Лихорадка

В свои тридцать шесть Наруто никогда бы не подумал, что сможет влюбиться в семнадцати летнюю дочь друга. Но это было вполне ожидаемо, ведь она то и делает, что старается привлечь его внимание к себе. То панцушот устроит, то ножкой нечаянно до его щиколотки достанет под столом. А как она облизывает свои пальцы после очередной трапезы в его доме! Наруто не знал, как ему быть. Вроде бы и хочется, но в то же время девушка-то несовершеннолетняя, да и дочь лучшего друга в придачу. Узумаки святым себя не считал, да и в церкви ни разу не был, а желание в его штанах каждый раз настойчиво говорило ему нагнуть её прилюдно и шлёпать до тех пор, пока она не начнёт просить пощады. Но, всегда приходилось сдерживать себя и того зверя, что просился наружу каждый раз, когда она дотрагивалась до его коленки. Иногда ему так хотелось, чтобы её ручка соскользнула на внутреннюю сторону бедра и поднялась чуть выше! Саюри лишь дразнила его, а он вёлся на это как ребёнок. Он знал, что она наслаждается тем огорчением в его глазах, когда она убирала руку. Ему казалось, что она знала, что он задерживает дыхание каждый раз, стоило ей сесть ближе, чем дозволено. Когда он держал её на руках, совсем крохотную, Наруто никогда бы не подумал, что будет мечтать о ней по ночам. В свои тридцать шесть он, снимая напряжение в ванной, только и думает о дочери своего лучшего друга. Зато он, наконец, забыл про свою бывшую любовь, что мозолила ему глаза своей улыбкой. Наруто всегда знал, что она не ответит на его чувства, и раньше ему было достаточно того, что она просто счастлива. А теперь он ненавидит то, что она в его-то тридцать шесть стала причиной одиночества. С одной стороны Узумаки понимает, что сам виноват в этом, ведь никто не заставлял его запираться дома, когда было столько возможностей познакомиться с кем-то и сходить на свидание. Даже поставить в пример милую Хинату, что бегала за ним ещё с начальной школы. Она ходила за ним по пятам, записывалась в те же кружки, что и он, даже поступила с ним в один институт! Но Узумаки предпочел ей ту, с которой у него не было шанса. Он отверг бедную милую Хинату, а ведь она бы могла помочь ему забыть зелёные глаза и выветрить приторно-сладкий запах из памяти. Сейчас в свои тридцать шесть Наруто даже и не вспоминает ни Сакуру, ни Хинату. Его голову занимает лишь одна несовершеннолетняя девчушка. Сексуальная, дерзкая дочь лучшего друга. Наруто нервно сжимает руль, когда она сидит на пассажирском сидении и шмыгает носом. Он никак не может понять, почему она позвонила ему, а не отцу или матери. С чего она взяла, что он не расскажет им, что забрал её с вечеринки пьяную и одетую как шлюху? Он ведь и вправду не расскажет. Либо не сможет сам, либо она попросит не говорить об этом. Наруто припарковался возле своего дома и взглянул на неё такую беззащитную. Он впервые видит её такой и им обоим это не нравится. Узумаки кусает губы и отводит взгляд, не зная с чего начать диалог и вообще, что делать ему в такой ситуации. Он пытается что-то сказать, но рот тут же закрывается. Он ещё никогда не был в такой нелепой ситуации. Он развернулся к ней боком и нахмурил брови, стараясь сделать серьёзный вид. Она не обращает на него внимания и продолжает утирать слёзы. Наруто в очередной раз оглядел её: короткая мини юбка, разорванный топ и высокие каблуки. Она плотнее укуталась в его куртку, что он накинул на неё при встрече, и вышла из машины. — Э? Саюри-чан, подожди, - Наруто поспешил за ней и чуть не клюнул носом асфальт, когда выходил из машины. Чертыхнувшись, он сильно захлопнул дверь, на что сам же разозлился. Разве можно так хлопать дверцей? Наконец заметив, что он теряет время на бессмысленный между собой спор, помчался за Саюри, вновь ругая себя за то, что отвлёкся. Саюри же стояла возле калитки его дома и смотрела себе под ноги. Наруто растрепал волосы на затылке и поёжился от холодного ветра. Он подошёл к ней и неуверенно протянул ей руки. Наруто ни на что не надеялся, он ждал, что она посмотрит на него как на идиота, и он, неловко смеясь, поспешит ретироваться в дом, приглашая её на чашечку чая. Саюри прыгнула в его объятия, и ему показалось, что он сможет ещё три раза обнять её своими руками. На своих каблуках её макушка теперь доставала ему до подбородка и Наруто, окончательно запутавшись уже в своих чувствах, вздохнул аромат её волос. Не считая того, что от неё веяло запахом перегара, можно было различить едва ощущаемый приторно-сладкий запах. «Совсем как у матери», — подумалось ему, и он громко усмехнулся. — Наруто, - впервые она назвала его по имени, — можно мне остаться у тебя? — Как будто я тебя куда пущу, - фыркнул блондин. Он завёл её в дом и отправил в душ, пока сам заваривал крепкий чай. На кухне Узумаки схватился за голову, не понимая, что происходит. Его мысли, его поведение, его слова — были до жути неправильными. Особенно его мысли. Даже сейчас, когда ей явно нужна поддержка, он только и думает о том, что она сейчас принимает душ и ему страсть как хочется присоединиться. Оттянув волосы в сторону, он ударил кулаком по столешнице. Закрыв глаза, он угрюмо застонал в голос и приложился лбом о холодный стол. — Прости, - послышался сверху неуверенный голос и Наруто резко выпрямился, — я взяла у тебя пару вещей. Саюри стояла в его футболке и теплых носках. Вода с её волос разбивалась об пол или впитывалась в белую ткань. Наруто видел, как мокрая футболка прилипла к её груди, но из-за темноты ничего разглядеть было невозможно. Узумаки вздохнул то ли облегчённо, то ли огорчённо, но тут же взял себя в руки и принялся разливать чай по стаканам. Она ловко запрыгнула на стул и сложила руки как первоклассница. Наруто сел напротив и протянул ей стакан. Она отхлебнула, не сводя с него взгляд чёрных пронзительных глаз. Эта ситуация ему крайне не нравилась. Всё походило на то, что это он тут пострадавший и загнанный зверёк в угол в одном флаконе. А ведь ещё недавно она плакала при нём и искала поддержки. Наруто чертыхнулся про себя: он в очередной раз забыл, какие всё-таки Учихи коварные. Саске не раз им пользовался, а Наруто и не замечал этого. Всё дело в том, что Узумаки наивный и добрый как ребёнок, а Учихи пользуются этим. — Ничего не хочешь мне объяснить, тебайо? - недовольно спрашивает Наруто и хмурит брови, когда она отрицательно качает головой. — Давай не сейчас, - скривилась она. — Я не хочу об этом говорить, но в следующий раз я расскажу, обещаю! Наруто немного погодя кивнул, всё же он не мог ей не поверить, поэтому просто надеялся, что она и вправду всё расскажет ему когда-нибудь. Пусть не сейчас, не завтра и даже не через месяц, но расскажет, а он будет ждать. Наруто никогда не понимал, что эта чертовски привлекательная несовершеннолетняя дочь друга испытывает к нему. И испытывает что-либо вообще. Он не знал, играется ли она с ним или нет, но он сам давно уже ей проиграл. Он поддался ей и она победила. Выиграла в эту несуществующую игру и завоевала его сердце. С одной стороны, он не считал это проигрышем, было в этом что-то своё волшебное. Ему нравилось называть её маленькой и смотреть, как она по-детски дует губы на отца. Было забавно наблюдать, как она из маленькой девочки превращается в роковую девушку. И не было ничего лучше, чем чувствовать её мимолётное тепло своей кожей. Минусы состояли в излишней ревности, стоило ей упомянуть при нём, что она идёт на свидание или к однокласснику заниматься математикой. Она будто назло ему откровенно одевалась, а затем уходила из дома неизвестно с кем и неизвестно куда. Её отец частенько ругал её за внешний вид, но она успевала скрыться, прежде чем он посылал её в свою комнату переодеваться. Сакура всегда смеялась над своим мужем в такие моменты и говорила, что он себя накручивает, и что в её внешнем виде нет ничего такого, мол это всё переходно-возрастное. Ножка Саюри скользит вверх по его брюкам и Наруто сжимает зубы. Она продолжает пить чай, как ни в чём не бывало, а пальцами ног дотрагивается до точки кипения, которую вот уже продолжительное время Узумаки старался игнорировать. Наруто прикрывает глаза и старается сдержаться из последних сил. Саюри резко прекратила начатое и спрыгнула со стула. Наруто открыл глаза и наткнулся на убегающую Саюри. Не думая он ринулся за ней вслед. Учиха громко смеялась и приговаривала, что он не сможет догнать её, но Узумаки бегун ещё тот. Он нагнал её у лестницы и рывком развернул к себе лицом. Не спрашивая разрешения, он впился в её губы и прижал к себе. Саюри ответила на поцелуй и обняла руками его за шею, запрыгивая на него с ногами. Целовалась Саюри не очень, но в этом был свой шарм, как считал Наруто. И старалась она отвечать ему также страстно, как и он, но получалось не очень умело и слишком забавно. Наруто смеялся над ней через поцелуй и не решался отпускать. Он боялся, что она выскользнет из его рук и такого больше не повториться. Желание внизу живота сводило всё тело, и Наруто сжал ягодицы Саюри в своих руках. Учиха не отличалась пышными формами, но за что ухватиться было. Она тихо простонала, и Наруто стал подниматься наверх. Ноги подкашивались, и он упал на колени, как только отошёл от края лестницы. Он бережно уложил Саюри спиной на ворсистый ковёр в коридоре и навис над ней. Разорвав поцелуй на свой страх и риск, Наруто перешёл к шее, покрывая её множеством поцелуев. Засосы Саюри ставить не разрешила, но Наруто довольствовался тем, что зажимал её кожу между губ и каждый раз чувствовал, как она прогибается в спине к нему на встречу. Одной рукой Наруто упирался в пол, чтобы не навалиться всем своим весом на хрупкую Саюри, а другой поглаживал её внутреннюю сторону бёдер. Саюри вздрагивала каждый раз, стоило его руке дотронуться до её трусиков. Она ловила его руку, и Наруто убирал её на другую часть тела. Терпеть было выше его сил. Саюри обхватила его бёдра ногами и тихо стонала, когда он тёрся ремнём брюк об её чувствительную часть тела. Наруто снял с неё футболку, и девчушка стала прикрываться руками, наивно полагая, что кроме общих черт он сможет что-то разглядеть в этой темноте. У Наруто кружилась голова, и он уже не понимал, что делал. Он чувствовал, как она дрожит всем телом, слышал, как она тихо-тихо шептала его имя, а его возбуждение только обострялось. Напряжение в штанах желало вырваться и ему казалось, что он кончит, так и не распробовав Саюри на вкус. — Я, - дрожащим голосом, еле выговорила Саюри. Наруто даже не думал подниматься к ней, прикусил зубами сосок и облизнул, когда она вскрикнула. — У меня… ещё никого не было… Саюри зажмурилась, будто стыдилась этого. Наруто уронил голову на её грудь, не смея продолжать дальше свои действия. И в этот момент к нему пришло понимание того, что происходит. Он был рад такому повороту событий, но что-то его останавливало. Теперь, когда желание пульсировало в висках, затмевая собой все звуки, кроме её прирывистого дыхания, Наруто не знал, как дальше сдерживать себя. — Всё нормально, - уже смелее говорит Саюри, когда Наруто вновь хватает её кожу губами. — Я, правда, хочу этого. И ты тоже… Чёрт возьми, она была права. Наруто никого и никогда не хотел так, как её. Что уж там? Наруто никогда не испытывал такого дикого животного желания. У него было множество девушек, но это было просто — секс без обязательств. С Саюри же всё было по-другому. Он больше никого не видел в своей жизни. Он впервые подумал, что на свете всё же есть девушка, с которой он хочет просыпаться по утрам. Но реальность такова, что ей всего семнадцать. У неё ещё вся жизнь впереди, когда он половину своей прожил. У неё ещё будет море парней и тот, за кого она выскочит замуж и родит прекрасных детей. А он будет убиваться по второму кругу и в этот раз уже точно никого к себе не подпустит. — По правде говоря, я люблю тебя с пяти лет, - она не весело рассмеялась, и Наруто задержал дыхание. Он помнит, как она вечно бегала за ним и тянула к нему свои маленькие ручки. Сакура часто смеялась с этого, а Саске недоумевал, почему его родная дочь рада видеть его лучшего друга больше, чем отца. Эти пробудившееся воспоминания заставили улыбнуться и желание немного, но отступило. Было уже не так больно. — Даже если ты ко мне ничего не чувствуешь, - голос её дрогнул и она остановилась. Наруто удивлённо поднялся. Было слишком темно, чтобы заметить влагу на глазах, но она в точности своя мать, так что он сразу понял, что Саюри вот-вот разрыдается. Узумаки частенько в детстве успокаивал Харуно. — Ты можешь просто использовать меня. Я не против, честно. Только не прогоняй меня. — Ну ты и дура, тебайо, - Наруто это даже умилило, а Саюри громко хмыкнула, прежде чем шмыгнуть носом. — Эй, не плачь только! Чего ты, а? Я же рядом и всё хорошо ведь, правда? Наруто весь всполошился: сколько бы он раньше не успокаивал Сакуру, наловчиться к такому и выработать иммунитет так и не смог. Он принял сидячее положение и потянул за собой Саюри. Она же старалась одновременно и слезы утереть и голую грудь прикрыть. Наруто устало вздохнул, усаживая её к себе на колени. — Хватит стесняться, я тебя видел голой вдоль и поперёк, - заворчал Узумаки, когда она обхватила себя руками. — Когда мне было три года? - хмыкнула в ответ Саюри. Её голос уже не дрожал и Наруто засмеялся, отделавшись простым: «ну, да». Он вытер её слезы и мягко поцеловал в щёку. Провёл рукой по голой спине, отчего она заёрзала на нём, и уткнулся носом в её висок, чуть сгорбившись. От неё пахло его гелем для душа. Таким стойким запахом мяты, что у него даже засвербело в носу. Она открылась и сжала в руках его футболку. — И что я скажу твоим родителям? - отчаянно спросил Наруто, возведя глаза к потолку. — Простите, я нечаянно совратил вашу дочь. — Ну, мама в курсе, - Саюри засмеялась, и Наруто округлил глаза. — Я ей ничего не говорила, она сама поняла! А вот с папой всё намного сложнее… Она прикусила губу и опустила взгляд вниз, даже учитывая, что до этого не смотрела Наруто в глаза. Узумаки прикрыл глаза. Ему даже сказать нечего в ответ. Он влюбился в ту, которая зовёт его лучшего друга своим отцом. Всё это до жути нелепо и неправильно, но он готов всё на свете отдать лишь бы она вот так вот сидела на его коленях, и он держал её в своих руках. Такую маленькую, сносящую крышу один своим присутствием. Наруто мягко поцеловал её и прижал к себе, вставая на ноги. Саюри крепко держалась за него и уже лучше стала целоваться. Она повторяла за ним все движения языком и в этот раз даже не старалась взять на себя всю инициативу. Наруто двинулся в комнату и чуть не упал, запутавшись ногами в своей же футболке, что снял с Саюри. Она пискнула через поцелуй, когда почувствовала, что спиной дернулась вниз, но Наруто быстро выкрутился и остановился. Он подбросил её в руках, прерывая поцелуй, и возобновил движение. Узумаки считал, раз это её первый раз, то всё должно быть более-менее правильно. Свечей и вина дома у него не было, но пусть всё случится в его мягкой кровати, чем на полу в коридоре. Наруто не переставал спрашивать уверена ли она, пока заходил к себе в комнату и укладывал на кровать. Он не переставал говорить, какая она «маленькая соблазнительница» вскружила ему голову. Он всё не верил, что она его, даже когда они освободились от своей одежды. Наруто входил медленно и просил поверить ему, когда она плакала и пыталась оттолкнуть от себя. Он шептал, какая она красивая и что никогда не отпустит от себя. И она верила ему. И не смотря на боль, что прознала её живот, она поверила ему. И в их несуществующей игре не было ни одного победителя. Первый раз совсем не был похож на то, что она ожидала. Саюри читала множество романов, и её первый раз совсем отличался от того, что пишут в книгах. Для неё это было чем-то новым, и она сама так и не поняла, что чувствовала. Была и боль и толика удовольствия, но выразить это не могла словами. Большее наслаждение ей приносило то, что она смогла осчастливить Наруто. Первый раз её был недолгим, но этого ей было достаточно. Тело ныло, а внизу живота неприятно сводило. Наруто лежал рядом и крепко держал её за руку, а другой водил по животу, стараясь облегчить её боль, и целовал её в губы, совсем невесомо и мягко. Саюри морщилась от этих нежностей, но была счастлива такому, как никогда прежде. — Может, мы просто не будем ему говорить об этом? - с надеждой в голосе спрашивает она его, возвращаясь к забытой теме. Наруто с минуту недоумевает и напрягает извилины, пытаясь понять, о чём же она говорит, а затем хмурит брови. — И вправду, зачем ему знать? - Наруто не удержался от сарказма, но едкий голос постарался придержать, чтобы не спугнуть её, чтобы она перестала дрожать в его руках. — Рано или поздно придётся ему рассказать. — Лучше поздно, чем никогда, - она прикусила губу, стараясь сдержать улыбку. — Нужно сделать так, чтобы у него не было выбора, кроме того, как принять нас. Наруто смеётся и ложится на спину, утягивая за собой девчушку. Она легла к нему на грудь и прикрыла глаза. — Тогда оставляю всё на тебя, - Наруто зевает и закрывает глаза. Его сильные руки со всей силы прижимают к себе хрупкое девичье тело и отпускают, когда она сдавленно пищит. Она недовольно приподнимается, чтобы посмотреть на него, но Узумаки плотно держит глаза закрытыми. Он старается не улыбаться, пока она всё смотрит на него. А когда она ложится рядом и поворачивается к нему спиной, не сдерживаясь, улыбается во весь рот. Поворачивается к ней, целует в плечо и обнимает за талию. В свои тридцать шесть Наруто никогда бы не подумал, что будет бережно прижимать к себе дочь своего лучшего друга. Он бы никогда не подумал, что будет засыпать с ней и шептать на ухо, что она мелкая соблазнительница навсегда украла его сердце.