Идеальная жертва

Артур улыбается. Какой милый мальчик, этот Мэтью Уильямс. Нежный и робкий… Так и хочется сделать ему больно, заставить кричать и плакать – чтобы потом улыбнуться и утешить его. Идеальная жертва – Канада словно напрашивается на насилие, всем своим видом призывая: не обидь меня! Его трудно даже заметить. Но Артур заметил. И с тех пор не спускал глаз. Послушный, провоцирующий на грубость Мэтти, полная противоположность своего гиперактивного братца, который вполне мог бы и нажаловаться другим – и тогда бы Кёркленду не поздоровилось. Но Уильямс молчит, боясь рассказать о том, что с ним делает Англия, потому что ему не только страшно, но и стыдно. Ведь это не может быть нормальным, правда? Канада молчит – потому что, чтобы рассказать хоть кому-то о творящемся беспределе, нужно быть заметным. Артур появляется у него примерно раз в неделю. Открывает дверь своим ключом – Мэтью отдал его Англии давно, входит и ведет себя, словно хозяин. Небольшой дом посреди разноцветного канадского леса прекрасно изолирован от всего мира – идеальное место преступления. Сегодня они уже виделись – и Кёркленд сладко жмурится, как только вспоминает, что сотворил с Канадой перед собранием. Мммм, да одна только мысль об этом делала его твердым! Мэтт тогда даже не сопротивлялся, когда Артур затолкал его в пустующую аудиторию неподалеку от той, где должно было проходить собрание. Короткая растяжка – и вот уже небольшая пробка черного цвета туго входит в тело Мэтта, который в это время тихо и беспомощно вскрикивает от боли и страха, что их заметят – совсем рядом с прикрытыми дверями Людвиг разговаривает с Франциском. И все собрание Англия хищно наблюдал за своим сладким мальчиком, отмечая малейшие его реакции, когда пробка незаметно двигалась внутри от движений Мэтта, и потом, когда уже все закончилось и страны выходили из зала, он не удержался и включил вибрацию. Мэтта даже заметили – тихий вскрик – и он еле удержался на ногах, но никто все равно ничего не понял. Англия тогда строго-настрого запретил вынимать пробку – и сейчас он намеревался проверить, как был исполнен его приказ. Мэтт уже спал – ну чисто ребенок же, даже с игрушкой. Сладко посапывал в своей пижаме и даже не проснулся, когда Артур, перехватив его запястья, аккуратно завел их наверх и защелкнул наручниками, приковывая к спинке кровати. А потом он не спеша разделся и присел возле Мэтти. Пощечина – и Канада немедленно просыпается. Голубые глаза наполняются ужасом, он дергается и тут же обмякает, понимая, что сопротивление бесполезно. Идеальная жертва. - Ты сделал все, как я велел? Англии уже не терпится проверить, но видеть страх в этих невинных детских глазах просто великолепно! Канада боится его, боится того, что может прийти Артуру в голову на этот раз, он не знает, что его ждет, и совершенно беспомощен. Уильямс кивает и всхлипывает, замечая в ладони Кёркленда небольшой пульт. Пробка внутри тут же начинает мягонько жужжать, самым кончиком проезжаясь по простате, и Канада изгибается, беспомощно жмурясь и умоляя. Он просит прекратить, хотя прекрасно знает, что его насильника подобные просьбы лишь распалят, но никогда не перестает надеяться, что Артур вдруг одумается и прекратит. Он даже не помнит, когда это началось – давно и еще давнее, когда Англия, движимый ненавистью к Альфреду, пришел к нему. Поначалу Канада даже не понял, за что его бьют, лишь потом сообразил, что его, как обычно, спутали с Америкой. Он пытался объяснить, доказать, что Артур ошибся, но его попросту не слушали. Наутро Англия пришел к нему и извинился, даже помог сделать перевязку на сломанные ребра. А через неделю пришел снова и уже не ограничился побоями. Канада пытался рассказать Америке, но тот его не слушал – как и всегда. Поэтому Уильямс смирился. Может, когда-нибудь Кёркленду надоест? Артур деятельно стащил пижамные штаны со своей жертвы вместе с нижним бельем, расстегнул рубашку и даже невольно залюбовался стройным мальчишеским телом. Сколько раз он уже это видел – но все равно Канада был красив, этого у него не отнимешь. И главное – он принадлежит только Артуру! Канада дрожал, постанывая и вскидывая бедра в попытке избавиться от томного жужжания внутри, на что Кёркленд лишь усилил вибрацию и добился слабого вскрика. Член Мэтью потихоньку поднимался, сам парнишка быстро заливался краской и отчаянно жмурился, не желая принимать насильное удовольствие. - Интересно, сможешь ли ты вот так кончить? – Артур задумчиво покрутил колесико на пульте управления, ставя вибрацию на максимум. Мэтт закричал, неосознанно двигая бедрами в попытке контакта. Англия спустился ниже и раскинул стройные ноги в стороны – Канада пытался свести их вместе, но легкий укус за колено предупредил его, что лучше так не делать. Когда Артур потянул за широкое основание пробки и тут же с силой втолкнул ее обратно, Уильямс кончил, мучительно покраснев и пытаясь спрятать глаза. - Неплохо, - улыбнулся Англия, вновь переводя вибрацию на слабый режим - Ты лежи, я сейчас приду. Он неспешно сходил в ванную, намочил полотенце холодной водой и вернулся. Канада так забавно вскрикивал от неприятных прикосновений прохладной ткани, что Артур увлекся и принес еще воды, наблюдая за парнем и, когда он достаточно сильно возбуждался, обтирал его ледяным полотенцем. Эрекция Канады немного спадала, но, так как Кёркленд вибрацию не выключал, скоро появлялась вновь. Когда Мэтт, не выдержав подобной пытки, заплакал, Англия одумался. Зачем он это делает, если в холодильнике должен быть лед? Он сгонял еще и на кухню и принес небольшую упаковку льда. Несчастный Канада при виде его снова задергался и, уже не стесняясь, зарыдал: - Пожалуйста, нет! Не надо, прошу! Да, такого они еще не делали. Но ведь тем интереснее! Артур выбрал небольшой кусочек льда и обвел им покрасневшие, искусанные губы Мэтти. Тот всхлипнул и скосил глаза. Пока что все было не так уж и плохо. Влажный прохладный кусочек с силой нажал на его губы, и Уильямс послушно разомкнул их, тут же принимаясь катать ледышку языком. Это немного отвлекало от того, что делал с ним Англия. Новый кусочек, побольше, проходится по его шее, ныряет в ямочку между ключицами – Мэтью жмурится и вздрагивает от холодных прикосновений и небольших капелек воды, что щекоча, растекаются по нему от кубика льда. Артур обводит небольшие розовые сосочки льдом, просто-таки наслаждаясь реакцией Канады. Он постанывает и изгибается – видно, что ему невыносимо приятно это прикосновение. Англия засовывает себе в рот кусочек и, ухмыляясь, склоняется над Мэтью. Паренек дергается, стоит только потянуть пробку, медленно извлекая ее из податливого тела. Мэтти вздыхает от облегчения – но слишком рано. Артур с проказливой улыбкой снова с силой надавил, вталкивая ее обратно и наслаждаясь коротким вскриком. Канада пытается как-то сжаться и не пустить, но все бесполезно, когда Кёркленд наклоняется и обводит ледяным языком гладкую головку беззащитно подрагивающего члена. Уильямс вздыхает и обмякает, прекращая сопротивление и словно говоря своим видом – делай, что хочешь. Он сдается – и это момент слаще всего, даже слаще проникновения – потому что Артур хочет власти. Канада тоненько всхлипывает, когда ледяной рот без предупреждения опускается, начиная забирать его член в рот. Его лихорадит от неизведанных ранее ощущений – но Англия не собирается радовать свою жертву минетом – ему интересна лишь реакция Мэтти. Поэтому он спускается ниже и, быстро достав изо рта уже совсем маленький кусочек льда, аккуратно вводит его в растянутое отверстие, пальцами пропихивая его поглубже. Мэтт изгибается до хруста в спине, рот распахнут в немом крике, он не верит, что Англия мог сделать такое с ним. Артур улыбается и, пока Канада не опомнился, быстро закидает его ноги себе на плечи и входит. Смазки маловато, но внутри так непривычно и приятно холодит, что Кёркленд не выдерживает и тут же начинает быстрые движения. Головку приятно холодит, Канада со страдальческим лицом мечется под ним, сжимаясь так, что просто мозги выносит – и Артур обхватывает ладонью его член, подстраиваясь под ритм. Через несколько движений Мэтт выплескивается себе на живот, тут же становясь таким невозможно узким, что Англию срывает вслед за ним. Когда Артур отдышался, то смог с усмешкой наблюдать чудесное зрелище – Канада с гримасой ёрзал по кровати, стараясь избавиться от неприятного холода внутри. Кёркленд снова обтер его полотенцем, успокаивающе шепча: - Тшшш… Он скоро растает. А если будешь двигаться, я в тебя еще несколько таких запихну. Мэтью тут же испуганно замер и умоляюще посмотрел на Англию. Тот усмехнулся, одеваясь. Вдоволь насладившись испугом в невинных голубых глазах, он расстегнул наручники и растер Канаде затекшие запястья. Такие тонкие и хрупкие… Он мог бы сломать их, даже не особо напрягаясь. Но сейчас это уже ни к чему. Зверь внутри его насытился и уполз в глубины души, откуда он снова появится примерно через неделю. А может, и раньше – Артур мог его контролировать. До встречи с Канадой. Послушным, провоцирующим на насилие Канадой. Идеальной жертвой.