Укушенная

До вечеринки у Хэмптона оставалось два дня. С каждым днем ожидания Кэтлин становилась все тревожнее. Несколько раз она с трудом подавляла порывы написать Герману "Боюсь, я не смогу попасть на вечеринку, так как...", но вовремя отказывалась от этой затеи. Порождать лишние сомнения было ни к чему, и если Герман ни о чем не подозревал, то некоторые гости (в лице Пэнси Милан и ее прихвостней) могли всерьез задуматься. А если узнают они - узнает вся школа. И тогда... Кэтлин было страшно представить это "тогда". Все время до полнолуния девушка тренировалась с Дереком изо дня в день. Она познала свою силу и научилась по-настоящему драться. Последнее полнолуние так же благодаря урокам Дерека прошло относительно спокойно. Проблема была лишь в частых вспышках гнева, которые Кэтлин контролировать, увы, так и не научилась. Но дело было не только в Кэт. Марийша, помогающая Герману в организации мероприятия, каждый день приходила от него нервной и взвинченной. Стеснительная в плане парней, она объясняла свое поведение усталостью, но Кэтлин и Ариана подозревали, в чем дело. - Она проводит с ними все больше времени. Я понимаю, помощь и все такое, но если бы в это не вмешивалась Пэнси... Вдруг она давит ее расспросами обо мне? Но мне кажется, что дело все-таки в другом... - Ты правда уверена в этом? - с сомнением в голосе проговорила Ариана, слушая тирады Кэт по телефону. - Почти, - хмуро отозвалась та. - Я думаю, что Герман склоняет ее к интимной близости. - Но ведь... - Но ведь он скромный и тихий? Мак, ну подумай сама. Мы совершенно его не знаем. Одному Богу известно, что у него на уме. А вдруг он извращенец? К тому же, сначала она повздорит с ним, а потом на мне срывается. - А на мне не срывается. - Поверь, Мак, если бы ты наблюдала, то заметила бы, как она съеживается в его объятиях... - Кэтлин Кэмерон! Спустись вниз, сейчас же! - раздался настойчивый крик из гостиной. - Я перезвоню, - пробормотала Кэт и положила трубку. - Вот же дерьмо. Раз тетка говорит в таком тоне, значит, дела действительно плохи. Кэтлин тихонько спустилась вниз и правда встретила Хельгу в дурном расположении духа. - Сядь, - коротко произнесла та и жестом указала на стул рядом с обеденным столом. Кэт напряженно села. Хельга села напротив и, нахмурившись, начала: - Мне не нравится твое поведение, Кэтлин. В последнее время ты очень изменилась. Конечно, ты всегда была неблагодарным ребенком, но сейчас побила все рекорды. Во первых, я беседовала с мистером Харрисом... Вспомнив давний инцидент, Кэт напряглась еще больше, и непонимание уступило место страху. - Что тебе наговорил этот сукин сын? - воскликнула она, привстав со стула, с трудом удерживая эмоции в себе. - СЯДЬ! - рявкнула Хельга и ударила по столу кулаком так, что чашка с остывшим чаем упала на пол и со звоном разбилась. Кэт опешила и села снова. Это поведение было для нее в новинку. - Я оплачиваю твое содержание в моем доме не для того, чтобы ты вела себя, как последняя тварь, - прошипела тетя, сжав край стола так, что костяшки пальцев побелели. - Тебе грозит исключение из школы, а тебя волнует только этот твой небритый парень, с которым ты вечно путаешься... - Дерек здесь не при чем, - нахмурилась Кэт. Обстановка явно накалилась. - Запомни, Кэмерон, - тихо, но с ноткой угрозы проговорила Хельга и, поднявшись, подошла к племяннице. - Если ты не перестанешь бегать к этому ненормальному, а так же общаться со своими двинутыми подружками, я вышвырну тебя из дома. Таких резких слов Кэт не слышала от тети никогда. Если бы она знала, какой напряжной является для Кэт ее новая жизнь, как пляшут Риша и Мак, пытаясь помочь ей скрыть свои способности, как трудится Дерек, помогая ей... Боль от убийственной тирады уступила место бешенству. Девушка медленно встала и с вызовом посмотрела на тетю. - Ты не будешь указывать мне, что делать, - тихо пробормотала Кэтлин, сжимая руки в кулаки и с ужасом чувствуя, что в ладони из пальцев впивается что-то острое. Когти. Бога ради, Кэт, держи себя в руках. Терпение у самой Хельги, очевидно, иссякло. Она вскинула было руку, чтобы дать обнаглевшей племяннице пощечину, но не успела. Волчьи рефлексы Кэт оказались быстрее. В мгновение блокировав удар, Кэтлин схватила тетю за руку и начала сильно сжимать, не понимая своих действий. Вырвавшийся на свободу гнев застилал рассудок, приказывая обороняться. Хельга закричала от боли и страха, пытаясь вырваться. Крик привел Кэтлин в чувство, и та, словно опомнившись, отбросила руку вперед, от чего Хельга улетела на пол, снеся собой стул. Безуспешно пытаясь встать, она шокированно взглянула на Кэт и буквально начала задыхаться, глотая ртом воздух. Ладони, напоминающие теперь когтистые лапы хищника, не менее удивленная Кэт держала перед собой, словно не веря в реальность происходящего. Она только что сделала больно своей тете. Их взгляды - один светящийся, волчий, другой смертельно испуганный - встретились. Кэтлин, не дожидаясь окончания зловещей тишины, поняла - надо что-то предпринять. Не говоря ни слова, она направилась к двери и покинула дом, хлопнув дверью и не получив просьбы вернуться. Уйти-то всегда легко, но вот куда уходить? Об этом Кэт подумала, только оказавшись на улице посреди ночи в полнейшем одиночестве. От осознания этого факта храбрая Кэтлин начала испытывать легкий ужас от своего положения. Она не может теперь вернуться домой, просто не может. Ликантропия - не та вещь, в которой можно просто покаяться. Мало надежды на то, что тетка просто поймет и простит ее, а не вызовет отряд по отлову дворовых собак, дабы Кэтлин отвезли в питомник. Девушка поежилась. Не хотелось сейчас думать в одиночку. Можно было бы отыскать Дерека, но ей мешала одна из главных проблем: Кэт не могла чувствовать его, хоть даже и была в одной стае с ним. Он говорил, что такое возможно, что со временем способность чувствовать сородичей у нее появится, быть может, при сильном потрясении. Жаль, что инцидент с Хельгой не сильно ее потряс. - Окей, пойдем другим путем, - побормотала Кэт и пошла знакомой близкой дорогой - к дому Марийши Диаманди, выбрав его, как временное пристанище. Уже стоя у входной двери и собираясь позвонить, Кэтлин уловила своим волчьим слухом голоса, доносящиеся со второго этажа. Один, женский, принадлежал Марийше. Второй, мужской, с нотками противного самолюбия, Кэт слышала впервые, хотя он и показался ей сначала до жути знакомым. Чтобы не ошибиться, Кэт поглядела на гараж - машины нет, значит, Лино Диаманди на работе. Голоса звучали глухо, видимо, доносились из дальних комнат. - Это сложнее, чем я думала. Я очень устала. Очень. Прислушавшись, Кэт обнаружила, что голос Риши и вправду звучит слишком измотанно. В нем не чувствовалось слёз, скорее - сухость и сердитость. И о чем она вообще говорит? - Дорогая, ты должна потерпеть, - невозмутимый, до противного красивый мужской голос вызвал в Кэтлин желание отлупить его обладателя. Ему наверняка гораздо больше лет, чем Рише, так с черта ли он фамильярничает? Очевидно, дорог ей, раз она это ему позволяет. - В конце концов, тебе что-то удалось, не так ли? Так. Значит, игра стоит свеч, детка. Ты ведь ищешь причины? - Я тебя умоляю. Их сотни, черт побери. Так легко, что даже тошно... Эта овца постоянно крутится рядом. Кэтлин все еще решительно ничего не понимала. Голоса стали тише, и она обошла двор кругом, встав на заднем дворе, так и не решившись позвонить в дверь и вмешаться. - М-м, что это за тон? Неужели ревнуешь к ней? Не отворачивайся, посмотри на меня. - Никто и ничто не вызовет во мне ревность. - Чувствовалось, что Марийша начинает злиться. Этот разговор начал трепать ей нервы и явно давил на больное. Мужчина, по видимому, начинал внаглую издеваться. - Я так не думаю, женщина-Отелло. - ХВАТИТ! - рявкнула собеседница так, что даже Кэтлин стало не по себе. - Понял. Понял, - со смешком произнес мужчина. - Ты этого не любишь, знаю. - Ты переступаешь черту, - с угрозой произнесла девушка. - Возможно. Но я вижу тебя насквозь. Не забывай об этом. Послышались быстрые шаги на лестнице, затем входная дверь скрипнула и кто-то стремительно вышел из дома. Разглядеть мужчину как следует Кэт, к сожалению, не успела - только широкую спину, быстро удаляющуюся. Марийша стояла на пороге дома и задумчиво смотрела вслед. Увидев Кэтлин, она слегка растерялась, но тут же выдавила улыбку. - Ты как тут оказалась ночью? Неужели подслушивала? - Я только что пришла, - от души соврала, не моргнув глазом, Кэт. - Лучше ты мне скажи, как оказался ночью у тебя дома этот мужик? - Это мой двоюродный дядя, - соврала, в свою очередь, Риша, - приходил вообще к папе, но тот на работе, и поэтому до меня докопался... Ну ты проходи, раз уж пришла. - Я бы трижды подумала, прежде чем звать в гости таких родственников, - вполголоса произнесла Кэтлин, заходя в гостиную и усаживаясь поудобней на диван. - И о чем же вы разговаривали? - Ну-у, - начала Марийша, - он обрадовался, что я нашла себе мальчика, и вообразил, что сможет давать мне дельные советы насчет отношений. Вообразил, что я ревную Германа к Пэнси, представляешь? - А разве нет? - хмыкнула Кэтлин, - Она же постоянно вокруг вас вертится и щебечет. - Я не ревную. - Ну да, и поэтому такая злая ходишь, - невинно сказала Кэт. - Так, а теперь давай поговорим обо мне и моих косяках. Девушка принялась выкладывать Рише события вечера, произошедшие дома. Постепенно ее спокойный тон сходи на "нет", и к концу рассказа у Кэтлин уже тряслись руки, и голос дрожал, поскольку волнение возвращалось. Риша хмурилась, устроив подбородок на руку, принимая позу роденовского "мыслителя". - Естественно ты можешь пожить у меня, - негромко сказала она, делая небольшие паузы между словами, словно думая, какие из них правильнее употребить, - но мне кажется, что с тётей ты должна объясниться. Она твой родной человек, она не сделает тебе плохо. А сейчас, думаю, она просто глотает успокоительное и надеется, что ей все почудилось. - Хорошо, - согласилась Кэтлин. - Ну я все-таки поживу у тебя, - добавила она, окончательно уложившись на диван и вытянув ноги. - Пойду принесу тебе одеяло, - устало произнесла Риша и двинулась в сторону шкафа с раздвижной дверью. - Слушай! - тревожно окликнула ее Кэт, словно вспомнив о чем-то, - Герман ведь не заставляет тебя... ну... это самое?.. - "Это самое" что? - поинтересовалась Риша, доставая с верхней полки хлопковое одеяло с тиграми. - Не беси меня, ты все отлично поняла, - буркнула Кэтлин, снимая кеды и с головой залезая под принесенное одеяло прямо в одежде. Буквально секунду Марийша напряженно думала, но потом с облегчением рассмеялась: - Ах, вот оно что! Если ты о сексе, то ни к чему такому он меня не принуждает, не волнуйся. Герман вообще джентельмен по отношению ко мне. Кэтлин высунулась из-под одеяла, и на ее лице тоже читалась некая доля облегчения. - Значит, все-таки ревность, да? - хихикнула она, пряча порозовевшие щеки. - Да если эта ведьма его отбивает, ты только скажи. Я ей устрою испанскую инквизицию. - Да ну тебя, - фыркнула Марийша с усмешкой, но Кэт могла поклясться, что уловила в ее голосе грустные ноты.