Drowned

В те дни, когда мне были новы Все впечатленья бытия, — И взоры дев, и шум дубровы, И ночью пенье соловья, — Когда возвышенные чувства, Свобода, слава и любовь И вдохновенные искусства Так сильно волновали кровь, — Часы надежд и наслаждений Тоской внезапной осеня, Тогда какой-то злобный гений Стал тайно навещать меня. Печальны были наши встречи: Его улыбка, чудный взгляд, Его язвительные речи Вливали в душу хладный яд. Неистощимой клеветою Он провиденье искушал; Он звал прекрасное мечтою; Он вдохновенье презирал; Не верил он любви, свободе; На жизнь насмешливо глядел — И ничего во всей природе Благословить он не хотел. Александр Пушкин «Демон».

Вы когда-нибудь задавались вопросом, что же испытывает человек, когда умирает? Когда понимает, что сознание его покидает? Я особо не задумывалась на эту тему. До определенного момента. Джей тогда считал, что это самый подходящий день для ограбления банка мафии, чертежи которого он изучал чуть больше месяца. Не особо большой срок, но и маленьким его не назовёшь. Джокер, как и Никола Тесла, считал, что нельзя начинать воплощать идею до тех пор, пока проект не будет продуман до мельчайших деталей. Хотя Джей говорил, что это не означает, что нужно зацикливаться на мелочах, доводя до совершенства. Но основные принципы должны быть продуманы до мелочей. "Представь себе, — говорил он, — что ты, Харли, физик-практик и работаешь над новым изобретением. Ну, или проверяешь теорию. Сразу станешь более внимательней и все действия будешь просчитывать на несколько ходов вперед. Но ты не знаешь некоторые переменные, будь-то реакция тех веществ, которые используешь. И лишь из-за этого продумать всё до мелочей невозможно, а основные принципы — запросто." Всё бы пошло как по маслу, но только он забыл про одну неизвестную переменную, которая меняется раз за разом — он забыл про неуклюжую Харли. Всё было красиво и немного театрально: Джей смеется, а сотрудники банка в панике стараются слиться со своим рабочим местом, а один валяется без сознания. Генри, вроде бы, но не суть. Он — гвоздь программы. И он-то и есть подлинная мишень Джея, а не этот чёртов банк. — Где я? — Генри приложил руки к голове, словно у него болит голова. — О нет, я вспомнил. Джокер сразу среагировал на звук с ужасающим выражением лица, но когда увидел, что Генри очнулся, сразу стал улыбаться как ребёнок, получивший долгожданный подарок на день рождения. Помните я говорила, что Генри — гвоздь программы? Он недавно сотрудничал с нами, но всё пошло не так как надо и теперь его ждёт награда. — Вспомнил? Уу, а я бы на вашем месте этого не делал! Воспоминания опасны; прошлое полно тревог и волнений. Старые недобрые времена, можно сказать, ха-ха. Память так коварна, сначала она преподносит вам букет удовольствий, трогательные родные запахи детства, волшебное сияние юности. Всю эту мишуру. — Джокер говорил с восторгом, как невинное дитя, одновременно размахивая какими-то фотографиями. — А потом она ведёт вас туда, куда вам совсем не хочется возвращаться… туда, где холодно и темно, где в тумане бродят расплывчатые тени, которые, как вы надеялись уже никогда не вернутся. Воспоминания, эти маленькие засранцы, могут быть подлыми и гадкими. Но можем ли мы жить без них? В конце концов, память — основа разума. И следовательно, мы отвергаем разум, если не можем смириться с собственным прошлым. — Джей склонился над ухом и говорил всё это медленно и плавно, показывая те самые фотографии, где изображена уже мёртвая жена Генри, но после небольшой паузы его речь снова стала быстрой и не всегда понятной.  — С другой стороны почему бы и нет? Никто, вроде бы, не связан с разумом долгосрочными обязательствами! Зачем же всё время быть в здравом уме и трезвой памяти? Та-а-ак что, в случае неудачного поворота ваших мыслей, если вдруг вас на полном занесёт в тот уголок памяти, где царит непереносимый ужас, помните: безумие всегда рядом. Безумие — это запасной выход. Вы можете просто согнуть через порог, оставив позади этот кошмар, и запереть дверь, отгородиться от него… навсегда.* Из-за быстрого приезда полиции нужно было срочно хватать Генри и бежать, чтобы продолжить разговор в уже более безопасном месте. Полиция, как и Бэтмен, и есть та неизвестная переменная. Было бы всё так, как хотел Джокер, если бы дурочка-Харли не споткнулась и не провалила запасной план Джея и не заставила бросать Генри. А теперь мы здесь, в ванной комнате с ужасной, и в некоторых местах обвалившийся плиткой и до краёв наполненной ванной. Говорят, что когда человек умирает, он видит всю свою жизнь. Джокер зол, очень сильно зол. Он держит за волосы провинившуюся Харли, собираясь окунуть её с головой в эту чёртову ванну. Я думаю, что человек не видит всю жизнь, он видит обрывки воспоминаний, ассоциирующихся с мыслями в этот момент. Бульк. Лицо полностью оказалось в воде. Паника. Паника от понимания, что ты не сможешь выплыть, если этого не захочет Мистер Джей. Дурочка-Харли начинает беспорядочно двигать руками и ногами и не в состоянии позвать на помощь, стараясь как можно меньше тратить воздух. Бульк. Мышцы окончательно устали, и дурочка-Харли сдается и уходит под воду. Инстинктивно пытаясь сделать глоток воздуха, из-за чего втягивает воду, закашливаясь, и втягивает еще больше воды, которая вызывает ларингоспазм**. Остаётся лишь надежда, что Джокеру быстро надоест топить неуклюжую Харли. — Я считаю, что надо убивать всю надежду, — проговорил он, смотря на меня исподлобья. — Зачем? Надежда — лучшее из чувств. Если только она не ложная, — я рассматривала стену. Если не смотреть на него, то становится спокойнее и легче было продумывать ответ. Его взгляд прожигал. Он хотел услышать моё мнение насчет этого. — А если надежды нет, то смысл и желание делать что-то также пропадает. Он молчал чуть больше минуты, словно «смаковал» мой ответ. Наконец, он ответил, облизывая свои шрамы. — Думаешь, за пределами надежды существует лишь облом? В действительности, только лишившись последней надежды, ты можешь стать по-настоящему свободным. Тебя ничто больше не держит, тебе становится всё равно, и ты… — Джей прикрыл глаза, как будто подбирал слово, но тут же ответил, снова меняя темп своей речи, — получаешь, наконец, возможность сосредоточиться на мыслях о том, что следует делать, а не о том, что теперь будет, — Джокер качал головой, словно я его ученица, задавшая действительно глупый вопрос, а он учитель, который слегка посмеивался над глупой девчонкой, но всё же отвечал. Вода за считанные секунды наполняет дыхательные пути, вызывая ощущение, сродни горению. Ещё чуть-чуть и начинали бы разрываться легкие, но Джокер резко вынул дурочку-Харли из воды и через несколько секунд снова окунул. Вы задумывались, что происходит с душой после смерти? Приходит ли костлявая за ней или же она сразу попадает на небо, как говорят родители своим детям? Я верю, что все атомы моего организма улетят в космос в процессе распада Солнечной системы, чтобы обрести жизнь вечную в виде массы или энергии. Может вся наша система родилась лишь благодаря исчезновению другой? Вдруг все атомы планет — это атомы мёртвых организмов? Вдруг, чтобы обрести жизнь вечную нужно сначала умереть? В голове словно произошёл взрыв — мысли запутались в один большой и нераспутываемый ком, с которым так любит играть кот миссис Донсон, живущей на соседней улице и которая очень любит печь пироги для Харли. Вспомнилось как Джей изготавливал взрывчатку и одновременно объяснял мне как это делается, изредка цитируя Теслу. "Действие даже самого крохотного вещества приводит к изменениям во всей вселенной" - говорил он. Для качественной взрывчатки нужно взять одну часть девяносто восьми процентной дымящей азотной кислоты, и смешать с тремя частями концентрированной серной кислоты. Делать это надо на ледяной бане. Затем добавить глицерин по капле из глазной пипетки. И вы получили нитроглицерин. Далее нужно смешать его с опилками, и вы получите отличный пластит. Некоторые предпочитают смешивать нитроглицерин с ватой и английской солью. Это тоже дает неплохой результат. А некоторые мешают нитру с парафином. Но при этом получается ненадежная взрывчатка. Если взять достаточное количество пластита, чтобы обмазать им колонны фундамента, — ни одно здание в мире не устоит. Конечно в том случае, если вы не забыли тщательно обложить колонны со всех сторон мешками с песком, чтобы взрывная волна ударила в бетон, а не разошлась по помещению. После этих уроков я могу сделать взрывчатку из чего угодно. Спросите меня, и я объясню, как приготовить нервно-паралитический газ. Ну, или автомобильную бомбу. Джокер — кладезь ценной информации. Говорят, что перед смертью человек думает о самом важном для него. Вода сейчас как небо для Атлантов. Хочется бежать как можно дальше отсюда и не чувствовать как твои лёгкие заполняются жидкостью. А ведь когда небо слишком сильно давит на плечи даже Атлантам позволено сбежать. Припрятать себя под самыми облаками, облачиться в пальто и ненависть, в безумную страсть, в сигареты и мятные жвачки. Джокер ни во что не верит. Лишь в сегодняшний день и в себя самого. — Харли-Харли, нельзя же меня так подставлять, ты же знаешь это, да? — Джокер резко вынул меня из воды и смотрел на то, как пытаюсь вдохнуть побольше воздуха. Подождав ещё минуту, он продолжил: — Ты же больше так не будешь, а, тыковка? — Джей приподнял одну бровь, подавая при этом руку. — Да, пирожок. — счастливая Харли улыбнулась в ответ и взялась за руку, надеясь на то, что сдержит обещание и сделает перерыв. Ведь даже Атланты должны позволять себе перекур, чтобы упасть друг в друга, словно в самые глубокие пропасти этого сгнившего мира. * Речь Джокера из Batman: The Killing Joke ** Ларингоспазм (спазм гортани).