Лихорадка

Наруто не любил розовый цвет. Особенно носительниц розового цвета волос. Особенно после того, как одна такая носительница отшила его триста восемьдесят шесть раз, он сам считал. А шестьдесят три раза она ударила его по голове. И ещё один раз промеж ног. Наруто даже привык к её вечным выпадам в его сторону, и он всё упорнее продолжал завоевать её сердце. Что он только не делал! И цветы дарил, и билеты в кино, не раз в парк аттракционов приглашал, а иногда так вообще специально себе травмы зарабатывал, чтобы увидеть её на работе! Но Сакура была беспрекословна и всегда отвергала его. А недавно он узнал, что она собирается замуж. Ещё больше Наруто не любил метро. Всю свою жизнь он ненавидел это место до чёртиков. Люди толкались, наступали на ноги, а протиснуться на выход так вообще было невозможно. Либо отталкивали назад, либо он просто не успевал. Но на метро до дома добраться было намного быстрее, чем пешком. Да и ещё какой-то дебил продырявил ему шины на машине! В общем, этот день не задался у него с самого начала. Наруто терпеть не мог метро так же потому, что здесь море девушек. А ещё больше мужчин, которым так и не терпится их полапать за все приличные и не приличные места. Наруто всегда краснел и отворачивался, когда замечал такое не подобающее поведение. С другой стороны он их понимал лучше, чем кто-либо ещё. Особенно в этот момент. Миниатюрная девушка с бледно-розовыми волосами прижималась к нему спиной, и Наруто старался изо всех не давить на неё своим телом. Она была ниже его всего лишь на голову, одетая в короткую юбку-гармошку и белую майку. Они стояли в самом углу вагона, и он каждый раз вдавливал её к окну грудью всё сильнее и сильнее. Ему было крайне неловко и стыдно. В поезде и так было жарко, но он всё краснел и краснел. Наруто держался за поручен одной рукой, и второй чуть развязал галстук, в надежде, что ему станет легче дышать. Кислорода от этого не прибавилось, а в голову полезли разного рода дурные мысли, когда ему показалось, что девушка еле слышно застонала. Внутри вагона было душно и шумно. Кто-то разговаривал, кто-то вызывающе громко смеялся, а некоторые так вообще играли в игры на телефоне, звук которого они были отключить не в состоянии. Наруто не так часто ездил в метро, но когда такое всё же случалось, здесь всегда было тихо. Ни чужих голос, ни шёпотов, ни дурацких ринг тонов из какого-то нового крутейшего аниме. Наруто пальцами скользнул по её бедрам, играясь со складками на юбке, и она выпрямилась в спине. Он поднял руку на живот и прикусил губу, отчаянно желая, чтобы она не высказала протеста его действиям. Он мягко вытащил майку из-под её юбки и удивился, когда она и вправду ничего не сказала. Наруто не знал, что и думать. То ли эта девушка была богиней, то ли куклой. Розоволосая убрала свои волосы на одну сторону, представляя Наруто идеальное место для поцелуев, и он не сдержался. Наруто никогда не отрицал, что он извращенец и вся эта ситуация явно была не в его пользу. Узумаки представлял, что перед ним Сакура, и он боялся, что в следующий миг она врежет ему хорошенько, чтобы он отстал от неё. Девушка же наоборот не двигалась. Она застыла на месте, боясь развернуться. Она и ничего не говорила в ответ, когда Наруто скользнул рукой под юбку и стал поглаживать внутреннюю сторону бёдер. Она прижималась к нему своей спиной и, согнув левую руку в локте, пальцами схватила его за пиджак чуть выше его локтевого сгиба, когда он поднял руку выше и стал ощупывать её несколько намокшие трусики. Наруто пошло улыбнулся, и ему повезло, что она не видела его оскала. Он наклонился к ней и перевёл взгляд на окно, где в свете ламп вагона на чёрном фоне можно было разглядеть их очертания. Девушка закусила губу и прикрыла глаза, когда он дотронулся губами до её шеи. Кисть на его плече сжалась сильнее, и казалось, Наруто почувствовал мурашки пробежавшихся по её телу. Она вздрогнула всем телом, стоило ему провести влажный след от сонной артерии до мочки уха. Тем временем его пальцы уже отодвинули её трусики в сторону, а она зажала второй рукой свой рот, чтобы ни один стон не слетел с губ. Наруто вводил в неё пальцы и облизывал её ушную раковину, иногда посасывая мочку уха. В штанах уже до невозможности поджимало, и Наруто запустил руку ей под майку. Сжимая её маленькую грудь в своей руке, Наруто только и думал о Сакуре. Сжимая сосок и играя с ним пальцами, Наруто всё сильнее зажимал бедную девушку в угол. Она убрала руку со рта и опустила её вниз. Чуть позже Наруто почувствовал, как она сжимала и поглаживала его член через штаны. Наруто надрывисто дышал через раз, и судорожно оборачивался, чтобы узнать, не подглядывал ли кто за ними. К его счастью, первый ряд перед ним, стоял к нему спиной, а другие просто никак не могли его увидеть. Наруто расстегнул ширинку, освобождая свой половой орган, и она взяла его в свою руку. Наруто охал и сжимал её грудь лишь сильнее, стоило ей набрать темп. Она неистово работала своей ручкой, даже будучи повернутой к нему спиной и Наруто не стал отставать от неё. Он ввёл три пальца и оставлял засосы на её шее, изредка кусая кожу. Когда терпеть уже было невозможно, а она изгибалась как кошка от его пальцев, Наруто взял её за бедра, и она встала на носочки, прогибаясь в спине. Ему больше не было стыдно и ему было откровенно плевать, если бы кто решился подсмотреть за ними. Он хотел лишь одного, эту копию Сакуры. Здесь и сейчас. Наруто впервые испытывал такие смешанные чувства. С одной стороны страх быть пойманными, всё же никуда не ушёл — просто притупился. С другой стороны Наруто было стыдно за то, что он практически принудил незнакомую девушку к тому, что они сейчас делали. Он ведь мог позвать её на свидание, пригласить на ужин и затем в теплом доме, в нужном месте подкатить к ней. С третьей стороны он так вообще хотел отодрать её как следует, пусть даже на глазах всего мира. Наруто вошёл в неё резко и грубо, будто хотел выместить на ней все обиды. Ему было чертовски больно и обидно за то, что Сакура поступала так с ним на протяжении нескольких лет. И сейчас, частично различая в этой незнакомке свою давнюю любовь, Наруто не мог остановиться. Он входил до самого упора, а ей в рот засунул два пальца. Она яро сосала их и двигала бедрами ему навстречу, насколько это было возможно. Второй рукой Наруто сжимал её кожу на бёдрах и тянул её в сторону, оставляя синяки и красные следы. Наруто невыносимо дико хотелось причинить ей боль, но он понимал, что эта девушка не его «подруга». Он знал, что это низко с его стороны, но горечь от обиды застилала глаза. Наруто лишь останавливала толпа вокруг них. Не будь её здесь, он бы отшлёпал её так, чтобы она кричала в голос и не могла потом сидеть несколько дней. Наруто быстро вышел, понимая, что он уже на пределе, и он уткнулся носом ей в шею, кончая на грязный пол поезда. Его пальцы всё ещё были у неё во рту, и она опустилась на всю стопу, недовольно простонав. Она прерывисто дышала и слабый укус, заставил его высунуть пальцы. Наруто вытер её слюну о свои штаны и принялся засовывать свой чисто мужской орган обратно в штаны. Он застегнул ширинку и поправил пиджак. Обернуться ему было крайне стыдно, и когда поезд остановился, он тут же побежал на выход, расталкивая толпу. Это не была его остановка, но ему срочно было нужно наружу. Воздуха в вагоне не хватало и ему казалось, что по всему помещению прошёлся запах его секса. Щёки покраснели, руки тряслись, а глаза бешено метались из стороны сторону. Он громко дышал и никак не мог перевести дыхание. Двери поезда за ним закрылись, и он пришёл в движение. Наруто всё же обернулся, и мимо него промчались, такие же бешеные, как и у него, серые глаза. Узумаки горько усмехнулся и облегчённо вздохнул. Серые лучше, чем зеленые. Наруто всё ещё ненавидел метро, но чувствовал, что розовый цвет теперь стал для него как красная тряпка для быка. Угрюмо вздыхая, Узумаки стал ждать следящего поезда, в надежде, что там не встретит ни кого розоволосого. — Наруто? — послышался удивлённый голос позади него, и он тихо застонал, прекрасно понимая, кому он принадлежит. Наруто не любит метро. Он до боли ненавидит встречать здесь свою давнюю подругу.