Жестокие игры

Кононова Марина — Маришка, ты сегодня едешь со мной? — спросила моя подруга и одногруппница Катя, сидя перед зеркалом у меня в комнате. Её слова вывели меня из неприятных мыслей, от которых прошлась дрожь по всему телу. В последнее время мой отец очень обеспокоен, хотя и старается не подавать виду. Но подслушав однажды его телефонный разговор с неизвестным мне человеком, я поняла, что в его бизнесе произошло что-то плохое. И это меня настораживает. — Марина, ты меня вообще слышишь? Теперь она сидела напротив и смотрела на меня. — Слышу. Нет, сегодня не поеду. Я покачала головой и старалась не слишком углубляться в свои мысли. — А как же Витя? Вы же почти каждый день гуляете. — Мы расстались. — Как так-то? — удивилась Золотарева. Я пожала плечами, встала с кровати, на которой сидела, и подошла к большому окну, которое занимает практически всю стену. На улице тепло. Осень решила ещё порадовать нас теплыми деньками. Солнце так же припекало, а лес, словно стена, стоит вокруг нас и даёт спокойствие и такую живительную прохладу. На территории школы и академии сейчас людно, все решили с пользой провести первые выходные сентября. На спортивной площадке народ играет в волейбол, и у меня сразу зачесались руки. Я решила не противиться своим желаниям и тоже сыграть, хотя бы партию. — Езжай. А я пойду с нашими одногруппниками поиграю. — Я повернулась к подруге и улыбнулась. Та лишь кивнула, взяла сумочку и вышла из комнаты. Я вздохнула и по привычке засунула эмоции подальше, они только мешают. Кто бы знал, как тяжело играть какую-то роль. Хочется взять и плюнуть на всех, и стать самой собой. Но нет, здесь я получила репутацию стервы и занозы, и я буду ей соответствовать, а те, кому я действительно нужна, увидят меня настоящую хоть за тысячью масками. Переодевшись в более удобную одежду, я спустилась на спортплощадку. Там как раз разделялись на команды. — Эй, народ, меня примите? — весело крикнула я, походя ближе. Да, мне, как всегда, «повезло», в этой компании я увидела причину моей, скажем так, нелицеприятной репутации — Ярослав и его компания, но отступать я не привыкла. — Конечно, нам как раз одного для партии 6х6 не хватает. — Ко мне приблизился Олег, наша спортивная звезда. — Заходи в мою команду. Я лишь кивнула и встала в другую команду от Панарина и его свиты. Мы сделаем этих олухов! По свистку Женьки, друга Олега, началась игра. С первых же минут я увлеклась игрой настолько, что не заметила огромного количества народа, собравшегося посмотреть на игру. Первая партия закончилась в нашу пользу с небольшим отрывом в очках. Следующая — в пользу противников с разницей в одно очко. И вот, началась последняя партия, в которой может победить каждый. Но я не могу не нажить себе приключений на мягкое место. Когда мы стали вести в счёте, я, стоя в передней линии, выполняла диг*, но мой удар пришёлся под сеткой прямо в живот Ярику. Он упал на колени (видно, сила удара была велика), но через несколько секунд встал. Я же только сейчас заметила, что сама стою на коленях. Уловив ехидную улыбку парня, я разозлилась на себя. Чёрт, надо было сильнее бить! Этим неудачным ударом я принесла очко противникам, но уже через несколько минут я снялась** и этим самым мы выиграли. — Классно играешь. Не хочешь ли играть за универ? — Ко мне подошёл Олег с таким приятным предложением. Просто сыграть я согласна, но ездить на соревнования — нет, так и ответила парню. Отойдя в сторону, я от бессилия прислонилась к дереву, одиноко растущем в этой части территории, и закрыла глаза. Я всегда валюсь с ног после того, как увлекусь каким-то занятием. Все говорят, что такими темпами я могу просто «перегореть», что обычно случается с творческими личностями. Но мне всё равно, благодаря этому я могу стать на какое-то время собой. — Ты в порядке? Подняв веки, я увидела напротив себя девчушку лет семи, милую, с растрёпанной косичкой тёмных волос и большими зелеными глазами. И сейчас эти глаза смотрели на меня с беспокойством. — Да, всё в порядке. — Я не смогла сдержать улыбку и похлопала по траве рядом с собой. Малышка, поняв намек, сразу села рядом. Сидя рядом с такой девочкой, я кажусь всесильной, и просыпается желание защищать это чудо. Наверно, это и есть материнский инстинкт. — Как тебя зовут? Я внимательно оглядела её. Худенькая, миниатюрная, мне захотелось подружиться с ней. Ведь, кроме моих подруг Кати и Вики, у меня больше нет хороших друзей в этой академии. — Вера, — ответила девочка. — А я Марина. — Я протянула руку для пожатия. Она смело посмотрела мне в глаза и крепко пожала её. — Я знаю. — Увидев мой вопросительный взгляд, пояснила: — Тебя знают все и Ярослава тоже. Он кумир моих одноклассников и мальчишек старше, а ты кумир всех девочек. Ведь больше нет таких смелых девочек у нас в школе. Мальчики обычно нас обижают. — Все? Неужели в начальных классах все парни не умеют защищать девочек? Да, растёт новое поколение Панариных. — Нет. Есть и хорошие, только их мало. — Вера вздохнула. — Хочешь, что-то по секрету скажу? — спросила я доверительным полушёпотом. У девчушки зажглись глаза, и она радостно закивала. Я наклонилась чуть ближе и произнесла громким шёпотом: — Плохие мальчики на самом деле хорошие, просто им пришлось стать такими. — Почему? — Её глазки блестели предвкушением и недоверием. — А вот это лучше спросить у плохих мальчиков, — кто-то произнёс за нашими спинами. Мы обе вздрогнули и повернулись на голос. Естественно, это был Ярик. Верочка спряталась за мою спину, конечно, не каждый день увидишь парня, обнажённого по пояс, тем более маленькая девочка. — Яр, блин, имей совесть, не за чем смущать малышку. Я прижала её к себе и кинула на парня убийственный взгляд. Но когда это помогало? Вот и сейчас он только хмыкнул. Ну, а я не привыкла отступать: — Яр! — Хорошо, только не рычи, — произнёс он и надел футболку. — Мне больше по душе, когда ты мурчишь. — Мечтать не вредно, вредно не мечтать, — ответила я вполголоса. Панарин же проигнорировал меня. Присел на корточки рядом с нами и начал разглядывать мою Верочку. Когда она стала моей, мне без разницы, главное её защитить. Девчушка же смело оглядела его в ответ. — Моё имя Ярослав, можешь звать Ярик, а твоё? — Вера. И я впервые увидела реальную его улыбку, а не её подобие. Парень же, заметив мой взгляд, нагло улыбнулся. Сегодня я решила не устраивать спектакль на потеху публике, поэтому просто его проигнорировала. А Вера перевела его интерес на себя. — А ты знаешь, что подслушивать нехорошо? Она с интересом смотрела на Ярослава, что мне стало немного его жаль. — А ты знаешь, что обсуждать других за их спинами нехорошо? — парень не растерялся и ответил вопросом на вопрос. Вот только девочка, как оказалось, не лыком сшита. — Ты ведь так делаешь, и ничего. — Она пожала плечами, а я уже стала получать удовольствие от их маленького разговора. Панарин же несколько минут не знал, что ответить, а потом опять улыбнулся и потрепал девочку по волосам. — Что ж, ещё одна Кононова Марина растет. Теперь я твой друг, если кто-то обидит, зови. — Хорошо. Но только если ты не будешь обижать Марину. Тут мы оба впали в ступор, переглянулись, и он ответил то, что я от него и ожидала: — Не могу ничего обещать. Он развёл руками. — Ладно, я от тебя ничего другого и не ожидала. — Девочка улыбнулась и обняла меня. — Пока, Марина, если что, приходи в гости, моя комната на первом этаже, девятая. Я обняла её в ответ, и она убежала. После ухода Веры я почувствовала напряжение между мной и Ярославом. Ни он, ни я не забыли происшествие первого сентября. Не став долго мучить себя, я последовала примеру девочки и собиралась уйти, но Панарин повёл себя странно. Он схватил меня за руку и не отпускал. Взглянув ему в глаза, я уже собиралась сказать что-нибудь обидное, но вспомнила свои же слова: «Плохие мальчики на самом деле хорошие, просто им пришлось стать такими». И задумалась, действительно, я его совершенно не знаю и не знаю, что заставило его стать таким. Эту непонятную ситуацию поломал телефонный звонок на мой телефон. Парень отпустил мою руку с каким-то странным взглядом, но мне было не до него. Звонит мой отец. — Алло, папа, привет. Каждый раз я с нетерпением ждала его звонка, особенно после того, как у него стали происходить в бизнесе неприятности. Но в трубке прозвучал совершенно незнакомый голос: — Здравствуйте, это Михаил Дмитриевич, врач-хирург. Ваш отец, Андрей Егорович, попал к нам с огнестрельным ранением, не смертельным, но тяжёлым. Пули извлекли, но состояние крайне тяжелое, он потерял много крови и требуется переливание. Я звонил вашему брату и сестре, и они сказали, что подходящим донором будете вы. Сможете ли вы срочно прибыть для проведения процедуры? — После этих слов я схватилась за дерево, чтобы не упасть, и нашла в себе силы ответить: — Да, скиньте по SMS адрес, я скоро буду. Отключив вызов, я облокотилась на дерево. Каково было держать эмоции под контролем, никто никогда не узнает. — Что случилось? Напротив меня сидел Ярослав, и мне впервые захотелось всё ему рассказать, но я сдержала этот порыв, мои проблемы только мои. Легко свалить всё на другого человека, но однажды может случиться такое, после чего тебе придётся взять весь груз ответственности на себя. Тогда тебе будет трудно вдвойне, потому что в своё время мелкие неприятности ты решал чужими руками. — Извини, но я не привыкла посвящать кого-то в свои проблемы. Оттолкнувшись от дерева, я поспешила к корпусу общежития, чтобы привести себя в порядок. Панарин не пошел за мной, и сейчас я была ему за это благодарна.