Гормоны бушуют
15 ноября 2015 г., 22:13
Амели не могла понять, что происходит. Касиан стал каким-то... странным, если к вампиру можно применить это слово. Посмотрев на календарь, девушка не смогла сдержать своего удивления. Их с Габриэль, ну, или не совсем с ней, бой был целых две недели назад! Значит, две недели она провела без сознания, созерцая события прошлого?
- Кас? - тихо позвала со своего места девушка, стараясь не двигаться. Вампир дёрнулся, вздрогнул всем телом и обернулся. Его глаза всё ещё были красными, но уже не было той устрашающей ауры, что пару минут назад. Только девушка опустила ноги на пол, чтобы подняться со своего места, как секунду спустя невероятная сила припечатала её к кровати, буквально вдавливая в неё. Кроваво-алые, почти багровые глаза, с инстинктом хищника рассматривали девушку перед ним, её блестящие зелёные глаза, тонкую шейку с бьющейся на ней жилкой. Внутри Стана нарастал настоящий ураган эмоций, многие из которых были противоречивыми. Касиан хотел поцеловать Мили - Касиан хотел прокусить её нижнюю губу и насладиться самой насыщенной кровью из всех, что он встречал. Касиан хотел нежно прикасаться пальцами к тонкой лебяжьей шее - Касиан хотел впиться клыками в сонную артерию, чувствуя на своих губах солоноватый вкус изысканной крови наследницы древнего рода. И вообще, Касиан много чего хотел, но обычно это что-то шло в разрез с его совестью и понятиями о правильном и неправильном. С губ вампира сорвался рык, говорящий о недовольстве и нехватке гармонии с собой и окружающим миром. В мозгу что-то щёлкнуло, и мысль о том, что Амели пора стать полностью его выползла наружу на год раньше, чем он планировал.
В изумрудных глазах Поттер-Певерелл заскользил страх. При одном взгляде на старшего Стана, чьи руки сейчас снимают с её шеи нательный крестик и лёгкий голубой платок, внизу живота что-то завязывалось в тугой узел, развязать который будет ой как непросто. Его ледяное дыхание приятно щекотало кожу, вызывая лёгкое покалывание в области сердца. Ледяные руки убрали рыже-чёрные пряди в сторону, полностью открывая доступ к беззащитной шее. Касиан глубоко вздохнул, позволяя дурманящему запаху лаванды и полевых цветов полностью вскружить ему голову. Сдерживаться было выше его сил. Пара мгновений, и нежную кожу сонной артерии пронзили длинные белоснежные клыки, сразу проникая глубоко внутрь, явно ища определённую точку. Амели резко дёрнулась от слегка неприятных ощущений, но быстро успокоилась, когда одна рука вампира обняла её за талию, а вторая крепко удерживала за шею, не давая ни отстраниться, ни причинить девушке сильной боли. Как ограничители. Амели почувствовала себя очень странно. Как будто ниточки её эмоций стали переплетаться с нитями чувств своего избранника, чёрные и красные. В голове было пусто-пусто, и блаженная тишина вполне позволяла прочувствовать каждый момент их "единения". С каждым глотком странное чувство всё больше нарастало в груди, грозясь вырваться в виде стихийного выброса. А Стан... Касиан полностью окунулся в спектр их общих воспоминаний, пролетающих перед глазами: знакомство, улыбки, библиотека, приключения, случайный поцелуй, прикосновения, ревность, праздники, веселье, прекрасные ночные прогулки... Одна рука сжалась на белой простыне, и сиплый стон в шею сказал Амелии больше, чем все красивые слова в женских романах. Ослабевшими руками она обняла вампира крепче за шею, позволив ему целиком и полностью регулировать ситуацию. Она отдавала ему всю себя без остатка и даже не собиралась просить чего-либо в замен. Неожиданно на обнажённом плече нечто невидимое стало что-то вырисовывать. То же самое происходило и с Касианом. На плече Амели вновь (но уже на другой части тела) появилась красивая, серебряно-зелёная татуировка с надписью " Раз и навсегда, лишь для меня. Любовь", что отображало её уже составлявшееся духовное единение со своим возлюбленным, и от этого становилось очень легко на душе, словно любые проблемы больше не имели значения. А Касиан, наконец оторвавшись от любимой, на своём плече увидел красно-чёрную татуировку "Вечный для меня, единственный во веки. Любовь".