Wrong Side Of Heaven

*** В том году выдалась на удивление интересная осень. Солнечные, теплые дни сменялись дождями, ветром, пронизывающим до костей и отвратительным настроением. Енун не любит осень, как в принципе и другие времена года. Так он думает, пока не выходит на улицу и не вдыхает полной грудью особенный для каждой поры воздух. Тогда все резко меняется. Это невероятно, как один только запах может все перевернуть внутри человека, вытянуть на поверхность давно покрывшиеся толстым слоем пыли воспоминания — о разбитой в детстве коленке, о небольших кострах, которые палили в парке, в который забежали на-минуточку-пока-мама-не-заметила, о школьных друзьях и ярко-оранжевой листве в руках первой любви, о пропахших горечью этих самых листьев вечерах, о расставаниях и новых знакомствах. Все это смешивается в один водоворот и цепляется за ребра небольшими рыболовными крючочками — не вырвешь, как ни старайся — аккуратно потягивая за них, заставляя споткнуться на очередном вздохе и на секунду вернуться туда, куда в принципе дороги нет. Енун не хочет возвращаться. Не потому, что там было плохо, а потому, что просто это уже было и незачем шевелить прошлое. Но память срать хотела на его желания, а значит, он раз за разом будет нырять во все это. И в старости, как он сам подозревает, будет еще хуже. Такие моменты всегда накрывают внезапно. Подготовиться к ним нереально. И вторая по счету сигарета, выкуренная до самого фильтра как-то не спасает, а лишь обволакивает эти воспоминания каким-то дурацким флером ностальгии и самую чуточку сожалений. Та осень была странной. И молодой человек, прыгающий по грязи в модных и очевидно супердорогих туфлях, тогда выглядел просто не к месту на строительной площадке, которой на то время руководил Канин. Тонкие серые брюки с идеально выглаженными стрелками наводили бы на него тоску, если бы не тот факт, что их "украшали" густые цепкие капли глины. Ким наблюдал улыбки на лицах своих рабочих, и сам не мог сдержаться от того, чтобы не усмехнуться даже слишком снисходительно, чем того требовала та ситуация. Идеальная укладка парня растрепалась всего ничего, и то, только в тот момент, когда тот, не дойдя совсем немного то того места, где стоял Енун, совсем несуразно поехал по склизкой глине, уморительно размахивая руками, пытаясь свести не слушающиеся ноги вместе и не сесть в лужу, в прямом смысле. Енун сжалился, в последний момент все же шагнул вперед и схватил парня за руку, потянув на себя и вытащив того на твердую и устойчивую поверхность. Тот быстро пришел в себя, и отчаяние, на секунду появившееся у него в глазах, сменилось какими-то озорными искорками с вкраплениями облегчения и интереса. Кто-то сбоку гоготнул, кидая в толпу про принца и его принцессу. Канин мысленно поклялся себе, что негодник задолбается вручную таскать раствор на верхние этажи. И похер, что у них есть для этого лифт. Молодой человек же или не услышал, или сделал вид, что подкол прошел мимо него. — Вы наверное Енун. Очень рад наконец познакомиться. Какой догадливый. Парень вполне может и сам с собой поговорить, так как видимо, ответ ему не особенно нужен, раз уже вовсю тряс руку Енуна в крепком и энергичном рукопожатии. — Допустим. А вы? Енуну бы высвободить руку, но кажется ее приватизировали. — Чхве Шивон. Вопросительно выгнутая бровь подействовала на Чхве довольно отрезвляюще, и воодушевление того слегка погасло. — Я ваш клиент, — Чхве показывает рукой вокруг. — Это все мой проект. Слишком молод… Енун совсем не так себе представлял заказчика такого крупного торгового цента. — Мой отец владеет корпорацией, а я его доверенное лицо. Не думайте, я еще не на самой вершине. Но что-то около того. Видимо, мысли Кима слишком явно отразились на лице, и парень как-то совсем стал серьезным. Аж как-то неудобно стало за это. Опустив взгляд на обувь Шивона, Енун невольно подумал, что тот отличается от большинства богатых наследников. — Туфли-то не жалко? Все же итальянская кожа, да и коллекция этого года. Пф, не ожидал? Ну да, резиновые сапоги Кима как-то не особо намекают на познания в моде. — Немного жалко. Кошачья улыбка лишь слегка тронула губы в мягком изгибе, но Канин осознал, что не подал бы парню руку, если бы тот не поперся к нему через все то месиво грязи. Видимо, на то и был расчет. — Итак, ради чего эти туфли почили смертью храбрых? — Нужно кое-что поменять в чертежах. Мы решили сменить некоторых поставщиков и материалы. — Блять. Придется ужаться? — Да. — Сэкономить решили? Енун ненавидит экономить. Обычно это не приводит ни к чему хорошему на строительной площадке. Только много головняка, а иногда и стыд за работу, которую мог бы сделать идеально, если бы не заказчики-жлобы. — Не то что бы. Обещаю, материалы будут надлежащего качества, но предыдущий поставщик хотел нагреть на нас руки. — Понятно. Я ненавижу работать с дешевым дерьмом, — чиркнувшая зажигалка слегка замаскировала раздражение в голосе, но Енун не старался его скрыть, а Чхве не сделал вид, что не заметил. Не курить, будучи руководителем всего этого дерьма невозможно. Такие новости легче переваривать, вдыхая сизый дым. — Я тоже, как и мой отец, — внимательный и серьезный взгляд. И куда только делись те задорные искорки?! — Именно поэтому мы и работаем с вами. Подхалимаж засчитан. А Шивон удостоился сдержанной, но уже более дружелюбной улыбки. Енуну всегда льстило, когда люди его ценили. Особенно в профессиональной сфере. — Уговорил. И че дальше? — Мне поручено отвезти вас в офис. Енуну стало интересно, в какую же машину Чхве полезет в таких, кхм, туфлях. Усмехнувшись своим мыслям, он затушил сигарету о ближайшую поверхность. — Обожди тут. И да, какой у тебя размер ноги? Брови молодого мужчины полезли вверх. — Сорок третий, а что? — Ничего, это мой стандартный вопрос при знакомстве. Про размер бицухи и члена спрошу чуть позже. По дороге в офис. Ну как тут не удержаться от стеба? Под дружный гогот работяг Енун пошел в вагончик неподалеку. Нужно переодеться и взять наследнику сапоги. У него самого размер ноги на один побольше будет, но по крайней мере парню будет во что переобуться прежде, чем сядет в машину. Ким терпеть не мог, когда в авто лезли с килограммом грязи на каждой ласте. Машина, как женщина. За ней внимание, да уход. Нацепив чистые джинсы, рубашку, а сверху пальто, Енун впихнул себя в сапоги, а в руки взял сапоги для Шивона и туфли для себя. — Дуджин, пойдешь со мной к машине господина Чхве. Заберешь у меня сапоги. — Окей, босс. Худой парнишка метнулся в сторону выхода со стройки. Енун перевел взгляд на Шивона. — Ну, чего ждешь? Пошли. И руку дай, еще не хватало, чтобы тут жопу словил. Не пристало чеболю в грязи кататься. Все же туфли не обувь для стройки, а чеболи должны ходить по светским раутам, а не по этим самым стройкам. Енун тогда успел пару раз словить незадачливого парня, и сам себе начинал казаться почти принцем. Шивон же только охал и извинялся за причиненные неудобства. Оставалось только раздраженно отмахиваться. Уже возле машины Ким переобулся в туфли, а Шивону протянул сапоги. — Надевай давай. Они хоть и не подходят к твоему костюму, зато чистые. Нечего тут красавицу вымазывать. Машина и впрямь была шикарна. И как ни странно, не двухместная. Плюс, Ауди Енун всегда уважал. К удивлению инженера, Шивон не стал выкобениваться, а молча снял туфли и впихнулся в предложенную обувь. — Спасибо. В ответ только короткий кивок, да мысли в голове, что парень довольно приятен. К концу поездки Ким также отметил недурной музыкальный вкус Чхве. Отличная подборка рока и, как ни удивительно, классики. Шикарно. Никакой тебе попсы или дискотечной кислоты. Мужик, короче, что надо. Единственное, что удивило — небольшой томик Библии на заднем сидении машины. Молодой Чхве не был похож на богобоязненного человека.