И встретимся мы снова

— Мне нравится, как ты пахнешь, — прошептал Тайлер, касаясь носом щеки брюнета. Этот запах на самом деле пленял его, завораживал. Он мог стоять так несколько часов, вдыхая сладкий мужской парфюм. А может быть вовсе и не запах лишал его рассудка, а сам Дилан, спокойно стоявший в полумраке улицы со сложенными на груди руками. Такой спокойный и мягкий, но при этом безумно сексуальный. Что, если бы Ти набросился на него прямо сейчас, но ведь он хотел этого, хотел безумно. Так сильно, что там, внизу, под джинсами мучительно сдавливало. Дилан отвернулся и уставился в окно, сложив сильные руки на груди. Кожа его была загорелая и кое-где красная и горячая от солнечного поцелуя, чем еще больше привлекала Тая. Ему хотелось прильнуть к ней, впиться, впитать его аромат. Но еще ему хотелось жестоко отодрать парня за то, что тот его покидает. Пози подошёл, кладя руку ему на плечо, и стал нежно поглаживать. Брюнет напрягся, но не подал виду. Тогда наш ловелас ухмыльнулся и прильнул губами к его плечу, страстно впиваясь в кожу зубами. Он знал, как сильно это любил Ди и как молниеносно на него это действовало. И это сработало. Парня бросило в дрожь, штаны стали в несколько раз теснее. Он завелся. И завелся очень сильно. Ти продолжал покусывать его плечо, медленно двигаясь к шее, к желанным ключицам, в то время как руки его растирали спину парня, забравшись под футболку. Это окончательно добило Дилана. Он расслабился и развернулся, позволяя телу принимать ласки Поузи полностью. Он получал наслаждение от горячих рук и мягких сладких губ, исследовавших каждую его клеточку. Он ощущал, как хочет его задница почувствовать в себе наполнение. Всецелое, глубокое и желанно-болезненное. — Прости, но мне надо уехать! — шепнул О`Брайен и страстно впился в твердые губы, проникая языком глубоко внутрь. Он кусал и посасывал, издевался и награждал, пленял и окутывал, он не мог терпеть. Его трясло, а в паху все пульсировало и сжималось. — Пожалуйста останься, давай бросим все, и сбежим… — заскулил парень сквозь родные губы, обнимая любимого, и позволяя ему углубить поцелую настолько, насколько это было возможным. Руки Тайлера уже нервно расстёгивали ремень на его джинсах, грубо задевая пальцами отвердевшую плоть, отчего Дилан нервно постанывал. Ди в последний раз лизнул его твердые сахарные губы и страстными рывками стал спускаться вниз, высвобождая набухший член от мешающих трусов. Рот его наполнился слюной. Как долго он не вбирал его в себя, как долго он не чувствовал родной вкус, как хотелось ему вновь сомкнуть на нем губы и доставить ему наслаждение. Опустившись на колени перед Тайлером, парень обхватил рукой возбужденный член и тут же протолкнул его в рот, вызывая у горячего мексиканца громкий, и желанный его слуху стон. Он чувствовал, как сильно скучал по нему Ти, как желал, чтобы именно он отсосал ему так, как может только Дилан. Его Дилан. Всецело принадлежавший только ему одному. И им было наплевать на то, что они, возможно, вели себя слишком громко. И что дикие стоны могли разбудить коллег по съемочной площадке. Они просто наслаждались моментом, наслаждались друг другом. Ти тем, что вновь кончает от любимых губ, скользящих по изголодавшемуся по ласкам члену, а Ди тем, что вновь глотает так давно желанную сперму, облизывая нежную головку самого вкусного члена на свете. — Я люблю тебя, — шепчет он, вновь поднимаясь к родным губам.

***

Настроение было в дерьмо, а потому в руке Тайлера виднелась бутылка с виски, которую он достал из своего тайника, находившегося за подкладкой в шифоньере. Периодические проверки не позволяли так просто хранить алкоголь, всем приходилось изощряться, пряча его в разных местах, где никому уж точно не придет в голову искать. Таким образом бутылки с алкогольными напитками можно было совершенно спокойно найти в вентиляции, в стенах, в подсобках, заваленных всяким хламом и где практически никто не появлялся, и даже за туалетным бачком. В данный момент не хватало лишь травы, ну или хотя бы просто сигареты, чтобы расслабиться окончательно. Конечно, можно было встать и найти где-то в сумке купленную днем пачку сигарет и зажигалку, но столько лишних движений… Нет, слишком в лом. Парень сидел на широком подоконнике, сложив ноги в позе лотоса и запрокинув голову, прислонившись затылком к стене. Глаза прикрыты, а волосы чуть взъерошены, что добавляло его внешнему виду сексуальности. Делая глоток янтарной жидкости и чувствуя, как она медленно течет по гортани, а затем проникает в желудок, оставляя за собой приятное чувство жжения, парень шумно вздыхает. Как же одиноко. В комнате темно. Лишь лунный свет пробивается через окно, тускло освещая двухместную комнату белым светом. — Сегодня ночью ты будешь подчиняться мне, малыш — неожиданно раздается посторонний голос в комнате, — это мое последнее желание. Дилан запустил пальцы в свои волосы, зачесывая их назад и поднимая взгляд на собеседника. Он сидел на полу, согнув ноги в коленях и точно также опираясь спиной о стену. Последние полчаса он наблюдал за парнем, который периодически заливал в себя алкоголь и что-то напевал себе под нос. Немного помедлив, парень поднялся на ноги, упираясь одной рукой в шкаф, стоящий совсем рядом, а другой хватаясь за подлокотник кожаного кресла бежевого цвета, идеально вписывающегося в обстановку всей комнаты. Секунд через десять он уже стоял рядом с Таем, вытаскивая из его рук бутылку «Хеннеси». — Эй, — недовольно буркнул Тай. — Ничего не знаю. Вставай. Опять же недовольно вздохнув, он кое-как начал сползать с подоконника, стараясь не запутаться в своих же ногах, и, наконец, оказавшись на полу, пошатнулся. Алкоголь дал о себе знать потерей координации в пространстве, а потому брюнету пришлось тут же прижать своими бедрами Тайлера к подоконнику. — Может… — Тш… — зашипел Ди, прижимая палец к пухлым губам парня и заставляя тем самым замолчать, — заткнись. Тай закатил глаза, но все же подчинившись, взглянул в карие глаза парня, ожидая его дальнейших действий. Долго ждать не пришлось, через считанные мгновения О`Брайен прильнул к губам Пози. Они были с горьковатым привкусом алкоголя, что придавало поцелую некую изюминку и мгновенно опьяняло, завлекая разум дымкой и мешая здраво мыслить. Последние шесть месяцев они практически не касались друг друга, Дилан был на своих съемках, а Тайлера не пускали, а если и пускали, то на малое мгновение. Много раз каждому из них хотелось сорваться. За это время их влечение друг к другу обязано было возрасти, а значит сейчас будет однозначно одна из лучших ночей в их жизни. Губы парней вновь слились в поцелуе. Рука Дилана легла на затылок друга, зарываясь в его волосы, затем постепенно спускаясь по спине вниз. Язык брюнета уверенно и дерзко исследовал рот парня, то переплетаясь с языком парня, то касаясь его нёба и осторожно проводя кончиком языка вдоль него. Поузи периодически покусывал губы Дилана, то и дело несильно оттягивая их и довольно улыбаясь. Руки развязно гуляли по телу, забираясь под одежду и касаясь разгоряченной кожи. В комнате повисло желание. То, что исходило от обоих из парней. Они хотели друг друга. Здесь и сейчас. И как можно скорее. — Даже когда меня не будет… Я не позволю тебе грустить, — у самого уха проговаривает кареглазый, а затем слегка прикусывая мочку уха, отчего парень довольно шумно выдыхает, ловко стягивает с него футболку и отбрасывает ее в сторону. Пальцы мимолетно проводят по рельефному торсу сверху вниз и останавливаются в районе штанов, быстро пробираясь под их резинку. У обоих из друзей были убеждения, что просто быстрый секс — совсем не интересно. В приоритете всегда стояли предварительные ласки. То, что давало иной раз куда больше эмоций и приятных ощущений, чем сам половой акт. Возможно кто-то не поверит, но это действительно так. Эти двое знали толк в получении кайфа. Через две минуты уже оба парня стояли без футболок, прижимаясь друг к другу телами и наслаждаясь прикосновениями. Губы Тайлера коснулись шеи друга, оставляя влажный след, а затем и засос. Завтра на съемке Дилан будет ругаться на этот счет. Как обычно. Но сейчас абсолютно плевать. Засос — это как знак того, что человек принадлежит тебе и ты наглядно показываешь окружающим, что он только твой и никогда не станет чьим-то еще. Пусть не зарятся. В комнате раздается едва слышный стон, быстро растворяясь в ночной тишине. Руки Дилана лежат на бедрах Тая. Он делает два шага в сторону кровати, увлекая парня за собой, а затем небрежно толкая его на мягкое ложе. После и сам забирается на кровать, нависая над Тайлером и смотря на него сверху вниз. Да. Сегодня он главный. Все как и планировалось. Довольно улыбнувшись парень закусывает губу, окидывая своего партнера взглядом. Кровать одноместная. Конечно, не шик, но ничего. Не впервой. Им достаточно. Покрывая поцелуями грудь лежащего парня, Ди спускается к торсу, проводя языком по впадинке между накаченными мышцами брюшного пресса, которые так сексуально выступают под кожей. Остановившись у низа живота, брюнет вновь оставляет нежный поцелуй, а затем его руки принимаются стягивать домашние штаны со своей «жертвы». Когда он наконец с ними расправился, они оказываются валяться на полу, наряду с когда-то снятыми и также выброшенными футболками. — О, мой Бог, — еле слышно шепчет Тайлер, изгибаясь на кровати, когда рука кареглазого обхватывает эрегированный член совсем не малых размеров. Парень практически сразу начинает уверенно двигать рукой, при этом касаясь губами соска парня и затем прикусывая его своими зубами. Черт, сколько же времени он ждал, чтобы почувствовать прикосновения этого парня? — Ты сейчас выглядишь таким беспомощным, — усмехнувшись проговаривает Дилан, умиляясь над парнем, лежащим перед ним. — Да пошел ты, — фыркнув произносит Позизи, стараясь сдержаться и не застонать от того, что пальцы на его члене беспощадно сжимаются и ускоряют темп. — А что ты скажешь, если я сделаю так, м? — брюнет вскидывает брови, а затем медленно касается кончика возбужденной плоти губами, чувствуя весь тот жар, что разгорается под нежной кожей. — Блять. Дилан! Тело Тайлера вновь изгибается посредством зарядов проходящих по всему телу. Его как следует встряхивает, прежде, чем он вновь приходит в себя. — Я знал, что тебе понравится, — снова та довольная улыбка и парень касается губ Поузи мгновенным поцелуем. Его руки ловко переворачивают тело под собой, а поцелуи теперь уже касаются татуировок на бледных плечах. — Ван момент, — брюнет быстро слазит с парня, через секунду оказываясь у прикроватной тумбочки, с которой он быстро достает флакон небольшого размера и быстро возвращается на место. Этот флакончик всегда был в том месте. На всякий случай. Кто знает, что может случиться и когда он может понадобиться? — Какой же ты у меня охуенный, — проговаривает Дилан выдавливая прозрачный гель на пальцы. Секундное раздумье и его длинные пальцы касаются дырочки между ягодиц друга. От холодной консистенции и неожиданности парень вздрагивает. — О-ох, — срывается громкий стон с его губ, когда два пальца проникают внутрь. По телу проходит легкая дрожь, за которой следует глубокий вдох. Следующее движение пальцами и голубоглазый задевает простату, от чего тело вновь начинает содрогаться, поддаваясь нереальным ощущениям. — Черт… Как же… Блять… — слова в голове разбежались в разные стороны и ни в какую не хотят собираться в единое предложение. Все сконцентрировалось на наслаждении и больше ни о чем не собирается думать, — Еще… Еще! Повинуясь просьбе друга, Ди делает еще одно движение, но добавив еще один палец, после чего с его губ срывается очередной стон. — Господи, милый, ты так сексуально это делаешь! — восторженный голос кое-как удается обработать мозгу и понять, что он говорит. — Ч-что? — Стонешь, идиот, — наконец приподнимаясь над лежащим парнем и осторожно вытащив из него пальцы, Дилан выдавливает очередную порцию смазки на ладонь и приспустив штаны, довольно ловко намазывает им возбужденный член. Через мгновение он уже упирается им в податливый анус друга, готовый в любой момент впустить его в себя. Ди слегка надавливает, погружаясь головкой внутрь, после чего слышится громкий протяжный стон. По телу Ти раскатывается боль. Это не первый раз, но кажется, к этому невозможно привыкнуть. Черт. Да еще и у О`Брайена такой большой… — М-м-м… — выгибаясь под брюнетом, тело Поузи непроизвольно содрогалось. Дилан же не хотел делать больно, потому его движения были очень аккуратными и медленными. Парень вновь несильно надавил, погружаясь глубже в Тайлера и вновь задевая ту самую точку, от которой на тело парня накатывает волна наслаждения смешанная с болью. Постепенно начиная двигаться и набирать темп, брюнет закусывает губу, стараясь не застонать во всю глотку от получаемого им удовольствия. — Быстрее… Ну… Же… — слышится совсем охрипший голос, когда Дилан делает очередной толчок входя полностью и касаясь при этом губами спины парня. Начиная ускоряться, его движения становятся более резкими и уверенными, от чего комната заполняется громкими стонами Поузи. Толчок, еще толчок. Парень старался доставить как можно больше ощущений своему другу, который так страстно извивался под ним. Склоняясь, он покусывал нежную кожу, проводил языком влажную дорожку вдоль позвоночника, целовал и прижимался своим телом. Боль постепенно растворилась в обилии всех тех ощущений, которые разливались по телу. Оно дрожало, не слушалось и извивалось, как только можно, стараясь подаваться навстречу движениям брюнета. — Я… сейчас кончу… — наконец через какое-то время, задыхаясь, проговорил Ди. — Я тоже… — слова смешались со стоном и, стараясь в последние разы сильнее насладиться на член друга, парень зажмурился. Оба изверглись практически одновременно, после чего Дилан упал рядом на кровати, стараясь отдышаться и привести себя в норму. Шумные вдохи и выдохи заполняли тишину комнаты. — Тебе налить выпить? — в полученном экстазе спросил Тайлер. — Нет мне уже пора на самолет. — Мы с тобой больше не увидимся да? — парень чувствовал себя как брошенный щенок под дождь. — Может быть мы встретимся снова — он сказал это как молитву, застегивая на себе джинсы. Дилан стоял около двери недолгое время, он хотел прыгнуть в постель, и остаться с ним там навсегда, наплевав на всё, на все законы, на все контракты, и быть лишь с ним. А Тайлер хотел быть с ним даже раз в год, он бросил ради него съемки и приехал сюда, чтобы увидеть, обнять, приласкать, и всмотреться в его медовые глаза, от которых он пьянел. Парень погасил свет, и после глубокого вздоха закрыл за собой дверь. — И встретимся мы снова — прошептал Тайлер в пустоту, сильнее зажмурив глаза, прогоняя слезы.