Триумф страха

Принцесса спала тяжелым, болезненным сном. Ей снилось что её бьют десять полицейских, ну во всяком случае она надеялась что ей это снится. Проснулась же она от едкой смеси запахов, алкоголя и табака. Бонибель застонала, голова просто раскалывалась, под веками плавали коричневые пятна, а тело страшно болело. Сквозь пелену болезненных ощущений она смогла понять что лежит на чем-то мягком и пахнущем клубникой. Бонибель попыталась вспомнить чем закончился вчерашний день, но все воспоминания были расплывчатыми и неточными. Зато остались очень мощные привкусы водки, табака и экстази. Принцесса не открывая глаз перевернулась на бок, при этом послышался звон падающей на пол бутылки. Хотя он был относительно тих, но в голове Бонибель он отдался подобно удару колокола. Наверное даже если сейчас рядом с ней пройдет паучок, то звук от его лапок покажется ей топотом. Тут около головы Бонибель послышался звук зажигалки и того как кто-то прикуривает. — Белль… Прошептала принцесса: воды… Послышался легкий смешок и в рот принцессы пропихнули бутылочное горлышко. Оттуда потекла вода, показавшаяся божественной амброзией. Опустошив бутылку, Бонибель перевернулась обратно на спину и попыталась открыть глаза. Но едва она открыла глаза как в воспаленные зрачки ударили ослепительные молнии, разламывающие голову похлеще отбойного молотка. Пришлось закрыть глаза и отбросить жалкие попытки встать. Головная боль накатывала волнами, причиняя жуткие страдания. Без сомнения это было мощнейшее похмелье в жизни Бонибель. — Мой бог… Почему… Почему, за что? Застонала она: почем все болит? И где я?  — Много у тебя вопросов. Послышался голос Белль:, но я попробую на них ответить. Итак, вопрос почему и за что? Потому что пьешь без меры и тянешь в рот неизвестные конфеты. Где ты? Ты дома, в своей кровати…  — Стой… Как я оказалась дома? …  — Ну чтобы ответить на этот вопрос, мне придется ответить на вопрос почему всё болит. Скажем так, сначала вы порезвились в клубе, потом вы отдохнули и направились к тебе домой. Здесь вы устроили жуткую тусовку и порезвились снова. Ах, да я все снимала на телефон, так что если ты ни хрена не помнишь, то я напомню.  — Не надо. Бонибель перекатилась на живот и уткнулась лицом в подушку: похмелье… Что может быть хуже…  — Раз уж ты вчера вспоминала про свой выпускной, то вспомни чем тогда все кончилось. Ты напилась и попалась полиции, ты всю ночь провела в КПЗ, в костюме горничной. Подняла старое воспоминание Белль и мечтательно улыбнулась: вот это были времена… …Через несколько попыток и приступов нестерпимой головной боли, Бонибель удалось хотя-бы сесть на кровати, но открыть глаза было ей не под силу и она решила в слепую пройти до ванной. Однако когда она сползла с кровати, то её правая рука вывернулась под неестественным углом. От боли принцессе всё-же пришлось открыть глаза. Сквозь колкие лучики света заслоняющие обзор, Бонибель разглядела пушистые наручники, которыми её рука была прикована к спинке кровати. Бонибель издала невнятный звук, похожий на всхлип и подергала наручники, но те лишь позвякали звеньями. Принцесса огляделась, дом был просто уничтожен.Повсюду валялись бутылки и различный мусор. На стенах были неприличные рисунки и надписи сделанные помадой. Большая часть мебели была перевёрнута, особенно стулья, они вообще оказывались в таких местах где им быть не положено. На люстре висел кроссовок и кусок пиццы. В общем комната была максимально засрана. Белль сидела на письменном столе, среди множества пластиковых бутылок и вертела в руках полупустую банку клубничного вазелина. Только сейчас принцесса поняла почему вся кровать пропахла клубникой. — Ты только погляди что я нашла. Заявил Белль: похоже это твоё спасение. Намажь им руку и она выскользнет из наручников. Подсказала Белль ставя баночку на стол. — Если ты такая умная, то подай его мне. Раздраженно попросила Бонибель потирая виски руками. — Все же ты дура. Не забывай, меня почти не существует! Пока ты пристегнута я ничего не могу! Зашипела Белль, растворяясь в воздухе. Бонибель вздохнула, перед ней стояла сложная задача, дотянутся до стола. Сначала с похмелья Бонибель просто пыталась дотянуться до него, рукой или ногой, но они были короче пяти метров, а потому ни хрена у неё не вышло. Зато она получила мощнейший заряд головной боли. Вновь потерев виски она уселась на кровати и принялась гипнотизировать розовую банку. — Гадский вазелин, иди сюда… Но баночка не послушалась, она продолжала стоять на столе как ни в чем не бывало. Бонибель взяла бутылку лежавшую рядом с ней и проверив не осталось ли в ней чего, швырнула в стол. Бутылка не выдержала такого обращения и разбилась, осыпав комнату осколками. Чего принцесса хотела добиться таким образом, она и сама не понимала. Это действие было скорее чем-то вроде проявления стыда за вчерашнее и отчаяние за сегодняшнее. Собравшись с мыслями (что нереально сложно утром после пьянки, вы уж мне поверьте) Бонибель поняла, единственный способ достать вазелин — Это двигать кровать к столу. Поднапрягшись, она смогла чуть-чуть сдвинуть её. Толстые дубовые ножки скрипнули по полу, оставив на нём светлые борозды. Вот так, подгоняемая командами Белль, принцесса дотащила кровать к столу и завладела заветной смазкой. Она взяла её на пальцы и смазала прикованную руку. Небольшое усилие и наручник соскользнул. Бонибель вздохнула и на конец смогла отойти от кровати… … Она направилась в ванную, по пути подмечая какие вещи придется чинить, и где придется проводить уборку. И пришла к неутешительному выводу, убирать надо весь дом. В ванной всё было относительно чисто, если не считать того что весь пол был в зубной пасте. Стараясь не вляпаться, Бонибель подошла к зеркалу. На нем, той-же угольной помадой была надпись: спасибо за хорошую ночь. Две подписи и смайлик. Принцесса стерла послание рукой и уставилась на своё отражение. Глаза красные и впалые. Лицо слегка опухшее, на груди следы от укусов. Губы ссохшиеся и вокруг них красное винное пятно, а ко всему этому ещё и множество синяков, ссадин, и порезов по всему телу. Принцесса отвернулась от зеркала слишком уж отражение было мерзко. Она включила бойлер (к слову, к нему изолентой была примотана швабра, ещё одно бессмысленное действие произведённое ночью) и дождавшись когда вода согреется, встала под душ. С тех пор как принцесса переселилась сюда, она всё время вспоминала ванну в замке. Настолько огромную, что можно было сравнивать со спортивным бассейном. Сейчас же Бонибель стояла в тесноватой душевой кабине, да ещё и с поломанной дверцей, так что тепло из кабины улетучивалось. А ещё петь в этом душе не стоило, иначе тебя услышит вся округа… …Через час Бонибель вышла из ванной. Она даровала принцессе небольшое облегчение, но голова всё ещё была чугунной. Первым делом надо было позавтракать, но аппетита не было. Кроме того куда-то запропастился Мятный, а готовить без него было опасно для жизни. Поскольку только он мог справляться с древней бытовой техникой стоявшей на кухне. Бонибель уселась на кухне перед чашкой кофе (кофеварку она забрала из замка) и уставилась в стол. Там посреди грязной посуды и винных бутылок, лежал пистолет. Подарок сержанта. Бонибель взяла его и направив себе в голову, сказала: пуф! Действительно хотелось застрелиться. На кухне появилась Белль, она включила радио и принялась скакать по волнам. На конец радио изрекло: с вами радио (помехи) -Вегас! А сейчас я хотел бы поставить одну из любимейших моих песен! (саундтрек Marty Robbins — Big Iron). Эта радиостанция работала в записи уже фиг знает сколько, но вот одна проблема, запись заело как раз на этой песне и она крутилась без конца. Белль нашла её ещё лет двести назад и с тех пор регулярно слушала эту песню. Неизвестно почему, но развратному видению она очень нравилась. Бонибель несколько раз посылала экспедиции к источнику сигнала, в Мохаве, но ни одна из них не вернулась. Принцесса хлебнула кофе, надо было начинать уборку и приступать к ежедневным заботам, но делать это со свинцовой головой, было смерти подобно. — Слушай, давай прогуляемся. Отдохнем, проветримся. Предложила Белль. Бонибель кивнула, в кои-то веки она была согласна с Белль. Принцесса натянула джинсы, накинула свитер (с ним у Бонибель было связано много историй, этот свитер был старше многих обитателей Ууу и был горячо любим принцессой) и завязав шнурки на кроссовках, вышла на улицу. Там было прохладно и противно. Солнце скрылось за густыми, серыми облаками, а по лугам гулял ветер. Бонибель огляделась и направилась на северо-восток, в сторону небольших гор… …Когда Бонибель потеряла статус царственной особы, у неё появилась куча свободного времени. Сначала это вызвало жесткую депрессию. Бонибель была оторвана от привычных дел, которыми занималась столетиями (в частности устроение катастроф, убегание от разъяренной толпы бунтовщиков и периодические похищения). Она всячески пыталась маскировать своё состояние принимая большое количество антидепрессантов, но иногда она закрывалась в комнате и прижав колени к груди, начинала плакать. Она всё время скала виновных в том что произошло, но все ниточки неизменно приводили к ней или к тупости конфетных людей. Но вскоре она смогла перебороть это состояние и нашла плюсы. Ведь теперь она абсолютно свободна, и может на конец просто погулять по землям империи. Оказалось что сидя в своём замке, она упускала из виду очень много прекрасного и интересного. В ней проснулся давно угасший синдром исследователя. Она могла разгуливать по округе днями, естественно она обычно брала с собой Мятного или вампиров, ведь повсюду было небезопасно. Но теперь у неё была пушка, да ещё и с экспансивными пулями, так что она могла разгуливать одна. Направление этим утром она выбрала не случайно, на северо-восток она до этого не ходила… … Сначала она шла по бескрайним лугам. Здесь был сильный ветер и было достаточно холодно. Раньше это место нравилось Бонибель, но ни теперь. На севере торчала башня империи, а на западе был заброшенный домик на дереве. Всё это навеивало грустные воспоминания. Но вот луг кончился и Бонибель добралась до старой бетонки. Она уже так поросла травой что бетона было почти не видно. Она вела через небольшой лес, который вырос на остатках древнего шиномонтажа. Горы шин до сих пор лежали под деревьями. Дальше бетонка терялась в небольшом ущелье и уводила в пригорье. Это место обильно поросло деревьями и славилось резкими обрывами, уводившими на сотни метров вниз. Принцесса шла спокойным шагом и представляла каким это место было тысячу лет назад. Тут до сих пор сохранились ржавые остовы автомобилей, покоящиеся около обочин. А вскоре посреди дороги обнаружился сгнивший броневик. В его борту была внушительная дыра, украшенная ржавчиной. — Эхо войны… Прошептала Бонибель осторожно проходя мимо этой дыры. Через неё виднелись почерневшие от времени скелеты в остатках снаряжения. Бонибель не хотела поворачиваться спиной к броневику, уж слишком были свежи воспоминания о мутантах. Вскоре боевая машина скрылась за поворотом, а впереди уже был виден знаменитый (по рассказам) разлом, отделяющий пригорье от остальной части Ууу… …Бонибель стояла на самом краю разлома. Тут дул сильный ветер и чтобы не упасть ей приходилось придерживаться за небольшую иву. Вид был действительно волшебным. Внизу, где-то метрах в двухстах, была огромная долина, разделённая несколькими небольшими горами. А вдали начинались настоящие горы. Огромные, с заснеженными пиками. Скрывающие собой горизонт. Бонибель вдохнула воздуха, он был свежий и приятный. Голова почти сразу прошла, а на душе стало легче. Принцесса достала из кармана небольшой бинокль и стала детально разглядывать местность. Вот её взгляд скользнул по небольшой горе, чуть ниже, ещё чуть ниже и… - О! Деревня. Бонибель начало снедать любопытство, ведь на её картах никаких деревень тут нет, а это значит надо проверить… …Через некоторое время она нашла выдолбленный в обрыве спуск и осторожно спустилась в долину. Здесь было теплее чем наверху и ветра почти не было. Прямо около спуска была изрядно заросшая дорога, но уже послевоенной постройки. Судя по всему она вела прямо в деревню. И принцесса мыча какую-то песенку, направилась туда… …Чем дальше она проходила, тем меньше ей хотелось попадать в деревню. Всё чаще попадались мертвые деревья, в воздухе кружили вороны, а сама дорога была покрыта пылью. И вот когда деревню было уже видно, стали попадаться первые жители. Это были странные человечки с сухой, белой кожей. Немного сгорбленные и одетые одинаково. В чёрные плащи и широкие шляпы. — Людики. Вспомнила Бонибель: Марселин мне про них рассказывала. Они верные слуги вампиров. Но она рассказывала и другое. Людики без руководства вампира становятся агрессивными и могут нападать на представителей других видов. Значит надо быть осторожной… … Действительно людики провожали Бонибель странными взглядами и вообще вели себя так будто она пугает их, хотя было как раз наоборот. Бонибель шла и ожидала что на неё в любой момент набросятся, а потому не убирала руки с рукояти пистолета. На конец принцесса увидела как один людик тащит по улице сосновый гроб и не выдержала. Она почти побежала сквозь городок не разбирая дороги и вскоре выбежала в лес на другой стороне. Несколько людиков что-то кричали ей в след, но это заставило её ускорится. Бонибель сама того не заметив, взобралась на предместья той самой горы, которую разглядывала в бинокль. Тут была едва заметная тропинка и принцесса тяжело дыша, пошла по ней. - Уф, пронесло. Подумала она… … Вскоре тропинка превратилась в небольшое плато. Бонибель присела на нём и принялась разглядывать окрестности. Вот лес, вот река, стоп! А это что? Она подняла бинокль и принялась разглядывать заинтересовавший её объект. Оказалось что это громадное, старое поместье. С большим, заросшим двором и невероятным количеством башенок, пристроек, крыльев и окон. А главное всё было абсолютно целым и судя по всему заброшенным. - Хмм, а я могу присвоить это место. Подумала Бонибель: только вот дом стоит на таком месте куда я никогда не доберусь. Зато знаю кто меня туда может поднять…