Через дебри Лжи, или приключения Девочки-которая-учится-в-Дурмстранге

« Удар. Спина встретилась со стеной. Кровь медленно стекает по виску. Дядя Вернон ужасно злой. Сломанные рёбра и тихий плач никому не нужной девочки. Смех маггловских „родственников“. Вечное одиночество и „ненормальность, которую в приличном обществе не терпят“. Контроль эмоций, натянутая улыбка и притворная радость. Хогвартс, Гермиона и Седрик. Малфой, сломанная рука и вывих колена. Волдеморт, филосовский камень, правда о директоре…». Это было тяжело. Тяжело постоянно держать всё это в себе и только в мыслях позволять себе отпустить это. „Это так… больно. Знать, что ты никому не нужен. Знать, что у тебя нет места, которое ты можешь назвать своим домом. И что самое страшное — осознавать, что в этом мире нет никого, кто мог бы тебя подбодрить, спасти из плена чёрного одиночества“. По тёмному коридору, освящённому только факелами, быстро шёл высокий молодой человек лет двадцати пяти. У него были красивые светлые волосы, отливающие золотом и голубые глаза, в которых сейчас царит беспокойство. Шёл он к кабинету директора Дурмстранга Игоря Каркарова, который находился на пятом этаже за портретом Дориана Грея (ничего лучше в голову не пришло).» Я ведь помню эту картину“, — мысленно усмехается незнакомец, проходя в открывшийся проход. Сколько лет прошло с того момента, когда он первый раз вошёл в эту школу. Сколько чувств переполняли его. А сейчас у него только одно желание — защитить ту, что осталась его последней родственницей в этом бренном мире. Без стука молодой человек вошёл в кабинет директора и закрыл за собой дверь. — Здравствуй, Игорь, — ухмыляясь, произнёс незнакомец, смотря на шокированного Каркарова. Что-то в этом молодом человеку было смутно знакомым. Аура была знакома, да и манера поведения. Неужели это… — Геллерт?! — шокировано выдохнул директор имя того, кто когда-то обучался в стенах этой школы и кто давным-давно натворил столько дел. Гриндевальд немного улыбнулся. — Узнал всё же. Может, предложишь гостю присесть? Я долго сюда добирался, — проговорил Геллерт и, получив утвердительный кивок, устроился в кресле, стоящего напротив стола директора. Повисла минутная тишина. — Зачем ты здесь? Что с тобой произошло? Как ты снова стал таким? — вопросы сыпались одним за другим, и Геллу пришлось наложить Силенцио на Игоря (Геллерт приобрёл другую палочку). — Вот теперь слушай мою историю. Она началась месяц назад, когда мне принесли письмо с известием о том, что у меня есть внучка. Меня выпустили из Нурменгарда, и единственной моей мыслью был поиск этой внучки, последнего родного человека. Я неделю не мог прийти в себя от радости, а потом отправился на поиски способа вернуть себе молодость. И, как видишь, нашёл. Не буду говорить, благодаря чему это случилось, мне не нужны неприятности. Затем ещё неделю добирался до города, а там разблокировал свои счета, чтобы купить себе новую палочку. И вот теперь я здесь, — рассказывал Геллерт, озорно поглядывая на Каркарова, у которого в голове всё перемешалось. А ведь он помнил, что Гриндевальд является дедушкой Амели. Директор Дурмстранга поднялся со своего места и повёл гостя в сторону Больничного крыла. дошли быстро и тут же зашли внутрь. — Мистер Дурмиш (лекарь), можем мы увидеть Амели? — спросил директор строгим голосом. Низенький мужчина лет пятидесяти кивнул куда-то вправо на единственную занятую койку. Двое мужчин подошли туда, чтобы увидеть Амели, которая читала Сандру Браун «„Навстречу завтрашнему дню“ (да, это современный роман, но я не удержалась). — Как ты себя чувствуешь? — ласково спросил Игорь, вглядываясь в бледное лицо девушки. Она оторвала свои зелёные глаза от книги и радостно улыбнулась. — Мне уже намного лучше, спасибо. А кто это? — с присущим ей любопытством спросила Поттер. Только собравшийся познакомить их Каркаров был прерван. — Если вы не против, я сам хотел бы поговорить с Амели, — попросил Геллерт, присаживаясь на постель внучки. Каркаров кивнул и, пожелав Амели побыстрее поправляться, удалился. -Ты, должно быть, и есть Амели Лили Поттер? Я Геллерт Гриндевальд, твой дедушка, - как бы смешно это не звучало. Сами подумайте,какой из этого молодого красавца дедушка. Лерт ожидал всего: недоверия, презрения, даже ненависти, но не того, что Амели встанет с постели и будет его обнимать. - Я так рада тебя видеть, Гелл. Не дедушкой же тебя называть?- весело рассмеялась девушка, положив голову на плечо Гриндевальда. Тот тоже хмыкнул, привыкая к теплу человеческих прикосновения. - Да, будет лучше, если ты не будешь меня дедом называть. Я не настолько стар, - на это не совсем старик и девочка громко рассмеялись.