Признание Индиго.
6 декабря 2015 г., 16:15
— Мать вашу! Че тут творится! — Индиго чуть в обморок не свалилась от данной картины.
Да и мало ли кто не грохнется, когда увидит, как «женишок» с его девушкой тут «размножением» занимаются…
— Любовь. А че не похоже? — спросила Дэш, надевая футболку.
На крики сбежались остальные. Ой, что тогда началось…
— Рэйнбоу, это как вообще понимать?! — Скут ужасно удивилась.
— Ниче особенного мелкая. — Рэйн покраснела.
Повезло девушке, что она одется успела. А Рин спрятался под одеяло.
Они, наверное, сейчас бы превратились в помидоры. Только неизвестно, от чего. То ли от злости на Индиго, которая им помешала, то ли от смущения, что на них пялится столько пар глаз.
— Ну ты вообще… — только и протянула девчонка.
— Гы, не отрицаю. — радужноволосая ухмыльнулась.
В это время, мать вашу, пришла медсестра.
— Ну я сваливаю, кароч. — Дэшка галопом понеслась.
— Та-ак. Что тут происходит? — поразилась Зэп.
— Я тебя не люблю. Можешь валить отседова.
— Но… как же самолеты. Или ты выходишь за меня, или никогда больше не летаешь!
— Ну значит не летаю!
Соарин победно поднял голову.
Индиго пришлось признать свое поражение.
— Я вижу, что её ты любишь больше, чем свою работу.
Она улыбнулась.
— Я, вообще-то даже и не хотела выходить за тебя. У нас отношения чисто деловые.
— Но…
— Да, и не спорь. Я тебя никогда и не любила. Просто мои родители сказали мне подкатить к тебе. Лол.
— Почему?
— Э-э-э… Они немного обеднели. И им требуются твои деньги. А не ты.
— Моя слава и популярность? — он ухмыльнулся.
— Так точно, Рин.
Слова Индиго приободрили парня.
Но тут произошло нечто действительно неожиданное:
— Если ты не любишь меня, то кого ты любишь?
— Тандерлейна… — она покраснела.
— МАТЬ ТВОЮ, ЧТО?! — чуть ли не на всю поликлинику заорала Спитфайр.
— Девушка, выйдите пожалуйста. — медсестра её вывела из палаты.
На прощание Спит подарила Зэп уничтожающий взгляд.
Она лишь недоумевала.
А в это время Рэйн сидела у Сонаты.
— Ну, как ты?
— Уже лучше, скоро выпишут.
И тут позвонила Твайлайт.
— Рэйнбоу, срочно приезжай. Пинки отравилась…
