Абсент

Сигареты. Вернувшись домой, Какаши поздоровался с Сакурой и, ничего больше не говоря ей, отправился в ванную комнату. Сегодняшний день оказался для него довольно насыщенным и мужчине сейчас ужасно хотелось поскорее лечь спать. Пусть Хатаке и был слишком уставшим, он не мог не обратить внимания на плохое настроение Сакуры. Но даже заметив это, Какаши не стал ничего спрашивать. Захочет, значит, сама расскажет. Допытываться он не станет. Приняв душ, Какаши быстро переоделся и лег в постель. Глаза уже слипались и его неумолимо клонило в сон. Сегодня обязательно нужно выспаться, завтра ведь самый обычный рабочий день... *** Дверь в комнату Хатаке медленно открылась. В помещении довольно прохладно из-за открытого настежь окна. Все же на улице сейчас далеко не лето и даже не весна. Какаши стоял возле подоконника, докуривая очередную сигарету, смотря, как серое облачко дыма вылетает в открытое окно. Сколько он уже выкурил? Одну? Две? Может быть даже три? Этого Какаши уже не помнил. Он никогда не следил за потребляемой дозой никотина. От сигаретного дыма слезились глаза. Пожалуй, это сказывался ещё и чересчур выматывающий рабочий день. Язык щипало, да и кашель поступал к горлу. Видимо, с курением пора заканчивать. Сколько раз он уже обещал себе это? Месяц? Два? Да нет, Хатаке уже лет двенадцать обещает себе бросить эту дурную привычку. Обещает с самого дня смерти Рин, но... Даже это обещание он не может выполнить. Ненавидит себя за это. Привычно. Мужчина не сразу заметил чьё-то присутствие рядом с собой. Вздрагивает, когда мягкие девичьи ладошки ложатся на его плечи. Чуть сжимают. Он не спешит оборачиваться, уже заранее зная, кто стоит за его спиной. Рука вновь тянется к помятой пачке, лежащей на подоконнике. Стоящая за спиной девушка подаётся вперёд, накрывая своей маленькой ладошкой его собственную. Мягкая, тёплая. Его-то рука, наверняка, как обычно холодная. - Какаши, ты... не кури, пожалуйста, - прошептала Сакура. Какаши резко повернулся и прижал к себе удивленную девушку. Немного постояли в таком положении. Медленно Хатаке наклонил голову и коснулся её губ своими губами. Сакура сама углубила поцелуй. Провела рукой по его голому торсу, слегка царапая бледную кожу острыми ноготками. Похолодевшими от напряжения пальчиками, она провела до резинки спальных штанов, слегка оттягивая. Мужчина вздрогнул и двумя пальцами приподнял подбородок девушки, заставляя её смотреть ему в глаза. Сакура дрожала от холода или же возбуждения Какаши так и не разобрал. - Не смей закрывать глаза, Сакура, - сказал он, прикусывая мочку её уха. Господи, её запах слишком соблазнительный. - Какаши, я... - Молчи! - рыкнул он. - Просто молчи, слышишь? Просто молчи, прошу тебя. Сакура не успела отреагировать на его слова, как вновь почувствовала его губы на своих губах. Целовать её было для Какаши сравнимо с наркотиком. Слишком быстро привыкаешь, да и последствия тоже слишком велики, но остановиться уже нельзя. Невозможно. Она для него, как наркотик... *** Опять неприятный звон будильника. Изо дня в день... Из года в год.... Одно и тоже. Безумно надоело. Вздохнув, Какаши встал с постели. Провел по лицу ладонью, стараясь убрать сонливость и не вспоминать тот сон с участием Сакуры. Это было слишком... романтично. В жизни этого быть не может. Хотя... хотелось бы. За завтраком и по дороге в школу Какаши не мог выбросить из головы слова Сакуры из сна. "Какаши, ты... не кури, пожалуйста." В последний раз он слышал это от Рин. Правда, тогда Какаши только отмахнулся от нее, закуривая новую сигарету. Если бы он только знал, что уже через неделю будет держать её за руку на этой крыше, то... То чтобы он сделал? Пожалуй, ничего. Нет смысла рассуждать о том, чего изменить, к сожалению, уже нельзя. Рабочий день пролетел для него, как в тумане. Сегодня все шло наперекосяк. Книги валились из рук, да и на работе он никак не мог сконцентрироваться. Перед глазами все плыло, а в голове крутилась эта проклятая фраза. "Какаши, ты... не кури, пожалуйста." В обеденный перерыв он все же не выдержал и вышел на улицу, с твердым намерением выкурить парочку сигарет. Главное, чтобы ученики не увидели. В целом-то, ему плевать, но он же учитель и должен быть примером для подражания. Господи, да какой из него пример?! Дерьмо, да и только. Приехав домой, Хатаке быстро переоделся и, не обращая почти никакого внимания на Сакуру, ушёл в свою комнату. На то, чтобы открыть окно и прикурить сигарету, ушло не более половины минуты. В пачке осталось всего три штуки. В Нижнем ящике стола лежит целый блок. В любом случае, без спасительного никотина он не останется. Перед глазами картина из прошлого... Вот он стоит на той злополучной крыше, облокотившись на перила. В зубах зажат фильтр от сигареты, а от самого её кончика в небо поднимается тонкая серая полоска дыма. За спиной слышится скрип двери и чьи-то негромкие шаги, но и этим звуки сейчас крайне противны. В общем-то, он и сбежал сюда в поисках спасительной тишины. Сзади кто-то подошёл к нему и положил руку на спину, чуть сжимая пальцами ткань школьной белой рубашки. - Какаши, зачем ты опять куришь? - спросила Рин, смотря на него усталым взглядом. - Не твоё дело, - бросил он, выкидывая дымящийся окурок и тут же закуривая новую сигарету. - Зачем пришла? - Пойдёшь со мной навестить Обито? - на последних словах её голос предательски задрожал и Какаши понял, что она сейчас заплачет. - Нет, - прозвучало немного грубо и холодно, но вряд ли она поймёт по-другому. - Иди одна. Мне там делать нечего. - Но... - Уйди отсюда! - рыкнул парень, неосознанно выдыхая ей в лицо облачко светло-серого дыма. - Ты мне мешаешь. - К-какаши... - на глазах Рин выступили слёзы, вызванные то ли дымом попавшим в глаза, то ли обидой. Бросив на парня ещё один красноречивый взгляд, она резко сорвалась с места и бросилась бежать подальше от крыши. Несмотря на свои слова, к Обито он все же пришёл, но чуть позже. Встречаться с Рин на кладбище ему совсем не хотелось. То, о чём он говорил с Обито, явно не предназначалось для ее ушей. В этот день Какаши просидел на кладбище до самого вечера, пока его не забрал Джирайя. Затушив сигарету, Хатаке вылетел из комнаты, не обращая внимания на удивленный взгляд Сакуры, схватив с вешалки пальто, мужчина выбежал на улицу. Садиться за руль в таком состоянии, как сейчас, он не рискнул, так что до места назначения добрался на своих двоих. Благо кладбище находилось не слишком далеко от его дома. До нужной могилы он добрался за считанные минуты. Какаши тяжело вздохнул и опустился на корточки, приложив руку к холодному камню. Стер пыль надписи, после чего вновь закурил. - Здравствуй, Обито, - сказал Какаши, поднимая взгляд к небу. - Знаешь, мне есть о чём тебе рассказать. Возможно, что ты меня ненавидишь за то, что я не уберег Рин... Но я очень хочу с тобой поговорить. Я устал быть один, Обито. Со мной живёт девушка... Она очень похожа на Рин, но и отличается о неё. Сакура довольно милая, но порой безумно раздражает. Мне она нравится. Милая девчонка... Мне очень не хватает тебя и Рин. Пожалуй, если бы вы были сейчас рядом, наверное, не было бы так хреново... Я устал быть один, Обито... Затушив сигарету и выкинув окурок, Хатаке поднялся и, бросив последний взгляд на могилу друга, медленно покинул кладбище. Сейчас ему безумно хотелось домой, ведь там его ждёт Сакура. И пусть она не близкий для него человек, и даже не друг, но Какаши просто устал быть один... *** Подойдя к подъезду, Хатаке заметил подъехавший знакомый автомобиль. Остановился, внимательно поглядываясь в темноту. Передняя дверца машины открылась и уже через пару минут перед Какаши стоял седой мужчина, лет пятидесяти на вид, в чёрном костюме. - Привет, Какаши, - сказал он, положив руку на плечо Хатаке. - Как дела? - Здравствуйте, Джирайя-сан, - поздоровался Какаши, полностью игнорируя вопрос о делах. Разве по нему и так не видно, что идут они крайне хреново? - Какими судьбами здесь? - Ехал мимо, вот и решил и заглянуть к любимому крестнику. - На чай зайдете? - А ты думал, что я откажусь? - засмеялся Джирайя, проходя в квартиру вслед за крестником. Услышав голоса в коридоре, Сакура вышла из своей комнаты. Все то время пока Какаши готовил чай, они внимателено разглядывали друг друга, стараясь не упустить ни одной мелочи. Редко в доме Хатаке можно было увидеть особу противоположного пола. Обычно в это время они... Да... Обычно в это время они ещё развлекаются с ним в постели. А эта девочка, похоже, ещё не доросла до такого времяпровождения. Какаши выглянул в коридор и позвал крёстного на кухню, после чего добавил, что Сакуре уже пора было бы лечь спать. Время-то уже далеко не детское. Харуно, конечно, пробурчала что-то в ответ, но все же послушно скрылась в своей комнате. - Вы что-то хотели у меня спросить, Джирайя-сан? - спросил Какаши, разливая по чашкам ароматный зелёный чай. - Ты как всегда прав, - протянул мужчина, грея руки о бока чашки. - Меня и мою жену уже очень давно волнует вопрос о твоей женитьбе. - Джирайя-сан, вы отлично и уже очень давно знаете, что в ближайшее время я не собираюсь добровольно надевать на себя ошейник, - усмехнулся Какаши, разглядывая в чашке своё отражение. Эти разговоры о будущем возможном браке ему уже порядком надоели. - Это из-за Рин? - посерьезнел Джирайя, строго смотря на крестника и, не дожидаясь его ответа, продолжил: - Мне надоело то, что из-за своего чувства вины за её смерть, ты ставишь крест на своей личной жизни. Послушай, ты же никогда не любил её, а только притворялся из-за обещания, данного Обито. Их обоих уже нет в живых. Не загоняй себя в могилу так же, как твой отец. - Джирайя-сан... - Не перебивай меня, пожалуйста, - спокойно, но не менее грозно произнёс он. - Мы с Цунаде просто хотим, чтобы рядом с тобой был близкий человек. Я же вижу, что и тебе это одиночество стало в тягость. Возьми чистый лист, смени чернила в конце концов! Мы не хотим молча смотреть на то, как ты умираешь. Рин уже не вернуть, а ты пока ещё... - Джирайя-сан! Хватит! - рыкнул Какаши, ударяя кулаком по столу, после чего в комнате повисла гнетущая тишина. Скрипнула половица. Мужчина еле слышно подошёл к двери и резко распахнул её. Чисто, только вот дверь в комнату Сакуры только что закрылась на щеколду. Глупая девчонка. Видимо, он всё же поторопился с выводами насчёт неё.