Готовясь к падению

— Думаешь, Крис тоже виноват? — обманчиво спокойно спрашивает доктор Хилл. Джош нервно покачивается из стороны в сторону. — Да, конечно, — говорит он отрывисто. И тут же возражает сам себе — Не знаю! — И в чем же его вина, Джошуа? — Хилл наклоняется ближе, оказывается в личном пространстве, от чего по спине бегут мурашки. — В том, что слишком много выпил с тобой в тот вечер? Джош отчаянно мотает головой. — В том, что не попытался отговорить остальных от розыгрыша? — доктор резко приподнимается со стула, нависает, сверля взглядом. — Или в том, — неожиданно спокойно говорит он, опускаясь обратно, — что он не ухаживал за твоими сестрами? Перемена темы настолько неожиданна, что Джош перестает раскачиваться, замирает, непонимающе хмуря брови. — При чем здесь это… — Ты знал, что Крис небезразличен Бет. Почему ни разу ему об этом не намекнул? Молчание, долгое и тяжелое. — Это не имеет никакого отношения к моему самочувствию. Хилл откидывается в своем кресле, сцепляя пальцы в замок. На лице его появляется опасное выражение. — Ты не хотел, чтобы Крис встречался с Бет, — тянет он. — Намеренно подталкивал его к Эшли, чтобы между ними ничего не произошло. — Крис был влюблен в Эш, — защищается Джош. — Я только хотел помочь им. — Ценой разбитого сердца собственной сестры? Нет, ты врешь мне в лицо. Ты бы никогда не сделал этого ради Эшли. — Ради Криса. — Ты эгоист, Джошуа. Ты сделал это потому, что так было удобно тебе, — Хилл заинтриговано наклоняет голову. — Но почему? — Разве наш сеанс не должен был закончиться? — нервозно спрашивает Джош, оглядываясь в поисках часов. Хилл игнорирует его вопрос, задумчиво потирая губу. — Ты не хотел делить Криса с собственной сестрой. — Он мой лучший друг. — Предпочел даже подтолкнуть его к другой девушке. — Так было лучше! — выкрикивает он. — Признай, Джош, — Хилл возвращается к миролюбивому тону. — Крис уже давно тебе не друг… — Неправда! — …а нечто большее. В комнате повисает тишина. Джош надломленно молчит, не возражая и не соглашаясь. Руки, до этого сжатые в кулаки, безвольно опускаются на подлокотники. Хилл неторопливо подходит к окну. — Если бы Крис встречался с Бет, тебе бы пришлось видеть их каждый день. Выслушивать бесконечные счастливые истории о том, чего, по твоему мнению, — подчеркивает Хилл, — у тебя не могло быть. Кто знает, может, через пару лет, даже стать дядей. Джош судорожно мотает головой. Ладони снова спазмически вцепляются в обивку. — А Эшли… чем же хороша Эшли? — рассеянно бормочет Хилл, будто обращаясь к самому себе. — Тем, что она замкнутая? Тихая? — он щелкает пальцами, становясь в пол-оборота к Джошу. — Нерешительная. Тот нервно передергивает плечами. Хилл снова оказывается в кресле напротив. — Ты знал, что они будут ходить друг вокруг друга, не решаясь ничего предпринять, — говорит он, глядя прямо в глаза. Равнодушный наклон головы служит ему ответом. — А если Крис привел бы незнакомую девушку? — Хилл заинтересованно щелкает ручкой. — Случайная встреча, и бум! — он неприятно ухмыляется. — Эффект бабочки. Джош криво улыбается. — Нет, — с нажимом говорит он. — Нет, нет, нет. Крис не такой человек. — А какой? — Порядочный, — Джош подается вперед. — Если он даже безответно влюблен в одну девушку, то не станет пудрить мозги другой. — Забавно, — Хилл откладывает ручку в сторону. — Значит, по твоему плану, он так и должен был оставаться один и бегать плакаться к тебе в жилетку? Джош насмешливо наклоняет голову. — В общих чертах. Хилл укладывает руки на стол, смотрит прямо в глаза. — Почему ты не пытался ему сказать? Джош непонимающе морщит лоб. Раздраженно выдыхает, осознав, что тот имеет в виду. — Послушайте, док, — недовольно начинает он. — Вы ошиблись. Мне не в чем ему признаваться. Меня вообще девушки привлекают, ясно вам? Просто Крис… — Не все, — понимающе кивает Хилл, и Джош бессильно ударяет по столу. Потому что это отвратительно звучит. Уродливо. Верно. — Он просто, — голос подрагивает от нервного напряжения, — просто друг. — Значит, вот за что ты на него злишься. Джош поджимает губы, ожидая продолжения. — Давайте, док, — развязно ухмыляется он. — Поразите меня. Хилл улыбается с вежливым превосходством. — За то, — негромко говорит он, заставляя ловить каждое свое слово, — что он ничего не сделал. — Подождите, мы снова вернулись к моим сестрам? — Я ничего не говорил про Ханну и Бет. Я имел в виду тебя. Хилл наклоняется ближе. — В глубине души, — он указывает пальцем на Джоша, — ты всегда винил его за то, что он ничего не видит. Ни твоих проблем. Ни намеков. Ни того, что ты ведешь себя как влюбленный идиот. — Чушь, — шипит Джош. — Неправда. — Ты злишься, что он не сделал первого шага, — повышает голос Хилл, — потому что сам никогда бы этого не смог. Джош отчаянно мотает головой, отказываясь признавать что-либо из этого бреда. — Чего ты боишься, Джошуа? — тихо спрашивает Хилл. — Потерять его дружбу? Упасть в глазах приятелей? Признать себя неправильным? Мне кажется, всего сразу. Джош сдавленно выдыхает, качая головой. — Вы не можете этого знать, — беспомощно говорит он, массируя виски. Злость исчезает, будто ее не было вовсе. Внутри распускается глухое, затягивающее отчаянье. Хилл всегда мастерски умел играть на его эмоциях. — Могу. Ты ведь уже давно понял, что меня здесь нет, — разводит руками доктор. — Что я должен сделать, — шепчет он, зарываясь пальцами в волосы, — чтобы вы оставили меня в покое? Хилл хмыкает. — Для начала, признаться самому себе. — Я не могу… — Прекрати отрицать, — с нажимом говорит он. — Попробуй принять себя. — Мне нравится Сэм. — Ложь, — отрезает Хилл. — Наглая, бездарная ложь. — Почему вы так настаиваете? — Хочешь правду? Ладно. Потому что Крис — последнее, что еще способно тебя вытащить, — Хилл раздраженно вздыхает. — У тебя еще есть время все исправить. Попроси помощи. — У меня все в порядке, — огрызается Джош. — Да ни черта у тебя не в порядке! Скажи Крису, что тебе нужна помощь. Позвони, он тут же примчится. Ты не безразличен ему. — Я… — Все еще может закончиться хорошо, — спокойно говорит он. — Телефон в правом кармане. Джош потерянно кусает губы. Месть, лучшее его лекарство, отходит на второй план. Если он сделает то, чего от него хочет Хилл, если все-таки позвонит Крису, его снова будут пичкать таблетками. Опять начнутся головные боли, тошнота, бессонница. Ему вновь придется пройти через ад. Только в этот раз не в одиночку. Хилл по-своему прав, Крис не бросит его. Будет как заботливая мамочка проверять, принял ли он лекарства, лезть в душу, ночевать в кресле рядом с кроватью — как когда-то давным-давно, когда Джош сломал ногу. Принимать решение невыносимо. Джош наверняка пожалеет, как уже много раз до этого жалел, что следовал советам своих психиатров. Но достает телефон.