Интервью с вампиром

«На борту корабля мы питались крысами, но Кюхен не оставлял возможности и никогда не отказывал себе в удовольствии полакомиться людьми. Пассажиры очень переживали, думая, что на борту какая-то неизвестная им болезнь. Мы с Кюхеном днем не выходили из своей каюты, что вызывало ещё больше подозрений. — Знаешь, Сонмин. Я подумал, что нам стоит поехать в Новый Орлеан, — сказал мне Кюхен в одну из ночей. Я вопросительно посмотрел на него, не понимая, почему он принял такое решение. Но тем не менее я не стал отказаться. Возможно, он все-же решил рассказать мне о других вампирах, которые там обитают? *** — Ну, вот наш новый дом, — с улыбкой проговорил мой компаньон, а я просто взглянул на него, не понимая, что он хочет от меня теперь. Моего поместья больше нет, я ему больше не нужен. Возможно, он теперь меня убьёт? — Я тебя ненавижу, — прошипел я, входя в просторный дом и осматриваясь. — Это же прекрасно, Сонмин, — Кюхен вызывающе засмеялся, словно пытаясь меня спровоцировать. Только сейчас я задумался о том, откуда Кюхен знает про этот дом? Он так уверенно шёл сюда, будто знал, что здесь никого нет. Дом, к слову, не был заброшенным. Дорогая мебель, отделанная красным бархатом, дорогие фарфоровые сервизы на полках в шкафах. Светлые стены, мраморные полы и лестницы, правда было как-то совсем тихо, поэтому каждый мой шаг отзывался громким эхом, которое просто резало слух и не могло не раздражать. Все между собой гармонировало и не надоедало. — Это мой дом, — перебил мои мысли Кюхен, — все свое детство я провел в этом доме. Потом мне пришлось уехать. — Но почему? Где… — я не успел договорить, так как Кюхен меня перебил. — Это неважно! — резко и даже раздражённо проговорил он. По его виду было понятно, что он не хочет об этом говорить, а в глазах его я отчётливо увидел отстраненность и… Боль? Вечером мы сидели в гостиной. Кюхен раскладывал пасьянс, а я просто думал о том, как дальше жить. Он говорил, что скоро я научусь убивать, что перестану ценить жизнь. Мне же были омерзительны даже мысли об этом. Уже тогда я понимал, что мы с Кюхеном слишком разные и что нам с ним явно не по пути. Уже было далеко за полночь. Я поднялся и вышел в галерею. Ночной воздух был чист и свеж после лёгкого дождя, а луна, которая светила так ярко и была так высоко, освещала бетонные колонны. К одной из таких колонн я прислонился спиной и прикрыл глаза. Я думал о тех возможностях, которые мне давало бессмертие. Тогда я решил, что буду все принимать с нежностью и трепетом, черпая из новых встреч и событий то, что позволит мне двигаться дальше. Честно сказать, я тогда и сам не до конца понимал свои мысли. " — Я понимаю вас, — не задумываясь, ответил репортёр, — это как любовь, я прав? — Именно так. Это и есть любовь, — улыбнулся вампир, немного смутившись. «Я думал о Кюхене. Он, как простой смертный, наверное, до сих пор раскладывал пасьянс, чертыхаясь на карты. Он пытался доказать мне, что ничего особенного не произошло. Я горько усмехнулся своим мыслям, понимая, что мне придётся терпеть его задиристый характер и его из ряда вон выходящие выходки.