Быть Каем Паркером

Fall Out Boy — Novocaine

— Паркер! — ору я, замечая, что голос мой отнюдь не женский, и конкретно смахивает на голос Кая, а, значит, самые страшные опасения подтвердились! — Я тут, — слабо тянет женский голосок со стороны кресла, и я несусь туда. Ну как несусь — с вампирской скоростью это было бы быстрее, но я в теле гребанного ведьмака, да еще и в невероятно узких джинсах! Как он только их напялил? Мылом натирался что ли?! — Твою мать, конченный ты ублюдок, ты поменял нас телами! — рычу я по пути к креслу. — Похоже на то. Видно, я переборщил с надеждой на это заклинание, — он ворчит. Или она. Черт, я не знаю, как теперь называть свое тело и ведьмака в нем! — У меня что, и правда есть сиськи? — он опускает взгляд, и тут же получает от меня пинок. А сейчас получит еще больше, потому что я наконец-то рядом с ним, и не просто в гневе — я в бешенстве! — Ты что охренел совсем?! Давай верни нас в обычное состояние! — Оу, так вот в чем дело, — он задумчиво накручивает каштановую прядь волос на палец, но тут же спохватывается, испуганно ойкая, — я не могу этого сделать. Я же теперь вампир с сиськами, помнишь? Задача возвращения нас в наши тела лежит на тебе. Чему я «несказанно», — он демонстративно закатывает глаза, — рад. Не уверен, что на тебя вообще можно хоть в чем-то положится — пошла на опасного ведьмака в одиночку. Ну, знаешь, и тому подобное. Наверняка, это не первая твоя глупость. — Заткнись! — рявкаю и хватаю его, то есть себя, то есть сейчас Кая, за шею. Но он лишь хохочет в ответ, от чего я сжимаю пальцы сильнее, надеясь вырвать этот чертов смех из его горла. — Что ты сделаешь сейчас? Задушишь меня? — он бросает издевку за издевкой. — Мне не нужно быть вампиром, чтобы сделать это! — плевать, что это мое тело! Плевать что вся ситуация в целом напоминает один из этих дешевых фильмов ужасов, которые ошалело клепают режиссеры направо и налево. Все, чего я хочу — чтобы этот урод закрыл рот! — Понимаешь, Нисса, с этим заклинанием связывающее заклинание перестало действовать, — хрипя, но усмехаясь при этом, начинает Кай, — поэтому преимущество явно на моей стороне, — он толкает меня ногой в живот, больно пройдясь каблуком по ребрам, и я отлетаю к стене. Паркер встает и направляется ко мне. Я, бросившись к стулу, выламываю одну из деревянных ножек, дабы иметь хоть какую-то защиту от социопата в моем родном вампирском теле! Ну почему я вечно влипаю в подобное?! Почему не Деймон, например?! — Брось, ты же не убьешь себя, Нисса! — хохочет Кай, и, применяя вампирскую скорость, оказывается возле меня. — Воу, — затормозив, Паркер удивленно восклицает и довольно причмокивает — похоже, его новые способности пришлись ему по душе. Быстро освоился, гад! — Давай, — он надвигается все ближе и это выглядит как самый кошмарный сон, — давай же. Бей. Бей, я сказал! — взрывается он, и, схватив меня за шею, бьет свое тело головой об стену. Я с рыком втыкаю кусок стула ему под ребра, зная, что до сердца не добралась, но на время вывела Паркера из игры, и бросаюсь к двери. Увы, он настигает меня раньше, и, потянув за руку, швыряет назад, вглубь комнаты. Кай явно раньше меня приспособился к новому телу и его особенностям!       Я отлетаю в угол и стараюсь быстрее подняться на ноги, но он не дает — оказавшись возле меня, все еще с ножкой стула в теле, бьет мне по животу ногой, заставляя захрипеть и свалиться обратно на пол, сглатывая подкатившую к горлу кровавую пену. — А ты, Паркер, — сквозь болевые спазмы медленно выговариваю я, замечая, что слова еле различимы и похожи на одни сплошные хрипы, — ты сможешь убить себя? — В тюрьме я делал это миллион раз, — он машет рукой с аккуратным ярким маникюром, а потом задерживает свой взгляд на ногтях, — хотя к этому будет сложно привыкнуть, — это замечание срывается с его губ, так, будто я не корчусь от боли у его ног.       И как назло в моей голове ни одной полезной мысли! Нисса, ну и пусть ты в теле этого ведьмака, но твой трехсотлетний опыт остался с тобой. Да, он сейчас так лихо скачет с этой деревяшкой в грудине, что я даже начинаю ему отчасти завидовать, потому что на меня этот прием действует куда болезненнее и эффективнее. Но я умнее его, в конце-то концов, и не одержима идеей убить всех и вся. И я не раз встречалась с ведьмами, нападавшими на меня. Точно, с ведьмами! Этими блядскими родственниками социопата, все еще рассматривающего мой маникюр. Если он приспособился к новому телу так быстро, то у меня тоже должно выйти. Вроде бы какую-то магию в теле я чувствую, нужно попробовать что-то наколдовать.       Я цепляюсь за первое, что приходит в голову, и кое-как подняв взгляд на него, вытянув руку вперед, нацеливаюсь на кусок дерева в своем теле. — Что? Что такое? — ухмыляется Кай, — помочь тебе встать? — он переспрашивает со слащавой насмешкой, делая вид, что ему безгранично меня жаль. — Phasmatos, — выговариваю я, и Паркер удивленно хмыкает: — А ты не так безнадежна, как я думал. — Ince… — выдыхаю вторую часть заклинания, но он перебивает меня: — А вот продолжать не стоит, — ответом ему служит лишь моя язвительная предвкушающая ухмылка. — Я сказал не стоит! Хватит! Нисса, хватит! — рявкает он, и, схватив меня за руку, ставит на ноги. Но я, пошатываясь, падаю назад, упираясь спиной в стену. — Incendia, — глядя в свои карие глаза, заканчиваю я.       Импровизированный кол вспыхивает, и Кай начинает кричать, пытаясь ухватиться за него, дабы вытащить из себя. Но все тщетно — древесина продолжает гореть, а я не знаю, как прекратить это. Даже, если бы знала, все равно не сделала бы этого. Да, это мое тело, но в нем, как паразит, сидит Кай Паркер. — Потуши! — приказывает он и мечется по комнате, как угорелый. А почему как? Он же горит. — Нет! — твердо отвечаю ему, выплевывая это слово, будто подбрасывая дров в пылающий огонь. — Потуши, не будь дурой! Без меня ты не вернешься в свое тело! — я вижу, как огонь уже подобрался к платью, обугливая края разорванной деревяшкой ткани. — Если я потушу, тогда буду дурой! Ты же убьешь меня, Малакай! — Не называй меня так, — огрызается он, — думаешь мне классно навечно остаться в твоем теле?! — Мне плевать, что тебе прикольно, а что нет! — Ладно! Я не притронусь к тебе пальцем, пока мы не на своих местах! Обещаю! Довольна?! Потуши! — с истеричными нотками кричит ведьмак, который теперь вампирша. — Не думаю, что тебе можно верить!       Огонь уже перекинулся на одежду, и Паркер бросается в мою сторону. — Тогда я и тебя сожгу к чертям, подлая сука! — он тянет меня ближе к себе, и я дергаюсь, пытаясь увернуться от искр, разлетающихся с каждым его движением. — Я не знаю обратного заклинания! — Что?! Ты блять что?! — ошалело переспрашивает он. — Не знаю, что говорить! Когда ведьмы пытались меня сжечь — они не тушили мое тело после этого! Точнее они умирали, и огонь стихал сам! — Sutas Incenda! — вопит псих, и я повторяю за ним.       Огонь исчезает, оставляя на моем теле дымящиеся выпаленные язвы. Ничего, скоро они затянутся, а вот любимое дизайнерское платье уже не вернешь.       Паркер облегченно выдыхает: — Спасибо, — это слово звучит от него, как приговор на будущее, заранее вынесенный мне без права на помилование. — Теперь говори, что нужно делать, чтобы вернуть нас обратно в свои тела, — приказываю я. — Все не так просто, — гневно бросает Кай, — нужно понять, где я ошибся, и найти ведьму, у которой ты заберешь магию. — Это еще зачем?! — То заклинание было сильным. Ты, — он окидывает меня небрежным брезгливым взглядом, — с ним точно не справишься с первого раза. А, значит, потребуется запас силы. — Позволь уточнить, что именно ты собирался сделать со мной этим заклинанием?! — я смотрю на него настолько злобно, что Кай чудом не воспламеняется снова под этим взглядом. — Пусть это будет сюрпризом до поры до времени, — он отвечает загадочной улыбкой, но тут же мрачнеет, — ты порвала мне джинсы! — Это ты порвал себе джинсы! И вообще, Паркер, какого черта они такие узкие?! Кто учил тебя выбирать одежду?! Они же на пять размеров меньше, чем твоя задница! Чем моя задница в данный момент! Поэтому ты такой злой, да?! Ведь шов передавливает твой мозг?! — я указываю на пах, возмущенно глядя на Кая. А у тела этого психа есть способность к регенерации. Боль стихла, и, кажется, раны затягиваются. Конечно, не так быстро, как у вампиров, но все же. Уф, хоть какой-то бонус есть в этом блядском нескладном теле! — Думаешь мне прикольно с твоими сиськами?! — он подхватывает мое возмущение. — Что ты имеешь против них, придурок?! Ты вообще ничего подобного не видел двадцать лет! А в этом мире тебе добровольно и подавно ничего не светит! Поэтому тискай, пока есть возможность!       Кай злобно и обиженно фыркает, опуская взгляд в вырез платья: — Тоже мне — разрешила! Это мое тело сейчас, и моя грудь! Что хочу с ней, то и делаю! — Надеюсь, это будет происходить не на моих глазах!       Ох, бедное мое тело. Попало в руки этого неуравновешенного психопата. — А то что? Боишься не устоять? — лукаво хмыкает Паркер. — Побойся Бога, идиот! Это тело принадлежит мне, ты хоть понимаешь, о чем говоришь?! И, вообще, хватит об этом! Как пополнить твой магический кредитный лимит?! — Найти ведьму, и высосать из нее все. Тебе же не впервой высасывать что-то? — хихикает он. Я, скрестив руки на груди, скептически смотрю на него, представляя, какой сейчас подходящий момент для того, чтобы заколоть этого урода к чертям. — Ну, я о крови, ты же кровососущее, как-никак, — ухмыляется Паркер, поясняя свою фразу. — О крови значит?! — Да, — невозмутимо кивает он, — именно о ней. Только для магии не нужно всех этих клыков, достаточно прикоснуться к ведьме. А дальше все, как обычно — втягиваешь в себя до последней капли и выбрасываешь труп. Кстати, а как выпускать клыки? Для этого есть какая-то кнопка или это происходит произвольно? — он открывает рот и скалится, шипя при этом. Зрелище выглядит уморительно и гадко одновременно. Никто еще из вампиров при мне не делал так, поэтому меня забавляют кривляния Паркера. Но это же мое вампирское тело с превосходно развитыми инстинктами, поэтому мне, по меньшей мере, обидно за него и за свои клыки. — Вылезут, когда повзрослеешь и перестанешь вести себя, как идиот, — я закатываю глаза, — где мой мобильный? Я знаю, кто поможет нам найти ведьму.