***
— Все закончилось хорошо… Да? Рэйнбоу прижала Скуталу к себе и приобняла за плечики. Девочка лишь подняла голову и радостно блеснула глазами. — Хорошо — не то слово. Все закончилось идеально! Соарин провел пальцем по щеке Дэш. — Т-ты плачешь?! — Не-а. Ресница в глаз попала. Чтобы доказать это, девушка попыталась вытащить якобы попавший в глаз мусор. Но… Там ничего не было. Рэйнбоу не привыкла плакать. Не привыкла к романтике и очевидным, для её возраста, вещам. Она привыкла быть сильной. Но девушка так рада видеть родных и близких ей людей живыми… Радужноволосая выяснила для себя многое. Она узнала, что жизнь не такая радужная, как её волосы. Она почувствовала соленоватый привкус слез. Она поняла, что даже враги могут стать друзьями. Друзьями… Эта мысль не давала ей покоя. А что, если они с Соарином не смогут быть вместе. Если их пути разойдутся?! Она плакала от этого. Да, Рэйн, с гормонами у тебя все в порядке. От очевидностей не плачут, от судьбы не бегают. Лучше признать свои ошибки и не быть трусом. — Нет, я, кажется, плачу…***
— Рэйн, солнце, Адажио звонила. Она просила передать, что рада, что часть тех денег, которые мы с тобой получили от правительства за поимку «особо опасного», мы дали им. Они наконец расчитались с долгами. И купили квартиру. Соарин отложил телефон. — Дэши, а ты не будешь против, если у меня будет собака? Скуталу с улыбкой до ушей вбежала в комнату, крепко держа поводок, который был прицеплен к настоящей, но маленькой собаке. К щенку кавказской овчарки. — Конечно. Пусть остается. — Надеюсь, что никто не будет возражать, если Рамбл будет приходить к нам. Они завели щеночка хаски. Девчонка заправила малиновую прядь волос за ухо. — Всегда рады…