«Жизнь цела - а сердце вдребезги»

Вернувшись домой, девушки поставили мотоцикл перед въездом в гараж. И направились в дом. Зайдя в помещение, сёстры переглянулись, и потопали на второй этаж. Поднявшись туда, они снова переглянулись. - Время 19:23. Гонки начнутся в 23:00. Так что пока отдыхаем, я загляну к тебе в 21:40. – Посмотрела на часы Никки и быстро всё проанализировала. - Ник, может быть, сегодня никуда не поедем? – Миловидно поинтересовалась Элисия. - Эл! Мы ведь уже договорились! – Возмутилась брюнетка. - Да, прости… - Сдалась блондинка, и направилась в сторону своей комнаты. Таким образом, сёстры разошлись по комнатам. Никки направилась в свою, а Элисия, как не странно, в свою. Блондинка зашла в свою комнату, и окинула её оценивающим взглядом, после чего улыбнулась. Это была не особо большая, но и не маленькая комната. Планировка была такой же как и у сестры, только дверь в ванную, была слева от входной двери. Подоконник был на месте, а около него стоял бежевый диван. У правой стены от входа, стоял небольшой шкаф купе, рядом с которым была односпальная кровать. По левой стороне от входа, рядом с дверью в ванную комнату, стоял письменный стол. Вся комната была выполнена в бежево-розовой цветовой гамме. Где-то ярче, где-то бледнее. Порядок царил идеальный, всё разложено по своим местам, по комнате ничего не раскидано. В общем, благодать. Девушка прошла к дивану, и улеглась на него. Если лечь на спину, как Элис и поступила, то можно было лицезреть медленно плывущее облака. Девушка уставилась взглядом в ясное, голубое небо. Она смотрела на белые облачка, что проплывали по небесной глади, от чего вспомнила тот голубой взгляд блондина по имени Мелло. Уголки её губ невольно скользнули вверх. Девушке понравился тот парень. Пусть он злой, нерадивый, эгоистичный, надменный, но всё же, было в нём что-то такое, что заставляло сердце Элисии колотиться с бешеной скоростью и постоянно краснеть. Его взгляд… Он одновременно пугает и завораживает. А своеобразный стиль определённо показывает его характер. В общем, как вы уже поняли, блондинка влюбилась в нерадивого мальчишку. Элисия смотрела на небо и облака, невольно вспоминая нового знакомого, как и сама не заметила, что задремала… Тем временем Никки, уже улеглась на подоконник-кровать, и как не странно тоже уставилась на медленно плывущие облака. Невольно, перед её глазами всплыл образ того рыжего парня по имени Мэтт. Он показался девушке каким-то не земным. Таким вежливым, что полностью противоречило его вспыльчивому другу. Рыжик показался ей нежным и романтичным, где-то пофигистичным, что ей казалось схожестью с ней самой. Этот его раздолбайский стиль, не мог остаться незамеченным. Растянутая кофта, свободные штаны. Он явно не зацикливался над своим внешнем видом. Типо не голый хожу, одежда цивильная и ладно, сойдёт. Что не скажешь о его друге, что на фоне рыжика казался более ухоженным, что как раз и не нравилось Ник. Она считает, что парень должен быть парнем, а не девчонкой в штанах. Тут перед глазами брюнетки всплыла рыжая шевелюра Мэтта, уголки её губ невольно дёрнулись вверх. Необычный цвет волос всегда нравился Никки в парнях, особенно когда он имеет несколько отливов. В волосах рыжика сливалось несколько цветов: каштановый, багровый и рыжий, что так понравился Ник. Девушка настолько задумалась о Мэтте, что сама и не заметила, как погрузилась в сон. Сёстры мирно дремали в своих комнатах, как их сон потревожили просто ужасной силы стуки в дверь, что настоятельно требовали открыть дверь, при этом сопровождаясь криками: «Мисс Элисия, скорее, откройте дверь!», «Мисс Никки, прошу вас, откройте дверь!»… Элис сладко потянулась распахнув глаза. Тут до неё донеслись стуки и крик за дверью. Девушка быстро кинула взгляд на часы, что висели на стене. На них было ровно 21:13. Стуки не прекращались, от чего девушка быстро соскочила с дивана, и побежала открывать дверь… Никки проснулась от того, что кто-то наглым образом ломится в её дверь. Она быстро поднялась с кровати, и посмотрела на часы. На табло высвечивалось 21:13. С характерной мыслью: «Кому и что от меня надо!?». Она быстро преодолела расстояние от кровати до двери… Получилось так, что девушки одновременно подошли к дверям в своей комнате, и распахнули их. Элисия спокойно и без особого шума, а Никки нервно и с грохотом. Открыв двери, девушки увидели перед собою служанок. Перед входом в комнату Эл стояла невысокая, хрупка девушка 20 лет, с бледно-сереневыми волосами чуть ниже плеч, серыми глазами, в форме горничной. Перед входом в комнату Ник стояла девушка чуть выше первой, в возрасте 18 лет, с жёлтыми волосами, что были заплетены в две косички, салатовыми глазами и в форме горничной. - Феллисия, что случилось? – Эл посмотрела заспанными глазами на дрожащую от страха служанку. - Корни, что происходит? – Ник зыркнула на служанку, у которой на глазах то и дело наворачивались слёзы. - Ваш отец… - В один голос начали служанки, при этом дрожа всем телом. – Он… Он… Погиб… - Заревели Феллисия и Корни. Сёстры впали в шок. Они смотрели в одну точку, даже не моргая. Служанки заливались горючими слезами. В головах девушек всё просто помутнело, они даже не могли осознать сути и серьёзности всего сказанного, так как просто прибывали в глубочайшем шоке от услышанного. Никки, как девушка стойкая, медленно посмотрела в сторону сестры, что стояла просто как зомби, и даже пошевелиться не могла. Служанки плакали. Тут Корни не выдержала нахлынувших эмоций и упала на колени, отчего залилась лишь большим плачем. Элис кое-как пересилив шоковое состояние, повернула голову в сторону сестры. С глаз Никки покатились слёзы. Эл, долго пыталась не давать волю эмоциям, но, так, же как и Корни, не выдержав всего нахлынувшего, рухнула на колени и залилась громким плачем. По щекам Никки начали бешено катиться слёзы… На улице капал дождь, две девушки одетые во всё чёрное, шли в сторону чёрной машины под чёрным зонтом. По щекам уже не катились слёзы, а лишь остались немного подсохшие дорожки от них. Глаза их были тусклыми и безжизненными. Сёстры двигались вперёд как-то неуверенно, как бы прощупывая почву. Элисия и Никки подошли к чёрному Мерседесу, дверь им открыл высокий мужчина 40 лет, с черными, как ночь, короткими волосами, в узких, чёрных солнцезащитных очках, и в чёрном костюме. Девушки не проронив и слова, сели в машину, отдав зонт мужчине. Несколько минут спустя, мотор машины завёл всё тот же мужчина, после чего, Мерседес тронулся с места. Эл смотрела в окно на промелькивающие деревья, листья которых опустились из-за тяжести капающего дождя. Ник тоже смотрела в окно, но она смотрела на тучи, что плотно занавешивали небо, которое будто вместе с ними оплакивала потерю Томма Оллфорда. Примерно через час езды, водитель доставил сестёр к дому. Девушки дождались пока мужчина откроет дверь и предоставит им зонт, после чего направились в дом. Войдя в помещение, что было пустым, и казалось безжизненным. Никки закрыла зонт и бросила его на пуфик в прихожей. Девушки переглянулись и прямиком направились на второй этаж. Поднявшись туда, они даже не одари друг друга взглядом, как обычно это делают, разошлись по комнатам. Элисия прошла в комнату не включая свет. И хоть часы показывали 16:26, в комнате всё же было темно, из-за нависнувших на небе туч. Девушка прошла до дивана и села на него, после чего устремила взгляд в окно. Дождь капал с неба, и так грустно и печально стучал в окно, после чего скатывался на внешний подоконник и стекал вниз. Перед глазами Элис невольно всплыло счастливое лицо отца. То как он смеялся, радовался, иногда грустил. Всё это заставило уголки губ девушки немного приподняться вверх. Но когда она вспомнила, как папа обнимал её и Никки, то улыбка сразу пропала с её лица. Элисия поняла, больше, ей никто не улыбнётся этой улыбкой и никогда не обнимет… Никки прошла в комнату, прямиком направившись к кровати-подоконнику. Она уселась на неё поджав под себя ноги, и облокотившись на стекло, бросила взгляд через плечо на мокрый асфальт. По нему медленно текли небольшие ручейки, что образовались из-за дождя. Капли капали в лужи, оставляя от себя расплывчатые круги. По внешнему подоконнику стучал дождь. На душе у брюнетки стало очень тоскливо. Тут она вспомнила, как когда она и Элисия были маленьким, папа читал им книжки в дождливую погоду у камина в гостиной, как корчил смешные рожицы, дабы дочки не скучали от его не очень внятного чтения, как щикотил их своей щетиной, когда обнимал крепко прижимая к себе и водя бородой по щекам маленьких девчушек, как она и сестра смеялись и просили папу перестать их щикотить. Теперь Никки поняла, что больше она не вернётся в детство, что больше она не сможет обнять отца, что больше она его никогда не увидит и не сможет даже прикоснуться хотя бы на минутку… Раздался стук в дверь. Ник повернула голову в сторону двери. Дверь в её комнату приоткрылась, и в проёме показалась поникшая Эл с потускневшим взглядом. Дождь не переставал стучать в окно и по внешнему подоконнику. Блондинка опустила взгляд в пол. - Можно я переночую сегодня у тебя? Не могу оставаться одна… - Тихо сказала Элис. Сестра молча кивнула, и приподняла край пледа, в который она уже успела укутаться. Блондинка прошла в комнату, закрыла за собой дверь, после чего направилась в сторону сестры, что сидела на кровати-подоконнике. Несколько секунд, и она аккуратно забралась под плед. Ник накрыла плечи сестры и уставилась в окно. Элис подогнула колени, и, обхватив их руками, устремила взгляд в небо, что так и было покрыто тучами, и не думало разъясняться. В сердца девушек закралась тоска, тоска по любимому и дорогому человеку, которого они больше никогда не смогут обнять, ощутить его тепло или просто увидеть…