солдат. Он нажимал ещё и ещё, но звук повторялся. Доу засунул руку в сумку с ракетами, и внутри у него всё похолодело. Она была пуста. - Нет, нет, нет! - вне себя от страха и ярости заорал Солдат. Танк продвигался дальше и дальше. Доу осознавал, что он не может ничего сделать, что операция провалена. У них нет даже времени, что бы отступить. "Я не хочу умирать!" - пронеслось в голове янки*. Никто из них не хотел. Сейчас Солдат был готов умереть вместо них, лишь бы его друзья жили (в голову солдата впервые приходят подобные мысли, думаю вы согласитесь). Нет, не друзья. За то время, что наёмники работали вместе, они стали более чем друзьями. Они стали семьёй. И он подвёл свою семью. Какая ему тогда цена? От раздумий солдата оторвал резкий толчок по голове. Скаут подбежал сзади, достиг его головы и прыгнул с неё, проорав на лету "Извиняюсь!". Прыжок вышел действительно ошеломляющим. Парнишка пролетел по воздуху метров пять, и приземлился на землю совершенно не теряя скорость. Наоборот, он всё набирал её. Для увеличения скорости он принял позу спринтера, затем рванул вперёд. Перед глазами Солдата он просто размылся. Поток воздуха от него сбил на землю несколько банок газировки. Скауту было не до них. Парень видел неудачу Солдата. Он не знал, что тиммейты предпримут дальше, но он знал, что сделает он. Несколько лет назад он не мог и подумать, что сделает это. Вероятно, в его молодую голову закрались те же мысли, что и в голову Солдата. Кто, если не я. Общество более опытных членов команды многому научило Скаута. Он был готов отдать за них жизнь.       Танк, не остановленный ничем и не замечающий ничего, кроме цели, подъехал к крышке люка. Створки его основной части стали медленно расходиться, и на свет показалась его "начинка". Большая бомба, с красно-белой шахматной текстурой выехала вперёд на поддерживающих консолях. Крышка бомбы откинулась, и взрыватель автоматически активировался. Бомба наклонилась вперёд. Инженер, сидящий на базе, в упор уставился на экран, привстав на руках. Ему на базе не грозило ничего. Но что он будет делать, если на базе останется лишь он? У него нет навыков, что бы защищаться самому. Нет дома. Нет семьи, кроме маленькой группы наёмников, которой он может лишиться с минуты на минуту. С его судимостями он даже не сможет начать новую жизнь. Нет, тогда он уничтожит эту базу. И себя вместе с ней.       Скаут не сразу смог затормозить - с такой скоростью он бежал. У парня не было другого плана. Он затормозил лишь у самой крышки люка, прямо под бомбой. Инженер смотрел на экран не двигаясь. Он надеялся, что Скаут не станет этого делать. Он хотел закрыть глаза, но не мог. Ему совершенно не хотелось видеть этого паренька, лежащего под танком, с раздробленной головой и раздавленным телом. От одних этих мыслей ему стало не по себе. Но, судя по всему, именно это Скаут и собирался сделать. Делл не мог ему помочь, и бессильно смотрел в экран. -Как я хочу быть там вместо тебя, сынок...- только и успел прошептать он. Скаут вскинул голову и поднял руки. В танках Грея стояла скрытая камера. Парень хотел показать своему врагу, что он может умереть, но не сдастся. Руки упёрлись в холодный металл бомбы. И вдруг на них словно рухнула гора. Вес бомбы поначалу показался огромным, но потом Скаут понял, что она не такая уж и тяжёлая. Он выпрямил руки, приподняв бомбу. Послышался скрежет где-то внутри танка. Замигала красная сигнальная лампа. Завыла внутренняя сирена. Грей Манн не был дураком, и такой случай он тоже предусмотрел. Две треугольные пластины на хвостовом оперении бомбы разошлись в стороны, и из маленьких сопел полетели вверх крошечные синие огоньки, а затем вырвался мощный поток газов. Для скаута бомба сразу потяжелела раза в три. Его руки согнулись в локтях, бомба коснулась макушки. Это стало сигналом для бостонца. Скаут резко поднял голову и напряг каждый мускул руки. Какой бы совершенной ни была система машины - он не сдастся. Он не покажет свою слабость врагу. Он знал, что враг видит его, но он был лишён возможности показать ему весьма оскорбительный жест. Вместо этого он напрягся ещё сильнее, показывая Грею, что тот проиграл. И если не им, то будущим противникам. План Манна рассыпался в прах.       Подрывник бежал. С помоста он отлично видел, что происходит внизу. Шотландцу было искренне стыдно, что он не находится там, внизу, вместо Скаута. Он, взрослый, сильный мужик, опытный воин, закалённый в боях, оставил самую трудную, грязную и опасную часть задания практически ребёнку. Тавиш уже знал, что сделает. Может, он был пьян и в этой битве, но алкоголь не затуманил его чувства, совесть, эмоции. Не затуманил его разум и смелость. Его ума хватало, что бы понять правильность плана. А смелость гнала его вперёд, заставляя не заботиться о себе... Он бежал по коридору. В конце, в маленькой комнаты, его ждали ещё трое роботов. Скаут, который нёс бомбу, как раз делал насмешку - усилитель, а солдат и хэви охраняли его. Завидев Подрывника, эта троица уставилась на него. Два клинка сверкнули в темноте. В них отразилось лицо хозяина, искажённое яростью, и лица его противников, абсолютно бесстрастные. С первым ударом меча голова скаута отлетела в сторону, а бомба упала. Призрак в клинке не переставая вопил. Солдат, направившийся в сторону ДеГрута, был насквозь пронзён вторым клинком. Первый же, тем временем, уже был направлен в сторону пулемётчика.       Стоящий под бомбой Скаут с большим трудом распрямлял руки, но бомба шла вверх. Вдруг ненавистный звук заставил его посмотреть наверх. Свист выходящего газа. Над орудием появился синеватый цвет. Из оперения появились новые сопла. Скаут уже хорошо понимал, что такой вес он не выдержит. Потоки газа становились всё сильнее, и наконец из сопел с рёвом вырвались потоки пламени. Машина, тем временем ударила этой бомбой как молотом. Скаут начал сгибаться. В его руках послышался хруст. Звук рвущихся связок и мышц. Парень закричал. Он кричал не только от боли. Он боялся. Боялся согнуться под весом бомбы. Тогда уже никто её не остановит. Вдруг вес ослаб. Скаут, превозмогая боль, глянул наверх, что там ещё случилось. Он не увидел ничего, кроме одной вещи. Красного рукава. И этот рукав для него было радостнее видеть, чем тысячи долларов или банки с газировкой. Солдат пришёл на помощь. Робот-пулемётчик упал, сражённый мечом Подрывника. Теперь ничто не мешало ему сделать своё дело. Он пробежал мимо, даже не подобрав меч. Инженер буквально грыз ногти от напряжения он держал свои руки у рта. Снайпер смотрел на огонь внизу, оперевшись рукой на стену. Он верил в своих друзей. Холодный ум охотника подсказывал ему, что он ничего не может сделать. Его душевная часть говорила, что его команда не была бы рада, если бы он умер из-за них, так ничего и не сделав. И он знал, что если он погибнет просто так, то на последней волне его товарищей спасти не сможет никто. Рукав Солдата загорелся, пальцы начали сползать с края оперения. Он боялся лишь одного - отпустить. Из его груди вырвался глухой стон. Кричать уже не было сил. Менее крепкий Скаут не издавал ни звука, но на его лице застыло выражение адской муки. Вероятно, это было последним, что Солдат увидел. В следующий момент Подрывник сделал то, чему его учили с детства. Он сделал последний рывок и прыгнул прямо на бомбу. Меч истошно завопил:" Ты что делаешь, циклоп хренов!", перед тем, как вонзиться в корпус бомбы. На секунду воцарилась тишина. И грянул гром. __________________________________________________________________ *1 Предположение, что Снайпер - синий, сделано по материалам второго ролика. *2 Янки - часто употребляется как название американского пехотинца.